Клинки севера - Илларионова Алина - Страница 79

– Как сказать! Если вы превратите воду в вино, то запьянеют все, кроме меня. Обидно до чертиков!

– Зато в магическом бою вы неуязвимы, – резонно возразил Вилль. – Думаю, Геллера запланировала эксперимент с кем-то из подопытных, а в итоге забеременела сама. Кто знает, может быть, она… полюбила?..

…Летти предстояло составить распорядок дня объекта, узнать о его привычках и вкусовых пристрастиях, слабостях, неприязни и прочем. Геллера желала знать все.

Но это был лишь поверхностный сбор данных. Изучить объект изнутри можно было только в лаборатории. Двадцать три года для аватара – зеленая юность. Они неплохо затягивают раны, но еще уязвимы для ядов и лекарственных препаратов. Снотворного в том числе. Так что предпринять, чтобы Арвиэля можно было выманивать из посольства в любой момент и при этом не вызвать подозрений? В первую очередь, у самого объекта. Незаметно усыплять, изучать, сколько потребуется, и спокойно возвращать обратно?

Зоомаг решила подселить в его комнату ехидну. Мало кто знает об этих редких созданиях, ныне почти вымерших, и почти никто не может им противиться, принимая вкрадчивый шепоток за собственные желания. Молодой мужчина больше месяца провел в море без развлечений, без женщин. Как тут не прислушаться к природному естеству?

Но Арвиэль не прислушался. Более того, пытался ехидну разговорить, а затем уничтожил силами Мариуса Аттеа. Геллера знала: ничего ценного аватар не выяснил. За каждое неосторожное слово заколдованная ехидна расплачивалась болью, так что смерть для нее была скорее избавлением. Но Арвиэль мог заподозрить неладное, и зоомаг решила затаиться. В ее распоряжении оставалось целых шесть месяцев.

Это абсолютно не устраивало Летти, привыкшую получать все по первому же требованию. Девушка знала цену собственной внешности, равно как и эффект феромона, так что в успехе не сомневалась. Но увы! Вопреки расхожему в Скадаре мнению оказалось, что не все парни любят глазами. О ночном визите к объекту она, естественно, матери не обмолвилась, зато сообщила, что у него есть невеста. Услышав это заявление, Геллера смогла только пробормотать: «В двадцать три года? Ну и молодежь пошла…»

Тем временем в окрестностях Катарины-Дей объявились драккозы, и Геллере пришлось срочно уехать, чтобы лично оценить масштаб катастрофы и, по возможности, поймать пару-тройку гибридов. Летти осталась под присмотром Шумора, а объект вдруг засобирался в Веселый переулок. Конечно, он отговаривался, как мог, но разве кто поверил? Летти припустила к «тройняшкам».

Девушки-доппели, для которых арендовали неплохую квартирку в Веселом переулке, томились от безделья и потихоньку начали подрабатывать по ремеслу. Молодая госпожа налетела вихрем; по количеству пустых бутылок и кое-каких оберток оценила размах гулянок; устроила пятиминутный разнос и объявила полную боевую готовность. Летти объясняла сбивчиво, опасаясь, что аватар нагрянет с минуты на минуту.

Парень, пришедший в переулок, идеально подходил под описание: на вид чуть за двадцать, загорелый, одет в пурпурную рубашку, голова повязана черным платком, скрывшим кончики ушей. Три кошки потерли лапки.

Но у мышки оказались стальные зубы…

– Так все же кто за мной следил?! – перебил Дан.

– А вот это оч-чень интересно. – Вилль понизил голос. – Лис видел, как за мной пошел один из наших л’лэрдов…

– Кто именно?!

– А я почем знаю? – развел руками Лис. – Они все одинаковые: остроухие, длинные, на башке – сорочье гнездо, все в самоцветах. Сижу я, значит, в кустах, караулю сурка. Ну и дом ваш заодно. Вдруг смотрю: бежит белобрысая девчонка из обслуги, хлопнулась, встала, отряхнулась, побежала опять. Я – за ней, а она свистнула коляску и укатила. Мне в лисьем обличье в город ходу нет, а перекидываться – так или иначе, упустил бы. Я возвращаюсь, а там Дан махнул через оградку, да и был таков. Ну, я проводил до двуколки и вернулся опять. А навстречу – Вилль! Злющий, как демон!..

– Я добрая, пушистик, правда. Очень-очень добрая и нежная… – томно пропела демоница, наматывая локон на палец, украшенный длинным острым кроваво-алым ногтем.

– БуРДА! В общем, и его проводил. Потом эльф этот пробежал. И – тоже в двуколку! МУРа! Короче, я решил всех ждать в засаде. Первой вернулась девчонка…

…Летти была уверена, что все сработает четко. Ан нет.

Новорожденные доппели ничем не отличаются от новорожденных детей. Чем быстрей идет взросление, тем больше внешность расходится с интеллектом. Науми Мерхэ из команды Сознающих схватили около полугода назад, когда та подобралась слишком близко к лаборатории. Развязать ей язык не смогли по одной простой причине: она убила себя именно так, как описал Лис в их первую с Виллем встречу. Однако в руках Геллеры оказалась ее кровь. Доппелей Мерхэ вырастили и обучили по ускоренной программе. Все трое были похожи как капли воды друг на друга и на покойного донора, от последнего же унаследовали кошачьи повадки и сильную тягу к противоположному полу. Только сообразительностью не отличались. Им велели заманить остроухого на квартиру и усыпить, при этом меньше разговаривать. Действовать радикально лишь в крайнем случае.

Но никто не запретил им немного поиграть с добычей. В итоге – очередной провал…

– Иногда жизнь бьет ключом, а порой – по морде кирпичом, – флегматично заметил Лис.

– Еще как! – хмыкнул Вилль…

…Тот день выдался для Летти на редкость неудачным. Аватар должен был прийти на рассвете, а вернулся уже через несколько часов, бодрый и как ни в чем не бывало заказал себе десерт. Но что произошло? Он не добрался до Переулка? Не польстился на тройняшек? Раскусил их и убил? Тогда что ему известно? Куда подевалась приметная алая рубаха, вскоре выяснилось: Арвиэль оставил ее в парке на скамейке. Когда вернулся, дорогой одежды не обнаружил, что закономерно.

Летти промучилась незнанием до вечера. Ну почему, почему маги не умеют обмениваться мыслями на расстоянии? Насколько все было бы проще! Шумор, не ладивший с порталами, мог послать сигнал надежному человеку, чтобы тот проверил девочек. Но маг велел не дергаться и наблюдать за поведением объекта. А объект занялся исследованием бассейна вширь и вглубь, фыркая, дескать, вода слишком теплая.

С сумерками вернулся помятый Дан. И налетели драккозы. У Геллеры наверняка горели уши, ибо дочурка, прячась от кусачих тварей в скамейке-бревне, на эпитеты не скупилась. А позже, когда все вроде бы улеглось, случилось страшное. Ее, Вилетту Таннаис, дочь мага из Совета Семерых, отчитали как набедокурившего щенка! Практически натыкали носом!

Итак, поимка сорвалась, доппели могли пострадать, саму ее раскусили, оскорбили и унизили. Повезло, что не прилюдно, – этого Летти точно бы не вынесла и пристрелила бы объект той же ночью, наплевав на планы матери. Даже полукровка, которого она привораживала исключительно любопытства ради, выскользнул из рук. Такой, в расстроенных чувствах, Шумор нашел ее в саду. С горя Летти ему все и выложила как на духу. Но, вместо того чтобы утешить, маг отругал ее за самодеятельность и пригрозил уволить из шпионов.

На следующий день Шумор, надев чужую личину, отправился проведать и расспросить доппелей. Незнакомая бабочка, открывшая дверь, заявила, дескать, никаких тройняшек не знает, но готова ублажить клиента за троих. Владелица дома, она же «мамка» большинства девушек, безапелляционно утверждала, что троица съехала несколькими днями ранее в неизвестном направлении. Тут Шумор понял, что они здорово облажались, снаряжая доппелей в район с сомнительной репутацией. Зная о придирчивости эльфов к человечкам, Геллера научила девушек краситься и одеваться со вкусом, не пожалела дорогих духов и украшений. Теперь гранатовое колье-воротник скрывало старческие пятна на шее «мамки», а в ушах ее висели гранатовые же «слезки». Их прежние владелицы исчезли и, вполне вероятно, с концами. Аватар повстречаться с ними не успел. Следовало бы прижать тетку и поговорить как следует, но Шумор решил не ворошить осиное гнездо: с веселых жителей Переулка станется и убийцу отправить за любопытным «клиентом», и несчастный случай инсценировать.