Охота на оборотня - Илларионова Алина - Страница 5

Он успел запланировать чуть ли не мировую революцию, когда следующий вопрос едва не застал врасплох.

— Дружок, а ты уверен, что она — человек? Вдруг нечисть какая: упырица с кладбища поднялась или, не приведи Бог, оборотень?

— Конечно, уверен! Обычная девушка! Может, пряталась от кого, может, шла куда, решила через лес путь сократить да и наступила на капкан… А может быть, она даже в наш город шла!

— Может быть, может быть, — пробормотала Марта, заканчивая перевязку.

Парень с тревогой вглядывался в лицо незнакомки, затем посмотрел на перебинтованную ногу и вдруг хмыкнул.

— Взгляни-ка! — он осторожно приподнял здоровую ногу девушки за пятку и приложил ладонь к её ступне: ладонь была явно больше. — А она точно не из деревни — где ты видела крестьянок с такими ножками?

Марта опустила взгляд вниз и попыталась прикрыть свои туфли подолом платья.

— Вот-вот, — ухмыльнулся Вилль. — Да и потом, лицо у неё какое-то… благородное, что ли… Чей-то бастард?..

Марта и эльф склонились над незнакомкой. Вилль подметил верно: на деревенскую девку она не походила. Узкий прямой носик вместо курносого крестьянского, высокие скулы, горделивый излом чёрных бровей. И никаких веснушек.

С рассветом новоиспечённый капитан засобирался домой, и травницу на прощание предупредил:

— Не говори ей, что я её нашёл. Никому не говори. Скажи, что нашла ты.

— Но почему? — удивилась женщина.

— Поверь мне, так надо, — заговорщически подмигнул Вилль.

Странно, хотя кто знает, что может взбрести в голову эльфу! Марта сходила на кухню, приготовила травяной отвар, простенький, какой умели делать все, а когда вернулась, увидела, что девушка уже пришла в себя и, приподнявшись на локтях, с недоумением осматривает комнату.

— Вы кто? И где это я? — незнакомка перевела взгляд на Марту. Голос у неё был высокий и чистый, без малейшего намёка на южный акцент. Она скорее говорила немного грубовато, по-деревенски.

— Ну, здравствуй, милая, — женщина присела на краешек дивана и протянула девушке кружку с отваром. — Меня зовут Марта, ты у меня дома, а сама я — травница.

Последнее слово женщина произнесла с гордостью, но девушка не впечатлилась, а, напротив, глянула на неё как-то насмешливо.

— Зверобоя добавили мало, а кошачьи лапки вообще пересушили. Их нельзя сушить на железных листах — это глупое заблуждение. Только на деревянных подносах, причём лучше — берёзовых. А как я к вам попала?

Женщина, вспомнив просьбу эльфа, принялась врать:

— Так я тебя и нашла! Пошла за водой, а ты там и лежишь у колодца. Кое-как в дом притащила, отогрела. Стража-то сегодня гуляет, верно, забыли закрыть ворота — вот ты к нам в город и забрела. А капкан-то где словила?

— Да в лесу, — поморщилась девушка. — Под снегом не заметила. Странно… Лес помню, капкан, ворота… Больше ничего не помню. Хотя… Нет, ничего.

— Что же ты в такую погоду в лесу-то делала? — Марта наконец смогла задать мучивший её вопрос.

— Гуляла! — фыркнула незнакомка, глядя на травницу огромными голубыми глазищами. — А хороши у вас стражнички-то, нечего сказать. На дворе ночь, ворота нараспашку, гуляй — не хочу… А если нечисть какая забредёт?

Марта немного обиделась за родную стражу, точнее, за одного из них, но вслух сказала:

— Нет у нас нечисти. Была одна, так капитан завалил. Голыми руками, между прочим! А ты вот, милая, так и не представилась. Нехорошо это!

Девушка вздохнула, как показалось Марте, с облегчением. Вся напряжённость мигом исчезла, и незнакомка снова подняла на травницу нахальный взгляд.

— Я Алесса. Просто Алесса. И я — ваша коллега.

К вечеру того же дня любопытство одержало-таки верх над новоиспечённым капитаном. Вилль даже немного пожалел, что весна ещё не ступила на северные земли, и вместо цветов в палисадниках блаженствуют сугробы. Как-никак с девушкой знакомиться идёт, не ваксу же для сапог ей в подарок нести? О конфетах и пряниках можно даже не помышлять — переживавший за пропавшего хозяина домовой Симеон на нервной почве опустошил все шкафы и теперь вольготно дрых на диване кверху покруглевшим брюхом.

— Так, капитан Винтерфелл, главное — спокойствие! — сам себе сказал эльф и привычным жестом заправил за ухо отросшую чёлку. — Не испугать, не насторожить…

— И чтоб в тебя не втресскалась, — лениво подсказал домовой. — Не нужшшны нам дома оборотнихи!

С повышенным вниманием противоположного пола у Вилля были серьёзные проблемы. Как только северингские барышни не измудрялись! Разбивали коленки и носы около его двери, не могли выгнать лошадь из стойла, и бежали за помощью. Вилль с неизменной улыбкой обрабатывал ссадины, отвязывал примотанный к гвоздю конский хвост и соглашался, мол, да, само запуталось. Изобретательнее всех оказалась старшая мельникова дочь Лукьяна. Девушка прибежала в самый пал жаркого летнего дня и, раздирая на груди без того потрёпанную блузку, со слезами умоляла Вилля достать из речки Истринки потонувшую заколку. Сам эльф плакать не умел и чужие рыдания не переносил на дух, а потому ничтоже сумняшися отправился на выручку утопленнице. Через полчаса придонного ползания он смирился с мыслью, что всё-таки придётся успокаивать растеряху. Вынырнул… да так и замер с выпученными глазами и открытым ртом. Бесстыжая Лушка, повизгивая от восторга, полоскалась рядом, а её одежда, похоже, отправилась навестить заколку. Предсмертно хрипящую эльфийскую честь спасла русалка Мириада. Она выгнала охальницу со своей природной вотчины, да ещё как следует наддала хвостом. Виллю в тот раз крупно повезло — в Северинге подобные совместные купания обычно заканчивались Храмом и алой ленточкой, связывающей запястья молодожёнов.

Эльф тяжело вздохнул — идти всё равно надо! Сам оборотня в город принёс, значит, и ответ тоже ему держать придётся, если девушка отчебучит чего. Но каждый имеет право на жизнь, не так ли? «Интересно, — уже у самого мартиного дома подумал вдруг эльф, — она будет похожа на Берту, на Лушку или на что-то другое?!»

Незнакомка полулежала на диване, облокотившись на подушки, и раскрашивала флакончик для духов. Штук десять уже разрисованных стояли рядом на полу. Девушка повернулась к вошедшему лицом и от удивления чуть не выронила пузырёк.

«Ну вот, вторая Берта», — кисло подумал Вилль, но улыбнулся как можно приветливей. Девушка совсем оторопела и поставила флакончик на пол, а потом поманила эльфа пальцем. Тот немного удивился, но подошёл.

— Наклонись.

Вилль вконец растерялся, но сделал и это. Девушка обхватила его лицо маленькими ручками и стала разглядывать с немым восторгом, как расписную игрушку на ярмарке.

— С ума сойти! — восхищённо прошептала Алесса. Эльф уже не знал, что и подумать, когда коварная девчонка вдруг сделала финт ушами. Точнее, с его левым ухом — цапнула за мочку и изо всех сил дёрнула. Страж от неожиданности взвился чуть ли не до потолка, а девушка посмотрела на руку с таким видом, будто надеялась обнаружить в ней оторванное ухо.

— С ума сойти!!!

Вилль уставился на неё в ужасе. Пресветлая Саттара, кого он спас?! Эта девчонка и в человеческом обличии опасна для общества, а что будет, когда она перевоплотится?

Меж тем Алесса закончила рассматривать свою руку, и, подняв на него глаза, сказала нормальным тоном:

— Никогда не видела живых эльфов!

— Надо думать, мёртвых видела! — огрызнулся парень, натирая покрасневшее ухо.

— Тоже нет, но я уверена, что мёртвыми они смотрятся не так симпатично. Ну-ка, повернись кругом!

— Зачем? Хвоста у меня нет!

— А нужен? Хочешь, вырастим! Я — Алесса… гм, просто Алесса. А тебя как звать-величать, о, бесхвостый эльф?

— Вилль.

— Ну, садись, Вилль, — девушка похлопала по дивану рукой. — Не бойся, я не кусаюсь.

«В этом-то я как раз и не уверен», — подумал эльф, но всё же присел, правда, на самый краешек.

— А почему у тебя имя такое дурацкое? — поинтересовалась Алесса, продолжая бесцеремонно разглядывать его нахальными голубыми глазами. — Я слышала, у эльфов очень красивые длинные имена, а у тебя что? Будто собаку кличешь!