Клинки севера - Илларионова Алина - Страница 87

«Бедные, несчастные зверьки… – зашептал внутренний голос. – Их здесь мучают, калечат и убивают… Они забыли, как греет солнце, они не помнят, как пахнет трава, как шепчет ветер в кронах… Я должен, я обязан освободить их…»

– Я за этим и пришел. – Вилль разглядел ехидну в углу дальней клетки.

Нечисть подковыляла к сетке на трех лапах, прижимая к груди переднюю левую.

– Издеваешься? – Облепленная опилками мордочка скривилась, словно аватар сморозил откровенную глупость.

– Нет. – Вилль сжал замок и попросту вырвал его из скоб. Пошевелил, разминая, пальцами, туго обтянутыми эластичной гладкой тканью. Резину он причислил к полезным достижениям прогресса.

Ехидна встала на задние лапы, глаза загорелись. Свободна!

Не обращая на нее внимания, Вилль перешел к следующей клетке. Всего занятыми оказалось восемнадцать помещений, большинство пустовало.

– Вверх – на волю, – рыкнул аватар волчьей чете, не сомневаясь, что они сообразят подняться по лестнице. На остальное зверье пришлось топнуть-шикнуть; нечисть удрала первой без оглядки, и не подумав благодарить избавителя.

Вилль собирался уходить, когда она выбралась из клети, которую аватар посчитал пустой. Замок срывал машинально. Теперь тварь ползла к добыче, как хамелеон, меняя окрас. Черная кожа побледнела; лицо, торс и руки замерцали в сиянии светляков, затянутые в чешую бедра и хвост позеленели в тон пола и наверняка были так же холодны на ощупь.

Тварь замерла напротив и быстро облизнула раздвоенным языком алые губы. Влажно блеснули тонкие как иглы клыки. Глаза, потускневшие в неволе, засияли прозрачной зеленью, от вертикальных зрачков расплывались тонкие золотые кольца. Ритмично потрескивала погремушка на кончике хвоста.

Эльф-оборотень и вампирша-полузмей гипнотизировали друг друга.

Она была прекрасна, как богиня.

Но не для него.

– Жшшиви… – нехотя вымолвили губы.

Сильный хвост бичом стегнул порог бестиария.

Вилль машинально отер вспотевший лоб. Тягаться с голодной ламией, чья приворотная магия превосходит эльфийскую, рискнул бы не каждый взрослый аватар!

Он возвращался, сокрушаясь собственной безрассудной неосмотрительности, рискующей перейти в откровенную безалаберность, а в кабинете столкнулся с безалаберностью рангом выше.

– Ша-ак, а ждещь у наш шо?.. – бормотал Лис, зубами откупоривая грушевидную банку с бесцветным вязким содержимым.

Взгляд выхватил начало знакомой формулы на этикетке…

– Э-э-эй!!! – Аватар выхватил банку, челюсти алхимика голодно клацнули. – Пресветлая! С ума сошел?! Геллерин «сироп» хуже серной и муравьиной кислоты, вместе взятых: органику разъедает за считаные секунды!

– Давай возьмем! – оживился Лис.

– Хм… – Почему бы и нет? Может, пригодится… в хозяйстве. Вилль сунул «сироп» в мешок.

Лис уже цапнул такой же формы банку без этикетки. Судя по откупоренным пробкам, он успел перенюхать содержимое половины склянок со стеллажа, но годным в употребление не признал; мышь куда-то исчезла.

– А это что?

– Дистиллированная вода.

– А-а… – Алхимик потерял к ней интерес и тут заметил, что руки Вилля блестят неестественно-молочным цветом. – Что это?!

– Тьфу, перчатки снять забыл…

– Дай-дай-дай померить!

– Лис, ты неисправим! – вздохнул Вилль, стягивая перчатки. – Когда вернемся, я попрошу Повелителя открыть богадельню для горбатых, и ты будешь первым пациентом! А теперь поджигай свой «динамит», и уходим.

Название подсказал Володя, когда увидел связку коричневых цилиндров с фитилями, правда, половины компонентов он не знал и почему-то удивился отсутствию опилок в начинке. Лису понравилось. Сказал, мол, похоже на обратный отсчет: три, два, один… Ба-бах! И – руины в дрожащем мареве каменной пыли…

С первой искры затлел фитиль, такой коротенький, недолгий. Вилль вспомнил, что теплоход наследницы движется за счет чего-то горючего, и непроизвольно поежился. Его, ценителя холодного ветра и оружия, не слишком устраивала перспектива плыть на бочке с порохом. Огонь – не аватарья стихия, факт!

Выйдя за порог, Вилль плотно закрыл дверь. Подельники переглянулись: так просто?

И взвыла тревога. Видимо, кто-то с верхних этажей обнаружил трупы или освобожденные узники решили отомстить. Это скверно. Вилль надеялся, им удастся уйти незамеченными, а неизбежные свидетели уже ничего не скажут.

А значило это, что…

– Портал заблокирован. К лестнице!

Рванули так, будто их преследовал рой диких пчел. Сердце Вилля подкатило к горлу, ноги почему-то стали ватными. Пяти секунд не прошло, как мелькнула цифра «4», намалеванная киноварью на бледно-зеленой стене, но время, казалось, неслось вскачь с немыслимой скоростью. Аватар не сразу понял, что это – страх. Он не боялся смерти, но не хотел, до сорванного горла не хотел умирать в растреклятом змеином гнездилище сейчас, когда самое страшное осталось позади!

…3…2…1…

Ди-на-мит…

– П-пол…торы… ми…нуты… – задыхаясь, выпалил Лис.

Осталось, с облегчением понял Вилль. Свобода рядом. И жизнь.

Он пропустил алхимика вперед и замедлил бег, оборачиваясь на ходу. За последнее время аватар успел во многом натренироваться. Были слышны крики и шум, но он понимал, что придется прорываться быстро, по возможности не ввязываясь в схватку. Лиса прикроет крыльями.

А аватары боли не боятся.

– Дверь закрыта наверняка, – предупредил Вилль, когда алхимик сел верхом.

– Не проблема, – с какой-то злоехидной интонацией ответил Лис.

Не трупы стали причиной тревоги, а взбешенные узники лаборатории. Уже на пороге свободы они решили отомстить мучителям. Нечисть, чисть, звери, люди – все смешалось в каком-то немыслимом кипящем супе, до отказа забившем коридор с порталами. И все двигалось, вертелось, грызло, кусало, стреляло, било…

Вилль растерялся. Казалось, в этом месиве даже мышь не протиснется…

– Банза-ай! – вдруг заорал Бешеный Лис и… пришпорил волка.

Занервничали все, включая Вилля. Пятки у худощавого метаморфа оказались твердыми и острыми, а силушкой природа-мать не обделила. Волк, инстинктивно прижав уши, раскинув крылья, встал на «свечку» и рванул, как заправский скакун, будто стремясь выпрыгнуть из-под бешеного наездника.

Появление скакового волка поддало жару. Смертельные враги оставили недодушенные шеи и недогрызенные конечности и дружно, как паратая стая гончих, варом поварили к выходу. В ушах бедного аватара гудело, звенело и визжало.

Скрежеща когтями по металлу, волк юзом завернул в вестибюль.

А там толпа тщетно напирала на прочную сеть, отгородившую ночь и свободу.

– Впере-од! – И снова пятки негодяя алхимика вонзились в многострадальные волчьи ребра.

Вилль истошно взревел орочьим матом. И понесся не думая ни о чем. Кто-то, казалось, перемешал буквы всех существующих алфавитов, засыпал в его голову и основательно встряхнул.

Все, кто был на этаже, шарахнулись в стороны, прижимаясь к стенам и образуя живой коридор. Люди в халатах. Волк. Мартышка. Краем глаза Вилль зацепил изумленное лицо ламии, которая едва успела подобрать гремучий хвост. Об пол, рассыпавшись искрами, грохнул светляк, следом – второй: баги тоже принимали посильное участие в этом восхитительном мракобесии.

Что-то просвистело мимо морды аватара. В голове мелькнуло: светляк. Но «светляк» врезался в сеть… и ее просто вынесло вон с грохотом, лязгом и клубами ядовито-желтой мути.

Вилль прыгнул в едкий дым, расправляя крылья.

Ледяные вихри поднебесья мгновенно остудили кипящую и гудящую голову. Восхитительно черный Небесный полог лоснился и мерцал, как атласная шерсть пантеры. Стальной серп месяца, что горская ринг-ари – безжалостный острый клинок. И бесконечная вьюга звезд над Бескрайним океаном…

…Грохота Вилль не услышал, лишь какое-то бурчание из-под земли, словно в пустом желудке. Внизу тут и там вспыхивали жгуче-зеленые прямоугольники, выплевывая наземь маленькие, жалкие фигурки. Большинству Одаренных удалось спастись. Те, кто выбрался вслед за Виллем через выбитую дверь, успели убежать на добрые полсотни саженей. Им повезло.