Клинки севера - Илларионова Алина - Страница 11

– А эта Летти ничего, а, братишка? – Дан шутливо пихнул его локтем. С макушки кипариса поддакнула ворона.

– Не заме… Дан, не начинай, а?

– Я вовсе не тебя имел в виду. Молоденькие служанки – это не только полтора аршина наивной романтики, но и пуд ценнейшей информации! – с пафосом изрек брат.

– Одного не пойму. И чего ехидна привязалась с этой девкой?! – Вилль задумчиво уставился на яблоко. Из червоточины наполовину высунулся вопиющий червяк: «Не ешь меня!» Обжитое яблоко со свистом улетело в можжевеловый куст.

А в самом сердце города Поющая Катарина возвестила полдень.

День прошел в счастливом ничегонеделанье. Орки затеяли игру в дурня, и к ним присоединился Вилль, а чуть позже – Лин Санти. До самого вечера глухо шлепали о стол тяжелые старые карты, которые орки привезли с собой. Видимо, кто-то просветил их насчет того, что в Скадаре предпочитают игру в шашки, а может быть, эта колода обладала некой ценностью для владельца.

Едва свечерело, воронья стая с хриплым карканьем поднялась с насиженных ветвей. Вилль проводил ее задумчивым взглядом – черные беспокойные точки на фоне румяного от заката солнца. И чего им в посольском парке не ночуется?

К десяти зашла Летти поставить свежие цветы в опустевшую стараниями ехидны вазу и пожелать доброй ночи. Едва девушка переступила порог, аватара кольнуло странное предчувствие, но, понятное дело, махать руками и топать ногами на служанку он не стал. Ну, подумаешь, распущенные волосы жемчугом унизала, колье надела и платье такое… эдакое вот, с крючками, шнурками, расшитое серебром от лифа до подола. Специальной формы у прислуги нет, и каждый выдуряется как может. Ну, считает, что красивее то, в чем блеска больше, да и пускай! Следом за девушкой в комнату влетел запах. Вилль духи не особо любил, но любой другой назвал бы его изысканным ароматом. Сладкий, скорее терпкий, чем приторный, с едва уловимой дерзкой кислинкой. Приятный? Бесспорно. Но слишком уж навязчивый.

– Спасибо вам, л’лэрд Арвиэль, что вы не стали жаловаться. Так нехорошо вышло, некрасиво, а ведь мы старались, чтобы вам понравилось у нас! – нежно и одновременно виновато ворковала служанка, прихорашивая букет.

– Да не за что, Летти. Спасибо, иди, – несколько ворчливо отозвался Вилль. За день его порядком утомили постоянные извинения и столь же беспричинная благодарность.

Летти внимательно посмотрела на него, поправила брошь-сколку на плече… и внезапно крючки и шнурки начали распадаться один за другим, пока у ног девушки не оказалось нечто похожее на паутину с прилипшими к ней лоскутками.

Бровь аватара взметнулась, но он сумел быстро взять себя в руки. И такое проходили…

– Летти, оденься, – холодно произнес Вилль. Будь на месте служанки Симка либо Алесса, драпали бы без оглядки.

– Л’лэрд, я пришла благодарить вас…

– Вот как ты обо мне думаешь, да, Летти? От тебяне ожидал. Честно, не ожидал!

Вилль, не мигая, строго смотрел ей прямо в глаза, и девушка заметно растерялась. Попыталась прикрыться руками, затем волосами, да вдруг упала на колени и, уткнув лицо в ладони, зарыдала.

– Едрена ж ты ворона!

Этого еще не хватало! Только Алесса-из-леса была способна разжалобить холодного северного оборотня, а вот ревущая «соблазнительница» не трогала ничуть. Напротив, раздражение распирало изнутри грудную клетку, и аватар сжал челюсти так, что зубы заломило. Сорвав с постели покрывало, одним взмахом окутал хрупкую фигурку. Повернул ключ, молча присел рядом и, слегка отклонив корпус назад, обнял колени. Бессмысленно сейчас разговаривать, тем более утешать. Разревется пуще прежнего, а то и на руки плакаться полезет. Рявкнешь – так и убежит в чем мать родила. Сглотнув тугой липкий ком, Вилль сквозь полуопущенные ресницы принялся разглядывать шестиногий прикроватный столик, стараясь не обращать внимание на жалобный плач и костеря за тонкий слух почему-то мать шушеля. На столешнице, заключенные в корпус из слоновой кости, стояли высокие песочные часы. Минуты текли и текли…

– И-и-и! – упрямо тянула Летти. Верхний сосуд почти опустел.

«О-о-о, едрена Саттара! Тьфу!!!» – мысленно возопил Вилль. И что ей сказать? Уж на что красна девица, да не в ее оконце сокол ясный постучал?!

– Вот что, Летти. Я сейчас отвернусь. Если ты хочешь поговорить, то позовешь, когда оденешься. Если нет – прикрой дверь, я услышу.

Он отошел к окну и облокотился на подоконник, с преувеличенным интересом изучая парк, утонувший в лиловой дымке сумерек. Вокруг Белой Сестры цыплятами сгрудились первые звезды, но Волчий Глаз остался на далеком Севере, и завыть-пожаловаться теперь некому. Из прорех между деревьями выглядывала ограда, увитая коваными птицами и цветами. И – никого, в том числе охраны. Вооруженных людей на территории посольства не было. Интересно, если нападет кто, сами отбиваться будут? Вряд ли, что крайне подозрительно. Аватар прислушался: расспросить бы.

Летти перестала всхлипывать и, судя по слабому шелесту, воевала с многочисленными крючками-шнурками. Надевать платье оказалось гораздо сложнее и дольше, чем скидывать. Вилль терпеливо ждал.

– Л’лэрд, прости…

– Кто тебя надоумил?

– Никто. Я сама надоумилась.

– Что ж… – Вилль обернулся и, усевшись на подоконник, пожал плечами. – Тогда нам не о чем разговаривать. Иди.

Девушка, заложив руки за спину и опустив глаза, мялась с ноги на ногу. Вилль ждал.

– Л’лэрд… л’лэрд, простите меня. Я не знала, что вас не привлекают девушки, – наконец робко выдавила служанка.

Вилль сперва и не понял, о чем она. А потом поперхнулся догадкой. Ну и страна, ну и нравы!

– Летти, ужене привлекают, – холодновато уточнил аватар. – Понимаешь, меня в Неверре ждет невеста.

Девушка нахмурила тонкие брови:

– Не понимаю… Вы здесь, а она ведь… там?

– Нет, Летти, она здесь. – Вилль прижал руку к груди. – Понимаешь меня?

Девушка смотрела на него глазами щенка, которому вместо косточки подсунули морковку.

– Летти, я ей кольцо подарил.

– А-а! И она согласилась?

Аватар солидно кивнул. А куда денется?!

Кажется, лед тронулся, и служанка вновь превратилась в милую, чуть стеснительную девушку. Бокал вина, щедро приправленный эльфийским обаянием, развязал язык, и Летти принялась каяться.

– Понимаете, вы приехали чуть раньше, чем мы ожидали! Комнаты готовили в спешке, а так угодить хотелось, чтоб и цвет, и обстановка пришлись по вкусу! – Девушка взволнованно жестикулировала, и умница л’лэрд понимающе кивал. – Убирали, белье подбирали, для вас ее вон, – она мотнула головой в сторону аляповатой турьей головы на стене, – приколачивали…

– Летти, все превосходно! Море благодарностей всем вам!

– И еще… – Летти обреченно вздохнула. – Наверное, я последней к вам вчера заходила. Цветы ставила.

– Я знаю, и что?

– И что?! Но я думала, что вы думали, что…

– Нет, не думал, Летти.

Все понятно… Сан Дарьен нашел виноватого в том, что ехидну проворонили, и влепил девушке выговор, а мерзавец Шантэль подлил масла в огонь.

– Я и решила все объяснить и попросить прощения за недосмотр.

Вилль хмыкнул. Ага, значит, красавица Летти решила, что после бурной ночи с ней кто угодно забудет все и вся?! Нет слов! Практика-то действующая, да только на людей. С аватаром, нашедшим свою Тай-Линн, в подобные игрушки играть бесполезно.

– Летти, разве я похож на шушеля, который существует ради того, чтобы подга… портить жизнь другим? Разве что мне захочется погулять в вашем парке под полной луной и какой-нибудь умник решит похитить меня ради выкупа. Вот ему подга… жизнь попорчу с удовольствием. Охраны-то здесь нет, верно?

Девушка, сделав большой глоток, пожала плечами.

– А зачем нам охрана? Посольство надежно укрыто колпаком.

– Каким колпаком?

– Воздушным куполом! Я не совсем понимаю, как он работает, знаю только, что заклинание наложено на ограду для вашей же безопасности. Днем его снимают, а ночью активируют. Купол невидим и совсем не портит пейзажа, но в посольство никто не проберется. Сюда даже никто не пролетит. И, – девушка хихикнула, – не вылетит тоже. Птицы чувствуют это и покидают территорию до активации.