Клинки севера - Илларионова Алина - Страница 22

– Тело… в овраге…

Алесса отпрянула, с трудом удержав крик. В старушечьем голосе, которым карса говорила теперь, не было и намека на прежнюю демоническую интонацию охотника за душами, только физическая боль, отчего-то смешанная с облегчением.

– Я… Я найду, обещаю. – Знахарка попросту не знала, что еще сказать. В голове царил полный бедлам.

– Спасибо… – Зверь закашлялся. Изо рта повалил дым, сбиваясь в плотное облако, которое потянулось десятком сизо-черных щупалец к смертной, но та покачала головой. Она не верила ни в Триединого, ни в силу демонов Бездны. Она верила в своего аватара.

Алесса тронула тело палкой, готовая отпрыгнуть в любой момент, но нет, карса была мертва. Съерт в целом не пострадал, хотя нуждался в заточке. Одеваясь, девушка думала, что же принести селянам в знак победы? Голову? Слишком тяжела. Отрезать уши или усы? Отвратительно. Хвост? Никогда. Куцая кошка – не кошка вовсе.

Алесса задвинула кинжал в ножны. Зачем врать самой себе? Она просто не сможет осквернить останки, в которых даже после ритуала сумели выжить две души. Когда-то карса была просто зверем, хищным, опасным, но живым; вынашивала и растила потомство, охотилась ради пропитания и резвилась на редких северных полянах. И эти инстинкты перешли к демону. А бабушка Тасенка, по словам селян, знала округу вплоть до последнего стебелька калужницы. Вряд ли она была случайной жертвой. Старая, беспомощная, в первый, и последний, раз в жизни ушедшая по грибы без верного Тумана.

Быть может, прав демон, и они сами разрушают собственный дом? С тяжким вздохом Алесса зябко потерла плечи, представив обезлюдевшие улицы Равенны, по которым бродят демоны в поисках еще не выпитых душ, ничего и никого не боясь. Потому что защитницы Альтеи уже не будет.

Но что может маленькая науми-оборотень?

Может, и ничего, но еще полгода назад она пропускала мимо себя чужие беды, если они не были связаны с возможностью заработать, и уж точно не стала бы ехать через всю страну и сражаться с демонами, только чтобы увидеть чье-то лицо.

«Да и волк, мрр, очень даже ничего!» – вставила пантера.

«А чего ж ты орала, когда он нас покатать согласился?!» – возмутилась Алесса.

«Это был боевой клич!»

«Перед тем, как спину ему исцарапать?!»

«Так зажило же!» – сконфузилась кошка.

– Зажило… – Алесса потянулась за сапогом, но так и не надела, а, хмурясь, подошла к мертвому зверю. Называть его демоном теперь язык не поворачивался. Опустившись, устроила на коленях тяжелую лапу. Нет, не почудилось, на подушечке действительно было выжжено клеймо – «ЭКЗО: КРС-3». Вторая часть шифра казалась понятной: карса, номер особи третий. А первая – экзотика, что ли? Карса экзотическая, особь три? Бред! Алесса задумалась. Шушель с этим ЭКЗО, потом разберется. Но если кроме номера указан и вид животного, то где-то могут бродить клейменые ТГР-тигры, ВЛК-волки…

«Нам бы не хотелось стать ПНТР …цатой?» – донесся из подсознания робкий голос пантеры.

Оживающий постепенно лес наполнялся привычным шумом. Утробно загудела болотная выпь, в ответ заинтересованно гукнул филин. Отправилась мышковать неясыть, на свой страх и риск оставив птенцов без присмотра. Впрочем, они уже большие – вон какие орясины из дупла повыглядывали. Скоро на крыло поднимутся. Мимо босых ног шурхнула гадюка, и девушка боязливо замерла.

И то верно. Пора уходить. Только кожу с клеймом срезать осталось, оно явно заинтересует Вилля.

В Прудочки вернулась с рассветом, едва волоча ноги в насквозь промокших, отяжелевших сапогах. Голова наверняка поджидал, потому что дверь открыл еще до стука и выразительно уставился на пустые руки «охотницы». Лохматый заспанный пацаненок, выкрутившись из-под отцовского локтя, хихикнул, явно желая угодить тяте.

– Она возле сдвоенной сосны лежит, сразу за ручьем. А тело вашей «утопленницы» Тасенки – в овраге, хоть похороните по-человечески. Паромщик-то к полудню выспится?

Паромщик к полудню выспался, а Алесса – нет, хоть и перекинулась туда-обратно, снимая усталость. Наспех вымывшись, бревном повалилась на кровать и сквозь дремоту, медленно переходящую в глубокий сон, услышала обрывки спора в нижнем зале, а особенно отчетливо громкий шепот Зорна, который «девочку обидеть не позволит». Знахарка не возмутилась, даже не удивилась. Селяне почти везде одинаковы: свое урвут, а за расплатой лезть в карман не спешат.

Впрочем, ее не обманули. Может, репутация орка повлияла, а может, завернутые в простыню останки, над которыми завыл пес Туман.

Заря следующего дня выдалась теплой, золотистой, что предвещало хороший день. Будто сама природа обеспокоилась, чтобы селяне поскорее забыли два последних месяца постоянного страха и занялись наконец делами насущными. Алесса опустила глаза, молча приветствуя двух мужчин, шедших навстречу с лопатами на плечах. По правую руку от нее бормотал что-то скверное под нос давешний несговорчивый паромщик, имени которого она не удосужилась спросить. Вроде кто-то упоминал, но это было совсем не важно. К Виллю тянуло с удвоенной силой. Не обниматься и не хвастать победой в неравной схватке, а чтобы он заправил за ухо непослушную прядь таким привычным, родным жестом, потер руки и спросил: «Оладий изволите, госпожа лекарь?» Сама Алесса печь их так и не научилась.

Липка поджидал у переправы, заложив руки за спину. С паромщиком и тремя его помощниками здороваться не стал, равно как и те с ним, что несколько удивляло.

– Уже уходишь?

– Уплываю.

– Не боишься одна?

– Я не одна, со мной друг. Вот здесь. – Алесса прижала руку к груди.

Мужчины, отвязывающие плот, как-то странно на нее посмотрели, кто-то даже покрутил пальцем у виска. Знахарка обижаться не стала: на себя небось и думают…

– Вот. Возьми обещанное… – Липка сунул ей в руку что-то прохладное, твердое, и крепко сжал ее пальцы, да еще и своими накрыл. – Как раз успел досверлить.

– Спасибо!

– Не смотри пока! Потом посмотришь… Просто возьми. На удачу!

Алесса даже пикнуть не успела, когда этот сорванец вдруг порывисто ее обнял, с жаром целуя в щеку. Ухмыльнулся, легко увертываясь от заслуженной затрещины, да и был таков.

«Залепил так залепил!» – выдохнула пантера.

Уже на середине реки Алесса разжала наконец кулак. На ладони лежал вырезанный из кости игорный кубик с просверленной дырочкой для шнурка.

– А ваш Липка, чей он? – обернувшись к паромщику, поинтересовалась знахарка.

– Какой такой Липка?

– Ну-у… Липка! Мальчишка, который нас провожал.

Мужик со вздохом поскреб щеку.

– Знать, карса тебя по лбу все ж приложила. Ты б выпила, что ль, а? Полегчает! Никакого Липки в Прудочках нет, и никто нас не провожал.

Чему Алесса нисколько не удивилась.

ГЛАВА 9

– Вы издеваетесь, что ли?! – негодовал Вилль, размахивая бумаженцией перед носом невозмутимого дворецкого. – Ну на кой ляд вам расписка?!

– Как встречающая сторона мы несем ответственность за вашу безопасность и поэтому не можем отпустить вас в город без провожатого и телохранителя, от услуг которых вы только что отказались. – Сан Дарьен перевел дыхание. – Указав время вашего отсутствия с точностью до получаса и подписавшись под оным, вы снимете с нас ответственность за вашу жизнь, здоровье и безопасность. Не забывайте, что с наступлением сумерек над особняком будет возведен купол, и поэтому заранее прошу вас проверить наличие ключа и убедиться в его исправности. В случае обнаружения неполадок советую вам обратиться…

– Тьфу!

– Ты чего разбушевался, а? – Подошедший Шумор с любопытством заглянул через плечо.

– Мне в город надо, а они какие-то писульки требуют!.. – пожаловался посол Винтерфелл уже с заметным акцентом, что означало крайнюю степень возмущения.

– Аха-ха-ха! – Живот Шумора, нависающий над кушаком, заколыхался. – Так писни, жалко, что ль?

Вилль, сцепив зубы, прилежно заполнил лист. Ну почему? Почему он должен отчитываться в собственных похождениях перед малознакомым человеком?!