Клинки севера - Илларионова Алина - Страница 30

– За последний год известно семь случаев нападения на скот и два – на человека.

Шумор уставился на высокого л’лэрда в суеверном ужасе, словно тот напророчил конец света.

– Из библиотечной подшивки «Вестника», – снисходительно усмехнулся Шантэль в ответ на очевидный вопрос.

– Но это исключение!

– Признайте, Хорэй, Геллера ошиблась.

– Она гений!

– И гении ошибаются… – Шумор открыл было рот, но Мариус только рукой махнул.

– А почему они кружат над одним местом? – встревожился Лин. Драккозы роились над жасминовой рощей, в которой Вилль «ап-щался» с Бешеным Лисом.

– Потому что там кто-то есть.

– Может, павлин? – неуверенно предположил сан Дарьен.

В наступившем молчании был отчетливо слышен стрекот крыльев за окном.

– Проверить надо. – Вилль очень надеялся, что его голос достаточно хладнокровен, хотя на душе кошки скребли. Наверняка постаралась Летти со своими духами, замешанными на насекомых аттрактантах. Упаси Пресветлая, и Дан с ней.

– Можно попробовать манок, – предложил Шумор.

– Куда, в дом заманим?!

– В колбу! И отдадим Геллере для усовершенствования!

– Хорэй! Ее твари хуже саранчи!

– Быть может, господа подождут Одаренных? – послышался робкий голос сана Дарьена.

– А мы, по-вашему – шуты балаганные?! – взвился рыжий огневик Арамэй.

– Может, выдуем их через трубу?

– Попробуем открыть портал!

– Нет, мы лучше будем спорить, а утром господа Одаренные склеят и оживят объедки.

Все как по команде уставились на Шантэля. Тот стоял в полутьме проема, забросив скай’лер на плечо.

– Я с вами. – Компания Силль-Миеллонца уже не казалась Виллю неприятной.

– Тогда вам лучше взять мухобойки, – посоветовал Мариус. – Или я сплету невод Скальды, и мы их туда заманим, а затем Арамэй прикончит метеором. Сколько процентов возьмешь на себя?

– Я в тандеме еще не работал – боюсь сжечь невод, – чуть смущенно признался маг огня. – Беру на себя вектор.

– Пойдет. Куда?

– К морю.

– А может, не надо метеором, Мар? Все ж тварюшки!.. Может, зашвырнуть их куда подальше, и дело с концом…

– Чтобы они погрызли тех, кто подальше, или сюда вернулись по памяти?! – огрызнулся Арамэй.

– Мар, а ты без кальки сплетешь? – усомнился Шумор.

Магистр Аттеа высокомерно хмыкнул. Не зря он больше тридцати лет заведовал Белой кафедрой, ежегодно выпускающей специалистов по управлению воздушной стихией. Маг ткал в воздухе нечто, больше всего походившее на дымчато-белые пчелиные соты, и попутно рассказывал Виллю, который после некоторых раздумий счел эту волшбу полезной, а потому простительной. С неводом Скальды охотились на пиратов морские патрули, правда, заклятие плелось заранее и упаковывалось в перстень-накопитель с неограненным алмазом – уж больно сложно и энергоемко, в чем Мариус, гордясь, предложил убедиться юному л’лэрду. Вилль не сумел подсчитать даже количество сторон фигуры. Каждый миг вспыхивали новые черточки и знаки, рассеивая внимание, поэтому он обозвал ее «рунической сотовой многограммой».

– А разве вам не нужно открытое небо?

– Чтобы вызвать ветер, нужно открытое небо, а нам оно понадобится, когда я отпущу поводок. Мы же не хотим ночевать в компании милых тварюшек Геллеры? Проблема в том, чтобы заманить туда всех драккоз одновременно, именно поэтому я создам кратковременную иллюзию запаха крови…

– А можно, я попробую, магистр?! Он не кратковременный получится, а настоящий! – умоляюще выпалил Лин. Выражение «строить воздушные замки» набирало все большую популярность: маги воздуха в последнее время стали первоклассными иллюзионистами не понаслышке, со студенческой скамьи практикуясь и подрабатывая в цирке, на ярмарках, да и просто в корчмах за выпивку и харчи. Зато те, кто подчинял водную стихию, научились менять состав жидкостей, имея под рукой необходимые ингредиенты или матрицу, по которой и создавалась копия. Выпивку они могли наколдовать и сами, причем не только себе: заработок, опять же харчи бесплатные.

Магистр осчастливил Лина благосклонным кивком и обратился к сану Дарьену:

– Уберите свой купол ради всех богов Мира! Все равно на этих тварей не действует!

Как шепотом пояснил Шумор, именно на сад кэссаря саранча когда-то в первую очередь и покусилась, полностью игнорируя купол, и зоомаг Геллера не придумала ничего лучшего, кроме как привить своим гибридам иммунитет к нему.

Меж тем «многограмма» стала походить на меленький зимний узор по стеклу, едва прозрачный, и за дело, самодовольно потирая руки, взялся Лин. Можно было попросить сцеженной крови для матрицы на кухне, но недавний студент решил побравировать и лихо чиркнул по запястью, надеясь, что в полутьме зеленоватый оттенок лица не заметен. Волнуясь, он бормотал сбивчиво, пугая остальных фанатичным блеском глаз, но «многограмма» не взрывалась, а постепенно наливалась вишневым цветом.

– Сейчас усилим концентрацию… – торжествуя, сообщил Лин… и первым зажал нос.

– Банзай!!! – одурев от запаха крови, наперебой завопили орки, да и Вилль едва подавил рык. Повезло, что Лед и Пламя сейчас не с ним, иначе мог бы не сдержаться.

До суматохи, учиненной тремя заморскими послами, потешникам из знаменитого равеннского цирка было далеко. В воздухе висел готовый невод, между пальцами Арамэя, меняя цвет с желтого на опасно-алый, разгорался шар, а орки метались по залу в поисках чего поувесистей. Сан Дарьен забился под стойку, в углу, выставив щетку на манер рогатины, оборонялась ворчащая Бина: «Носются тут всякие, топчут, хулюганют…»

– Выведите их кто-нибудь!

Вилль и Шантэль не сговариваясь бросились к дверям, а распахнув, едва успели увернуться от ломанувшегося наружу зеленолицего трио. Сан Дарьен безнадежно махнул рукой: всем было ясно, что парку конец. Следом за орками на улицу выплыла, грациозно покачиваясь, «руническая сотовая многограмма», Мариус держал ее на поводке, словно воздушного змея. Вилль с удивлением проследил за гикающим Гвирном, который мчался с выломанной откуда-то мраморной рукой наперевес. Бардак.

Драккоз орк не заинтересовал. Гибриды ринулись к крыльцу, напирая на растянутую вполнеба сеть, как косяк сардин. Невод выдулся пузырем и все продолжал расти, латая сам себя, и где ячейки увеличивались, нити плетения выпускали все новые жгутики, решетившие прорехи, как если бы носок штопали на чашке. Драккозы, визжа, царапаясь и толкаясь, наперебой тянулись к ароматной кровушке, при этом скрежет стоял такой, словно какой-то умник пилил стекло ржавым иззубренным ножом. Вилль страдальчески поморщился: давно пора научиться управлять собственным слухом, пока вылеченная Алессой мигрень не вернулась. Было мучительно тоскливо смотреть на небо, затянутое ловчей сетью, когда невод вдруг захлопнулся, образовав тугую сферу, битком набитую рвущимися наружу тварями.

– Теперь! – скомандовал Мариус.

Арамэй с силой оттолкнул красный в синих сполохах мяч. Тот завис на долю мига, точно решая, куда податься, и, завернув лихую дугу, вписался аккурат в сферу, подтолкнув ее, как теленок ведро. Теперь Вилль понял, чем метеор отличается от банального огнешара: последний летит, куда маг пошлет, первый движется по строго заданному вектору, причем с куда большей скоростью и силой. С азартным свистом метеор унес сферу к побережью, где над самым горизонтом обернулся раскинувшим крылья грифоном, завис на мгновение и взорвался, обрушившись в океан водопадом звезд.

– Неплохо, а? – подмигнул Арамэй. Из города ему ответили овациями, слышными даже на посольском холме.

Все же орки оказались достаточно воспитанными, чтобы не раскатывать парк под выгон, так, силу потешили маленько. Вычислить траекторию их разгула не составило труда, и Шумор, не принявший участия в ловле драккоз, тут же предложил услуги мага земли и архитектора. Единственная «пациентка» обнаружилась в компании л’лэрда.

– Это шедевр… – Шантэль, откинув голову назад и прищурившись, одухотворенно созерцал статую полуобнаженной безрукой девушки.