Перерожденный грех (ЛП) - Йон Ларисса - Страница 45

— Ты задумывалась над тем, кто за тобой охотиться?

Син глянула на него, приподняв одну темную бровь.

— Э… убийцы? — она непроизвольно скользнула пальцами по груди, и Кон жадными глазами проследил движение. — Кстати говоря об убийцах, сегодня утром я потеряла еще одного.

— Должен ли я выразить свое сочувствие по этому поводу?

— Едва ли, — фыркнула она.

Он облокотился бедром о столешницу и скрестил руки на груди.

— Что же, дело вот в чем. Я понял, что они хотят заполучить твое кольцо, но это не объясняет появление парня на коне, который сначала пытался убить тебя, а потом спасти. Это также не объясняет ситуации с моим домом.

— Я знаю, — пробормотала она. — Тот, кто хочет заполучить мою работу, не будет взрывать дом вместе со мной в нем. Найти кольцо после этого будет практически невозможно.

Кто-то хотел ее смерти и не из-за кольца. Но почему? Если только…

— Валко, — прорычал он.

— Вожак рожденных варгов?

Он кивнул.

— С твоей гибелью исчезнет возможность получить вакцину для лечения. — Гнев разгорался в нем, особенно учитывая тот факт, что у него не было доказательств, и в настоящий момент он ничего не мог поделать.

Син сохраняла адское хладнокровие, только пожав плечами, заканчивая есть, давая ему время прийти в себя. Он наблюдал за тем как она тщательно вымыла посуду, пусть и необычайно долго мыла.

Она тянула время.

После того, как Син убрала тарелку и вилку, вымыла раковину, вытерла столешницу она развернулась к нему.

— Спасибо.

Кон сунул руки в карманы джинсов.

— Это просто завтрак.

— Я не за это тебя поблагодарила. — Она посмотрела на свои ботинки. Они казались поношенными и потертыми. Кон никогда не вынашивал обувь до такой степени. — Я была довольно несносной, но ты стойко перенес это. Ты помог мне, хотя был вправе уничтожить за то, что я сотворила с варгами. Так что… гм… спасибо.

«Койот».

Ее искренность взломала оборонительные рубежи его сердца. Ему следовало начать кидать в нее камнями, чтобы она снова воздвигла защиту, но вместо этого ему хотелось обнять ее и никогда больше не отпускать.

Ты отпустишь ее, когда гроб с ее телом будет погребен в землю. Проклятье.

Камни. Ему следовало начать кидаться камнями. Можно галькой.

— Син…

Она подняла вверх руку в знак протеста.

— Не важно. Мы закончили говорить на эту тему. Нам следует уходить. — Она прошла мимо него и в момент, когда их тела соприкоснулись, сквозь тело Кона прошел электрический разряд. В его мозгу словно произошло короткое замыкание и не задумываясь, он привлек ее к себе, пытаясь игнорировать звук, который уловил его вампирский слух: глухой стук ее сердца. Им определенно надо уходить. Они должны связаться с Призраком, кто скорее всего к этому моменту уже сходит с ума от волнения. Но тело Кона требовало другого, его клыки удлинились, и если бы он только мог попробовать ее вкус… Он медленно наклонился…

— Ой. — Син ударила его рукой в грудь. — Ах… тебе нужно питаться?

На ее шее быстро забилась вена, а ее пульс стучал в его ушах подобно реву.

— Кон?

Красная пелена цвета мерлот… или крови застелила его зрение.

— Кон! — Она ударила его достаточно сильно, чтобы его голова откинулась назад, а в мозгу просветлело. — Что происходит? Я могу чувствовать твой голод и это странно.

— Черт! — отходя от нее, он провел рукой по лицу, спрашивая себя, как черт возьми он собирался объяснить произошедшее?

— Эй. Скажи правду, что с тобой происходит?

Она заслуживала знать правду. Он задавал ей слишком много вопросов, и пришло время отплатить ей тем же, даже если ему придется открыть один из многих секретов дампиров, позволяющих держать его расу окутанной тайной и вдали от посторонних глаз, очень сплоченной и стабильной. Ничто не может быть дальше от истины.

— Ты помнишь, как я сказал, что дампиры не образуют пары друг с другом? — его голос звучал приглушенно, словно каждое слово давалось ему с трудом. — Это потому что мужчины становятся зависимы от крови. Если мы питаемся больше чем несколько раз от одного человека, то у нас вырабатывается привыкание к его крови.

— Так… что же в этом плохого, если пара связана?

— Мужчина может потерять контроль во время кормления и убить женщину. — Вот дерьмо, ему было довольно трудно говорить на эту тему и не потому что он нарушал какой-то древний закон дампиров. Он был слишком хорошо осведомлен о последствиях привыкания. — Вот почему существует так мало пар среди дампиров.

— В таком случае как вообще они могут существовать? — глаза Син широко открылись от любопытства и впервые Кон заметил в ней что-то от Призрака, когда она погружалась в тайну. — Связанные мужчины питаются от других мужчин и женщин, чтобы избежать зависимости от крови своих пар?

Он чуть не рассмеялся. — Это срабатывает только временно. В конце концов зависимость наступает все равно, потому что кормление и секс взаимосвязаны. В этот момент мужчины вводят яд, который связывает его с ней, а ее с ним и все это заканчивается зависимостью.

— Тогда в чем проблема?

— Есть одна загвоздка. — Странно как всегда в одной бочке меда есть ложка дегтя. — Мы не вырабатываем связывающее вещества до тех пор, пока не будем зависимы. К тому времени, твой контроль утерян, и жажда крови только возрастает, пока женщина не будет мертва. Таким образом вместо введения связующего вещества, ты рискуешь выпить свою женщину досуха и убить.

Син сунула большие пальцы рук в передние карманы и оперлась бедром о косяк кухонной двери, как если бы приготовилась к длинному разговору, что конечно же не произойдет.

— Ты говоришь так, как будто что-то знаешь об этом.

— Вот так умерла моя мать. Мой отец убил ее. Тысячелетие назад, до того, как два клана соединились, их родители принадлежали к различным кланам, носителям королевской крови. Полагалось, что если соединить его родителей, то оба клана смогут мирно сосуществовать. Так в общем-то и вышло… Кон и его братья: Дабдгон и Эоин были зачаты, без того, что их отец приобрел зависимость от крови матери, главным образом потому что удовлетворял свои нужды секса и крови с другими женщинами до тех пор, пока у матери в четвертый раз не началась течка. И вот тогда их отец потерял контроль и вместо того, чтобы связать себя с матерью осушил ее.

— Ничего себе, — заметила она, переводя взгляд темных глаз от стремительно занимавшегося рассвета на него. — А что стало с твоим отцом?

— Со смертью женщины потребность исчезает, но он не смог жить с тем, что натворил. Он уничтожил себя. — Это было еще мягко сказано. Отец Кона сжег себя заживо.

Син прикусила нижнюю губу, задумавшись о чем-то, и снова казалась за столь короткое время такой уязвимой.

— Ты когда-нибудь…

Какое-то время он раздумывал над ответом. Еще больше он раздумывал над тем как преподать ложь, а затем швырнул её как камень, который должен был швырнуть.

— Да.

— Ты связался с ней?

— Нет. — Ему не удалось… Черт бы его побрал, он и не хотел. Ему нужны были кровь и секс от нее, а не пожизненное обязательство. И даже тогда… его влечение не было и наполовину столь интенсивно по отношению к тому, что он испытывал к Син.

— Она умерла?

— Да.

— По твоей вине?

— Да.

Он думал, что она испытает к нему отвращение, но вместо этого, Син только подняла голову, посмотрела на него и коротко кивнула.

— Я убила несколько чуваков, после того как переспала с ними. В основном, потому что они пытались меня убить. — Она пожала плечами. — Такое случается. Ты не должен себя казнить.

Теперь была его очередь уставиться на нее. Каждый раз, когда он думал, что разгадал Син, она вела себя в точности до наоборот от того, что он ожидал. И ему это нравилось. Никто и никогда не держал его в таком напряжении, как делала это Син, даже если и была в этой ипостаси, весьма раздражающей.

— Я хорошо знал, Син, что произойдет если я буду кормиться от нее слишком много раз, и все равно делал это. Я хотел дойти до предела и посмотреть, как далеко могу зайти не пересекая черту. Я играл ее жизнью, и она проиграла.