Оборотни Его Величества - Илларионова Алина - Страница 3

– Произойдет то, что так любят пророчить фанатичные жрецы Триединого – конец света. Этот раздел «Слова Божия» поминают все чаще в преддверии Полнокружья [2], грядущего солнечного затмения и возвращения кометы Фия весной… Но ведь мы с вами – господа и сударыня, образованные, мы же не будем верить в «знамения»?

Триш раньше и не верила, но уж больно зловеще сочетались саркастическая усмешка и серьезный взгляд высокого л’лэрда.

– Неужели Геллера не понимает, чем могут закончиться ее «изыскания»?!

– Мы и сами не все понимаем, сударыня. Хуже того, не способны полностью оценить масштаб катастрофы, потому что просто не можем этого представить. Мы слышим слова, но не видим наглядной картинки, а память Володи для нас закрыта.

– Просто не допустите, чтобы скадарские маги захватили Колодец, иначе амба всем будет, – подытожил Владимир. За двадцать лет выпускник кафедры музеологии привык к миру Неверры и вовсе не хотел, чтобы его постигла незавидная участь родной Земли.

– Нам не на что надеяться, пока в Ковене раздрай, а крысы не отловлены, – мрачно сказала Триш.

Советник Шантэль откинулся в кресле, соединив кончики пальцев:

– Самым трудным было сдвинуть маятник с мертвой точки. Теперь все зависит от того, сумеем ли мы правильно использовать отпущенное нам время.

Часть первая

Часовщик для Повелителя

Глава 1

Тремя неделями ранее

Родина встречала морозами. Не первыми, но еще и не намертво прилипшими до весны сугробами с отполированной солнцем корочкой наста. Растрепанные облака порошили алмазной пылью, дул сильный северо-восточный ветер. Глубоко вздохнув, Ирэн закашлялась клубами пара и спрятала лицо в шарф. Вилль подхватил Алессу на руки, прижал крепко-крепко и закружил – у той аж дух захватило!

– Пересластили, – беззлобно проворчала Веррея.

– Берег! Бере-ег!!! Ненавижу море – за сотни верст окрест взорвать нечего! – распластавшись на палубе, заорал Лис, и взрыв грянул. Взрыв смеха.

Дома.

Гребень скалистого берега густо порос соснами. Заметив, что ветер с каждой минутой крепчает, Владимир обеспокоился, как бы не поднялся штормовой норд-ост. Судьба их миловала в пути, отведя непогоду, пиратов и патрульные неверрийские корабли. Приветственный гудок дать не рискнули. Их не заметили, и это хорошо. Неизвестно, как отреагировали бы соотечественники на стальную печку, дымящую в море. По той же причине решили не причаливать в столице.

«Екатерину» завели узким проливом между скал в крохотную, но надежную бухту. Едва друзья сошли на берег, теплоход исчез. Триш удовлетворенно хрустнула костяшками.

– Что ж ты дурака валяла, когда мы его из Жемчужной бухты уводили?! – подобрав челюсть, возмутилась Алесса.

– Потому что невидимость – та же магия иллюзий, а иллюзионист из мага воды аховый, – без тени смущения призналась Триш. – Мою волшбу почуяли сразу бы. Здесь только птицы да зверье. «Екатерина» в безопасности. С телепортацией я тоже на «вы», но на море мои силы множатся. Так что либр Ирэн работать будет!

– Кулон сам хочет работать на меня! – высокомерно заявила наследница, отобрала у Владимира веревку и ловко, почти как науми, стала карабкаться наверх. Дан полез следом, страхуя опрометчивую девчонку.

До столицы добрались с попутным обозом, и на пригорке Вилль вдруг вскинул голову и ошеломленно ахнул:

– Вы смотрите-ка! Добились своего храмовники!

Над гребнем поморских гор возвышались деревянные конструкции, похожие на разломанные пополам арбы – с одним колесом и оглоблей. Приглядевшись, можно было заметить фигурки суетящихся людей, крохотные по сравнению с огромными строительными машинами. Когда Вилль отплывал в Скадар, между императором и Верховным Жрецом шли жаркие трения из-за возведения храма Иллиатара на водопаде Рассветный Каскад, но, видимо, Лаврентию удалось настоять на своем.

– Очень выгодное место для храма, – заметил Владимир. – И с моря видать издалека, и с суши, а камнеметы его не достанут.

Переночевали друзья в деревеньке у стены, а едва солнце взошло, отправились к воротам. Несмотря на рань, около двух десятков визитеров уже собралось. Сонно моргали, позевывая и хлопая себя по плечам, чтобы согреться, но своей очереди на досмотр ждали терпеливо. Процессом руководили двое алебардистов возрастом едва ли старше Вилля, только расхлябанные: лица выбриты кое-как; у того, что справа, шапка набекрень, у левого расстегнут воротник-стойка, а понятия «пресс» и «пузо» перепутали оба. Аватар вскинул бровь: это что за образцы?!

Вилль тоже надел меховую шапку, чтобы острые уши не бросались в глаза, но сидела она как влитая. Куртка ладно обтягивала фигуру, ремень не болтался, ровная коса блестела на солнце, точно золотая. Когда щекастая дочка селян, чья очередь на досмотр подошла, обернулась, да так и прикипела к парню взглядом, Алесса почувствовала себя обладателем сундука с самоцветами. Осталось запереть покрепче, а то ворья развелось…

После селян досматривали пятерых гномов. Им не повезло.

– По империалу с каждого, – протянул правый стражник, переворошив клинки в телеге и лениво обмахав оружейников идентификатором расы, похожим на круглый леденец на палочке.

– Чего?! С тех же по полушке брали! – возмутился гном постарше с белой как снег, заплетенной в две толстые косы бородой.

– Подорожный налог! У вас телега тяжелая? Тяжелая. Мостовую разобьете? Разобьете. Короче, пять империалов, или проваливайте в свой Мыс торговать.

– Да разве ж она тяжелая?! Вон ишак в одиночку тянет – не жалуется!

Но скотина решила сделать хозяевам подлянку и жалобно заревела. Стражники обменялись кривыми ухмылками.

– Пять золотых, или убирайтесь.

– Мы мировому судье жаловаться будем! – рассвирепел старший оружейник, но монеты отсчитал.

– Да ради бога! – пожал плечами стражник, пряча три золотых в кошель, а два – в собственный карман.

От этой наглости гномы так опешили, что в город вошли молча. Взяточничество ни для кого секретом не было, но чтобы прилюдно, у всех на глазах…

– Я им сейчас покажу шушеля мать. – Вилль сжал кулаки. Алесса знала, что у рядового гвардейца из элитной лички полномочий больше, чем у офицерья кавалерии.

– Стой! – Владимир перехватил его за руку. – Селян пропустили за полтора империала, почти не досматривали. Они не к телеге прицепились. К расе.

Аватар побледнел, на щеках заходили желваки.

– Пусть рискнут к нам прицепиться, песцы позорные…

– Тише, тише. Я сам все улажу. – Владимир крепче сжал его запястье. – Только молчи, парень. Только молчи.

Алесса погладила друга по спине, помня, что это успокаивает волка. Когда подошла их очередь, иномирянин выступил вперед, загородив остальных от лучей идентификатора. Магический «леденец» замерцал всеми цветами радуги, алебардист недоуменно постучал им о ладонь.

– Сломался. – Напарник почесал правое ухо, еще сильнее сбив шапку к левому.

– Почему ремень на ладонь отстает, чадо? – с самой доброжелательной улыбкой поинтересовался Владимир. – По уставу положено на два пальца.

– Истину глаголешь, отче, не по уставу, – глядя в землю, прошелестела Веррея.

Алебардисты втянули животы, сообразив, что мужчина попался с подвохом. Вроде одет в гражданское, а поди-ка ты – устав знает, да и выправка военная.

– Сколько вас?

– Я и девять учеников моих, свет во мраке ищущих. Решил им столицу показать, где юность моя славная да грешная прошла, в храм наш благой сводить, – иномирянин ласково приобнял демоницу за плечи, – с его архисвятейшеством новостями о мирском обменяться, да о храме новом потолковать.

«Ого-о! – читалось на лицах солдат. – Так он с Верховным лично знаком?!»

– Э-э-э… добро пожаловать! Дозвольте осмотреть мешки, господин…

– Любопытство есть порок, чадо! – Владимир строго покачал головой. – Вы под чьим командованием службу несете?

2

Полнокружье, Полный Круговрат – високосный год. Наступающий 1437 год будет високосным.