Клинки севера - Илларионова Алина - Страница 65

– Прямо! Рядом со своей Избранницей аватар может выжить, даже если у него сломан позвоночник, разбита голова.

«Или пробито сердце? – мысленно закончила пантера. – Давай!»

– А что будет с Сознающими? Ты ведь здесь неспроста?

– Они умрут. Разве тебя это волнует?

– За что?

– А зачем они нам нужны? – пожал плечами демон. – Ты ненавидишь Ярини, так что сможешь убить ее сама, если захочешь. И как захочешь. Я подстрахую.

– У тебя заключен договор с Геллерой? – Алесса наклонилась, чтобы поправить сапог. Если решится, какова вероятность того, что магическая аура скроет следы? Геллера не должна ничего почувствовать.

– Договор? – Демон презрительно фыркнул. – Прожорливые ишицу подписывают договоры. Эти падальщики только и могут, что жрать души тех, кого велят. Мы выполняем желания. Не все, конечно. Чаще всего свои собственные. Я могу вскипятить реку или построить дворец. Для тебя – все что пожелаешь. Чуть позже, когда разберусь в законах вашего мира.

«Сейчас, ну же!»

– Тогда зачем ты нужен Геллере? – Алесса то складывала голенище гармошкой, то раскатывала его по ноге, словно размышляя, как будет лучше смотреться. Нервы, как перетянутые струны, вот-вот оборвутся, не выдержав напряжения; сердце сжалось в комок и замерло. Ее сердце… на двоих одно.

Сейчас! Ну же!!!

– Я выполняю ее поручения, она помогает мне освоиться в вашем мире и дает мне то, что я хочу. Мне нравится Неверра, мне нравится это тело. Его, кстати, многие из наших хотели забрать, но Геллера выбрала меня. Как видишь, нас обоих все устраивает…

– Меня – нет! – выдохнула Алесса и ударила резко и коротко, без замаха.

Клинок с серебряной гравировкой, выкованный гномом, вошел в тело как в масло.

Юноша медленно опустил взгляд на рукоять, торчавшую из его груди. И повалился лицом в колени своей убийцы. Арвиэль не ожидал удара от Избранницы, следовательно, и демон не мог. Да сама Алесса до последнего мига не верила, что способна на это.

Незабываемая неделя накануне Нового года. Вилля разжаловали с должности капитана стражи, и он полностью принадлежит Алессе. Аватар провинился, поэтому теперь готов выполнить любое желание обидчивой подруги. Это – с явным удовольствием.

В северингском лесу два зверя играют в салки: белый и черный. Только что осаленная пантера круто разворачивается, взбивая лапами искрящий на солнце снег, пушистый, как шерсть крылатого волка.

– Догоню, съем!

Перемахнув поваленную сосну, волк припадает на передние лапы, помахивая хвостом. Ухмыляется.

– Для начала тебе придется свернуть мне шею или отрубить голову!

Любопытная пантера кладет подбородок на ствол.

– Ф-фу, Винтерфелл!.. А с пробитым сердцем аватар выживет?

– Вот тут как повезет… Но у тебя все равно ничего не выйдет, матюмачиха!

Закусив губу, Алесса с трудом перевернула Вилля на спину: обмякшее тело казалось неподъемным. Вокруг рукояти по светлой рубашке расползалось кровавое пятно, но аватар выглядел не мертвым, а просто задремавшим. Осталось только разбудить. Сухость во рту сменилась привкусом железа, и Алесса поняла, что губу она прокусила. Ничего, до свадьбы заживет, было бы за кого замуж выходить.

Не оглядываясь на распростертое тело, она достала из мешка заветный флакон. Последний, лишь бы хватило. Альтея может исцелить любые раны и заставить биться остывающее сердце. За спиной послышалось едва уловимое шипение, сменившееся рокотом, похожим на ворчание грозовой тучи. Да шедхе, зависший в воздухе над телом аватара, и походил на тучу, густо-бурую, перевитую жгутами пламенных сполохов, с уже посветлевшими, меркнущими краями. Алесса смотрела на него без ненависти, даже с некоторым сочувствием, как на матерого хищника, в очередной раз вышедшего на охоту, да попавшего в ловчую яму. В конце концов, он не виноват в том, что был создан таким.

И будь проклят тот, кто чертил гексаграмму вызова, в центре которой лежал Вилль.

– Вынь кинжал! – Настоящий голос демона огня оказался низким, глубоким.

Девушка отрицательно мотнула головой, резковато, не в силах скрыть облегчение: если шедхе торопится вернуться в тело, значит, Вилль не умрет.

– Глупышка ты, смертная… Ты чего-то ждешь от него? Ласки и понимания? Но он всегда будет чувствовать, как аватар, мыслить, как аватар и поступать, как аватар! Он навсегда останется слугой своего повелителя и его потомков. А я мог бы стать любым…

Алесса не ответила. Нет смысла спорить с истиной, которую она давно поняла.

И приняла.

– Только слугой… – В затихающем шепоте послышалось злорадство. Жгутики-сполохи заискрили голубым, оплетая сетью бесплотную сущность. Онемевший демон извивался, как гусеница, но противостоять Альтее не мог.

Алесса уставилась в пол. Не хотелось наблюдать гибель почти всемогущего существа, которое наивно обещало построить для нее дворец и которое она сама уничтожила.

Спустя двенадцать ударов сердца все закончилось. Только тогда девушка рискнула вынуть съерт. Поддавался он неохотно; тело аватара дернулось вслед за ее движением, голова безвольно мотнулась. Нажав на подбородок, Алесса вылила в приоткрывшийся рот половину флакона, остальным окропила рану. И стала ждать, мысленно отсчитывая секунды.

Ну почему Хранители не послали письмо парой недель раньше? Она успела бы обязательно и увезла Вилля домой, на север, даже если пришлось бы опоить его снотворным.

«Или попала бы к колдунам вместе с ним!» – мрачно проворчала кошка.

Время шло. Вилль все не подавал признаков жизни, пульса не было. Магический светляк по-прежнему горел ярко и ровно, а надежда таяла, сменяясь роем темных, обжигающе холодных страхов. Что же она натворила? Как подняла руку? И что аватар, если… нет, когда очнется, скажет своей убийце?!

– Клянусь крыльями, Леська, удар у тебя отменный… – пробормотал Вилль и открыл глаза. – Ты зачем косу покоцала, а?

Опустевший флакон разлетелся вдребезги, остатки трезвых мыслей ринулись наутек.

– А я… я… Ты зачем спину размалевал?!

– Не помню! Только плакать из-за этого не надо.

Алесса послушно отерла щеки. Вилль бледно улыбнулся.

– Молодец. А теперь отойди подальше и сиди там, пока не позову. Хорошо? – Несмотря на относительно бодрый тон, слова давались ему с трудом. Губы аватара мелко затряслись, на лбу выступила испарина. Глаза стали абсолютно черными, зрачок полностью скрыл оболочку, не оставив даже узенького кольца.

Дважды повторять не пришлось. Алесса перепугалась по-настоящему. Проворно отползла в угол, подтянув колени к подбородку, сжалась в дрожащий комочек.

Вилль тяжело перекатился с тюфяка на пол, не чувствуя впившихся в тело осколков и, похоже, вообще ничего не соображая. Он стоял на четвереньках, глухо рыча; деформирующиеся мышцы перекатывались под кожей с такой силой, что прилипшая от пота рубашка тут и там вздымалась желваками. Крылья с треском прострелили ткань и заскрежетали об пол костяными шипами. Удлинившиеся когти оставили на камне красные бороздки. Аватар менял ипостась, превращаясь неестественно и мучительно.

– Вилль, чем помочь?!

– Н-не подходи-и-и…

Когда Вилль заскулил, а потом взвыл, Алесса зажала уши, думая, что сейчас точно оглохнет.

И провалилась в свет.

ГЛАВА 12

Над выжженной лужайкой повис прогорклый чад горящей древесины; солнце палит, ослепительно-белое…

…ослепительно-белое, каким должен быть снег на побережье Себерского Перелива. Но тяжелые сапоги берберианцев смешали его с кровью и пеплом. Меж тлеющих одноэтажных изб, поскрипывая досками-чешуей, бродил деревянный дракон, словно хозяин, проверяющий, дочиста ли сжаты нивы. Всхрапнув, Алесса яростно топнула копытом, но наличию оного совсем не удивилась. Все так, как и должно быть.

– Ты прришла сама и теперрь умрешшшь… – разворачивая шерстяные крылья, проскрежетал дракон.