Оборотни Его Величества - Илларионова Алина - Страница 30

Надежно прицепившись к акантовой капители полуколонны, Алесса вся обратилась в слух.

– Яри, он еще мальчишка.

– Он – аватар. И как думаешь, ему польстило бы то, как низко ты его ценишь?

– Не низко! – резко, отрывисто. – Но да, ценю. Если б я мог предположить, что с ним случится, в Скадар нипочем не пустил бы. Другого бы отправил.

– Кого не жалко? – с откровенным сарказмом.

– Кого ценю ниже. И сейчас… Нет, я пошлю за ним немедля, и пусть посмеют мне отказать!

– Ты никогда не слушал меня, Аристан, так, может быть, сейчас? Хотя бы попробуй, я ни на чем не настаиваю.

Усмешка.

– Никогда не настаивала, но своего добивалась.

– Значит, мы оба хотели одного, Аристан, – серьезно сказала Ярини. – Еще день-другой, и маятник качнется. Подожди.

– А мальчик?! Там – не место для честных прямолинейных упрямцев. Мне просто вернут живой труп!

– В том и дело, Аристан. Ты знаешь – так надо. – Голос понизился до неразборчивого шепота, затем окреп вновь. – Он рожден для того, чтобы терпеть. Арвиэль гораздо крепче, чем он сам думает. Тем более – чем думаешь ты. Ты готов его по правую руку за стол усадить, а ему неловко. Скакуна ему подобрал? Так он всю дорогу про своего ненаглядного Филечку разливался, мы уж и не знали, куда спрятаться на теплоходе.

– Это про тяжеловоза, что ли?

– Про него, окаянного, чтоб у него хвост повылез!

После некоторого молчания император задумчиво произнес:

– Знаешь, мы все думали тогда, что если мальчик и выживет, то удерет от Берена при первой же удобной возможности. Отец твердил, мол, аватары – волки, звери нелюдимые. А этот, гляди-ка, прикипел к человеку… А девочка – ну чисто блошка! Маленькая, черненькая, шустрая – везде проскочит!

Ярини откровенно захохотала, судя по звону, что-то опрокинув.

Алесса не хотела знать, что о ней думают эти… блохоловы. Угу, а дворец – золотая табакерка. Скачи, Леська, нам на потеху, скачи! А Вилль пусть гибнет, потому что «так надо».

Науми съехала вниз по полуколонне, ставшей вдруг какой-то противно липкой, и вошла во дворец через парадный вход, немало удивив охрану и прислугу…

Глава 10

Это произошло не через день-другой, а уже на следующее утро. Ночью в девичьей спальне на первом этаже полным ходом шла подготовка к операции «Экстренная эвакуация». Подсказанный Володей термин был звучным, умным, неверрийской науке неизвестным; вдобавок, Лису должен понравиться. «Спасатель» подготовила одежду; записала примерные размеры и толщину дверей, не забыв указать цвет металла; по памяти набросала план первого этажа и цоколя…

– Вот ушш я ихх нашшпотыкаю… – с графитом в зубах яростно шипела науми.

– Хозя-а-айка, может, не на-а-адо?! Ой, шшто бу-удет! – обхватив лапами голову, ныл Симка.

– Вернее, чего не будет.

Алесса, мрачная и решительная, начеркала пару строк, сложила лист вчетверо и вручила коту. Вернулся он с коротким и емким ответом: «ПоТЦ! Едем» [16]. Науми злобненько, по-Лисьи, захихикала…

…Урочный час пробил в четыре. Ночные гуляки в это время уже спали, добропорядочные горожане еще не проснулись. Под несмолкаемые Симкины причитания науми выбралась из окна, тенью миновала парк, прокралась вдоль изгороди и шмыгнула в облюбованную загодя лазейку. Домовой остался прикрывать беглянку. Взяв первый попавшийся экипаж, доехала до Шестого Лепестка, выспросила у кучера дорогу и окольным путем побежала на Седьмой. Местом встречи был особняк с терракотовой черепицей. В свое время Алесса не обратила внимания на номер, зато в деталях разглядела здоровенный позолоченный флюгер в виде гарцующего коня с волнообразным хвостом. Встав между заборами, науми тихо протяжно позвала:

– Лис! Ли-и-ис! Ты здесь?

– Здесь, – убитым голосом отозвался из-за угла алхимик, выводимый за ухо л’лэрдом Шантэлем. Следом, тяжко вздыхая, понуро брела Триш.

– Хоть ваши сообщники молчали как рыбы, несложно было догадаться, кто организатор, – хмыкнул эльф, выпустив Лисье ухо. Цапнув сестру за рукав, алхимик перебежал на сторону Алессы и принял стойку «драться буду, кусаться буду».

Только один придворный был посвящен в планы, только он мог проговориться… Ну держись, болтун хвостатый!

Приподняв бровь, Шантэль одарил троицу ироничной полуулыбкой. А науми родила очередную идею:

– Триш, заморозь его!

– Что?! – ахнула маг. Эльф улыбнулся ей персонально. Добродушно так, будто дедушка, застукавший в саду чужого внучка, ломающего голову над способом промысла чересчур высоко дразнящихся вишен.

– Триш, давай! – У кицунэ аж глаза загорелись.

– Трисса, не надо, – покачал головой Шантэль. – Подумайте хорошенько, прежде чем примете решение.

– Морозь!!!

– Трисса, подумайте.

Триш в раздумьях подняла руку, на ладони медленно густел сполох голубовато-белого пламени. Было видно, что ей непросто дается этот шаг. Что, больную ножку пожалела?!

– Триш!

– Трисса?

Девушка опустила руку и с виноватой улыбкой пожала плечами. Л’лэрд удовлетворенно кивнул.

– Впрочем, можете бросать, он все равно не причинит мне вреда.

– Ах так?!

Угасающий леденит вспыхнул. Оставив следом серебристый росчерк в затененном проходе, кометой взял курс на голову эльфа. Тот всего лишь вздрогнул, не более. Располовиненное заклинание обошло цель по касательной и угасло. Шантэль, хмыкнув, двумя пальцами стер иней с изогнутого лезвия кинжала. Триш недоверчиво уставилась на пустые руки.

– Милая барышня, если вы достаточно самоутвердились на сегодня, то забирайте брата и ступайте домой.

К удивлению Алессы, не только Триш, даже Лис послушался. Извинились, смущенно улыбаясь, да и были таковы. Науми осталась наедине с силльмиеллонцем, а тот все улыбался, гад ушастый.

– Вам Симка проболтался, да?

Шантэль многозначительно усмехнулся:

– У меня свои дозорные, Алесса, и пока я во дворце – все под контролем… А вы решили проложить дорогу к Винтерфеллу при помощи вашего «динамита»? Не вышло бы.

– Почему?

– Потому, – туманно изрек л’лэрд.

Обойдя его, науми выбралась на мостовую и услышала в спину:

– Вы собираетесь штурмовать СОК в одиночку?

– С вами.

– У меня при себе только фельяр, – достав из ножен длинный обоюдоострый нож, эльф подстроился к Алессе в шаг.

– Тогда отстегните протез и бейте им по головам. У меня есть съерт и дымовая хлопушка в кармане. Как хотите, но я не отступлюсь.

– Теперь я понимаю, почему маги не заставили вас изменить показания. Геллера Таннаис права: кровь – удивительная сила, – немного помолчав, пробормотал Шантэль.

Девушка пожала плечами, дохнув облачком пара. Нигде она не видела зимой таких светлых ночей, как в столице. Утрамбованная дорога, сугробы на обочинах, сосульки под крышами и подоконниками, лебяжий пух на скрипучих деревьях – все мерцало перламутром, блестело и переливалось, отражая свет магических фонарей, Белой Сестры и звезд. Казалось, сам воздух над землей загустел серебристой дымкой. Снег похрустывал под ногами, утренний морозец бодрил. На улице не было ни души, даже дворничьей. Они вдвоем шли вдоль обочины – молодой метаморф и старый эльф, каждый размышляя о своем.

Внезапно тишина раздробилась цоканьем подков о накатанную мостовую. Из-за поворота на Лепесток вывернула горячая вороная пара, без особых усилий тянущая внушительных размеров карету с изображением солнца на дверце. Пыхнув паром как дымом, лошади замерли у здания СОКа.

Идея созрела мгновенно. Проигнорировав окрик замкапитана, Алесса бросилась к карете. Человек уже спрыгнул со ступеньки и, постукивая тростью, шел к двери. Наверное, и в звериной ипостаси науми никогда так быстро не бегала. Успев в предпоследнюю секунду, когда магия отперла зачарованный замок и дверь приоткрылась, девушка с вежливым: «Ой, спасибо, опаздываю!» – попыталась нырнуть в щель.

Не тут-то было! Рука, затянутая в черную кожу, уперлась в косяк как раз перед покрасневшим от холода носом.

16

ПоТЦ – потому тебя ценю. Очередная аббревиатура из жаргона Лиса.