По ту сторону отражения - Джейн Анна - Страница 108

– Ни фига ты изменился, Мочалка, – сказала наконец она – Над тобой поработали волшебники?

– Надо мной поработала жизнь, – довольным тоном ответил молодой человек.

– Ну-ну. Катя, мы с этим дураком местного разлива учились в одном классе – до девятого, правда. Потом он от нас перешел в другую школу.

– Мир тесен, – рассмеялась я. – А при чем тут Лимпампо и Мочалка?

– У него было прозвище Мочалка! – ткнула, не стесняясь, парня в плечо Настя. – Потому что у него волосы были похожи на мочалку.

– Так меня только ты называла! – совершенно по-детски обиделся сын бизнесмена. Нет, он меня поражает – и куда делся тот нытик-холерик, преследующий по пятам Нинку? – И как я с тобой сидел три года за одной партой!

– Это я тебя терпела, Мочалка, – огрызнулась Настя. А у нее куда делось-то все обаяние, да и призывный блеск в глазах пропал?

– Кать, а знаешь, почему ее Лимпампо звали? – спросил Баба Яга.

– Почему? – естественно я не знала. Подружка говорила, что в классе ее, такую милую, называли Модель.

– Однажды в пятом классе нашу Настюху вызвали к доске – училка географии. Она должна была рассказать про Африку и ее климат, – торжественно начал парень, а Настя демонстративно отвернулась, закатив глаза. – Ее вызвали, а она стоит, мнется и ничего сказать не может: что-то только про бананы твердит. И тогда учительница говорит: «Ну, ты хоть пару рек назови в Африке?» – а наша умница подумала немного и выдает спокойно: «В Африке есть Лимпампо!» Весь класс валялся, а учительница ее пожалела и даже двойку ставить не стала. – Вспомнив, видимо, дела давно минувших дней, Валерий рассмеялся вновь.

– Это только ты меня так доставал! – вызверилась девушка. – Мочалово.

– Лимпампо.

– Идиот рыжий.

– Я не рыжий, а ты плоская.

– Я уже давно не плоская, можешь потрогать! – заявила девушка. Молодой человек смутился, но виду не подал.

– Спасибо, нет, – отказался он крайне вежливым тоном. – Я что-нибудь другое лучше потрогаю. Вдруг ты туда взрывчатку положила?

Вот и встреча одноклассников. Поговорили, называется. И кто бы мог подумать, что они друг друга знают? Это до сих пор для меня остается большой загадкой.

Они препирались, я молчала – зачем мешать людям, если они увлечены друг другом?

– Ты такая же дурочка, как и всегда, – заявил Валерий Настьке.

– А сам-то! Сколько апломба, – фыркнула она.

– У тебя его не меньше, – отвечал Баба Яга и хотел ей что-то еще добавить лестное, но у него зазвонил телефон, и парень вынужден был отойти.

– Ты откуда его знаешь? – тут же поинтересовалась шепотом девушка – глаза ее горели азартом. – Я, кстати, как выгляжу? Миленько?

– Отлично. Очень хорошо, – не пожалела я комплементов для Настасьи. – Но я не поняла. Зачем Валерий тебе нужен? Ты же блондинов любишь только?

Оказалось, уже не только. Надо же, как взгляды людей могут меняться, когда ты бежишь за идеалами, а встречаешь только их полные противоположности. Старшая моя подруга оказалась не исключением.

– Блондины – моя мечта. Что, кстати, с тем неформальным милашкой, который тебя встречал? Мы так мало общаемся в последнее время, я ничего не знаю о тебе, – заявила Настя. – Кстати, нам надо куда-нибудь вместе выбраться. Погулять, повеселиться. Ну, что там с офигенным блондинчиком?

– Между нами почти ничего нет, Насть, он тогда прикололся, и все, – тихо проговорила я. Вспоминать о Кее было больно – кончик застывшего пламени уколол сердце, и по нему побежали трещинки. – Мы больше не общаемся. Он оказался подонком.

– Все красавчики – подонки в той или иной степени, – сочувственно покивала головой девушка. – А вот те, кто не так эффектно выглядят… о, ты бы видела, каким страшненьким этот барбос раньше был! Валерка, я имею в виду. Но характер у него всегда был поганым, – видимо, даже время характеришко не исправило! Да, те, кто не так эффектно выглядят, – они не с таким гонором.

– То есть теперь ты не будешь искать высоких голубоглазых блондинчиков? – удивилась я. Все же, несмотря на свои многочисленные проколы в личном плане, Анастасия имеет немного здравого смысла.

– Буду. Но и сейчас мне кто-то нужен. Хочется романтики, крепких отношений и всего такого. Знаешь, когда все девчонки на работе хвастаются своими парнями, и одна за другой выходят замуж, у меня откуда-то из глубин мозга вдруг приплывает зависть к простому человеческому счастью. Вот же я философ. – Девушка, тряхнув волосами, рассмеялась. – И ты посмотри, какой Мочалка богатый парень теперь! Одежда, украшения, ботинки – все по высшему классу, – заговорщицки говорила подруга. – Он крутым стал. С ним не стыдно появиться в обществе. Видела бы ты этого имбецила раньше! Ты на него не претендуешь, нет? – с надеждой заглянула она мне в глаза. – Тогда я им займусь. Подождите меня здесь, я домой сгоняю!

– Зачем? – опешила я.

– Там у меня афродизиаки есть! И еще принарядиться хочу. Стойте здесь и не уходите! – С этими словами соседка скрылась в подъезде, перебирая ногами так быстро, словно была Олимпийским спринтером.

– Где Лимпампо? – почти тут же подошел ко мне Баба Яга, закончивший свои телефонные переговоры.

– Сейчас будет. А что? – полюбопытствовала я.

– Да вот, – неопределенно пожал плечами Баба Яга, – хочу с ней укрепить отношения.

И это говорит человек, пару лет преследовавший одну очаровательную блондинку!

– А как же Нинка? – засмеялась я. Вот они – мужики. Вчера любил, сегодня позабыл.

– Ниночка – идеал, – со вздохом ответил Валерий, – но и на повседневность же кто-то нужен. Ниночка – деликатес, – перефразировал он, – но и на каждый день нужна еда.

– Настя – не еда, – обиделась я за подругу.

– Да-да, она – Лимпампо, – закивал он согласно. – Эх, как же я ее в школе доставал, а она меня бесила и обзывала. Чаще всего уродом и тряпкой. А теперь смотри, каким я стал, – он гордо развернул плечи, – и денег у меня много, и положение в обществе есть. А Лимпампо – кто она? Все та же зануда. Симпатичная, правда. Слушай, не говори ей, что я обеспечен, – попросил Валерий серьезным тоном, как-то неуловимо вновь перевоплощаясь из беззаботного мальчишки во взрослого и странноватого богатого парня, того, кто бегал за Нинкой.

– Чего? С какой стати? – удивилась я, пиная какой-то камешек под ногами.

– Я хочу найти девушку, которой будет все равно, богат ли я или беден, – заявил Валерий гордо, – она должна любить меня, а не деньги моего папы.

Ого, еще один! Второй Кейтон просто. И Бабе Яге подавай, чтобы любили его таким, каков он есть. Они что, сговорились, что ли? У ребят какой-то мужской комплекс? Не лучше ли начинать строить отношения на правде? И Настя не дура – видит же она, что парень богат.

– А разве она не знает о твоем материальном положении? Вы же вместе учились? – удивилась я.

– Нет, – было мне ответом. – Мой отец держал меня в черном теле. Не в черном, если честно, но запрещал говорить, что мы обеспечены. Чтобы не было «липовых» друзей.

– Вот как… А чего он тебя в частную школу не отправил тогда?

– Он хотел, чтобы я укреплял дух и рос таким же, как и сверстники, – поморщился Валерий, он же Баба Яга, он же Мочалка. Он же просто прикольный парень.

Я пообещала ему, что ничего не расскажу о нем Анастасии, но, естественно, подружке сразу растрепала – по смс-сообщениям. Что поделаешь – женская солидарность. Но это было уже позже, когда они сели в машину. А до этого соседка вышла из подъезда, благоухая, как парфюмерный магазин, и звеня всеми украшениями, которые только она смогла найти в доме, как целый восточный базар. Настя во что бы то ни стало решила сделать Валерия своей собственностью. Тот вроде бы как позволял ей сделать это. А вообще, я от этих двух старинных одноклассников быстро отвязалась. Вскоре они куда-то вместе уехали, до этого долго упрашивая меня побыть с ними, но я решительно отказалась и вернулась домой, слыша, как Фроловна около соседнего подъезда обсуждают наше трио: