Дом на перекрестке. Трилогия - Завойчинская Милена - Страница 99

— Филь, а если серьезно, они вас не обижают? Я вообще их предупредила, чтобы даже и не думали, и что вы мои.

— Да нет, не обижают, — кот вздохнул совсем по-человечески. — Они славные и смешные. Только я не привык к детям, они же играть хотят. А я им даже сказать ничего не могу. Долго мне еще молчать-то?

— Филечка, ну прости. Я понимаю, что тебе нелегко. Просто я хотела, чтобы ты по возможности что-то подсмотрел или подслушал из разговоров наших гостей. Что-то, что может касаться лично меня. Князь ведь сватает мне своих сыновей. Он, конечно, не настаивает, но откуда мне знать, о чем они там говорят без меня. Король Албритт тоже, из лучших побуждений, мне своего младшенького подсовывал. А вон оно как вышло…

— Да я понимаю. Я четно пытался, но они пока ничего такого особенного не говорили.

— А что говорили?

— Ну… Князь их спрашивал, как ты им, что надумали…

— И?

— Бетрив от тебя не в восторге. Сказал, что ты очень красивая, и с этим проблем нет, но слишком умная и своевольная. В качестве жены он тебя терпеть не сможет. Говорит, что ты его будешь подавлять.

— О как! — я приподняла брови. — А Ивелим что?

— Младшему ты как раз очень нравишься. Сетовал, что совсем нет возможности побольше с тобой пообщаться. Собирается пригласить тебя на свидание.

— Так… Что еще?

— Вик… — кот помялся, — князь его называет Ивом сокращенно. Не может оказаться, что это и есть твой Ив?

— Э… Не знаю, — я растерялась. — я думала, что узнаю его, если он придет. Или он меня. То, что мой Ив из Лилирейи я уже не сомневаюсь. Я у Эрилива спрашивала, у них там водятся тот фиолетовый зверь, о котором мне во сне рассказывал Ив, фаринтог.

— А как тебе этот Ивелим? Он красивый, и блондин… Вдруг это и вправду он?

— Не знаю, Филь. Я ничего не чувствую к нему. Красивый, тут спорить не буду. Но в душе ничего не всколыхнулось. Давай ты еще что-нибудь подслушаешь, а? И со мной свяжись в этот момент, я хочу сама это увидеть и услышать с твоей помощью.

— Ладно, — фамильяр кивнул. — Но ты тоже сама подумай и присмотрись. Вдруг?

— Присмотрюсь, — задумчиво кивнула я. — Только он же молчит, я ведь не могу его сама в лоб спросить — а не ты ли случайно ко мне по ночам во сне приходишь?

— А поцеловаться? — спросил кот и тут же отодвинулся от меня подальше.

— Что? — я непонимающе посмотрела на него.

— Что-что?! Поцеловаться, говорю, надо с ним. Вот сразу и поймешь.

— Филь, ты себе как это представляешь? — фыркнула я. — Мне самой к нему с поцелуями лезть?

— Вот глупая ты у меня все-таки, — Филимон закатил глаза. — Ты женщина или нет? Ты что, не можешь пококетничать, глазками пострелять? Ах, Ивелим, мне соринка в глаз попала, а сама губки бантиком, румянец смущенный… Никуда не денется, сам поцелует.

— Филя! Да ты сводник! — я, не выдержав, рассмеялась.

— А что мне остается с такой хозяйкой? Все жениха тебе подбираю, а ты умудрилась какого-то персонажа во сне захомутать. Вот Эйлард — чем не пара, а? Ты посмотри? Красивый, умный, к тебе неровно дышит с самого начала. А ты?

— А что я?

— А ты ничего! А этот смазливый блондинчик, телохранитель твой. Ведь красивый, аж дух захватывает. Ты что, не можешь его соблазнить?

— Филя, да не хочу его я соблазнять, — вот тут я возмутилась. — У него невеста есть. А мне чужого не надо.

— Невеста — это еще не жена, — ворчливо сказал кот. — Неужели он тебе совсем не нравится?

— Ну почему же, нравится. Сейчас, когда я уже привыкла к его внешности, она отторжения не вызывает. А так он прикольный, если бы мы с ним оба были свободны, то вполне могли бы попробовать. С ним легко, он совсем не напрягает.

— Вот видишь? Эх ты…

— Эх я, это точно. Нет, Филь, не стану я с ним целоваться. Не хочу. А вот на свидание сходить можно, побеседуем.

Я опустила взгляд на щенка.

— Филь, как ваши успехи в воспитании?

— А ты протяни ему руку и скажи, чтобы дал пять, — довольным голосом сказал Филимон.

— Песик, дай пять, — я протянула щенку ладошку и он радостно хлопнул на нее сверху свою лапку.

— Ух ты! Какие вы молодцы. Филечка, да в тебе пропадает талант воспитателя. И ты умничка, так хорошо учишься, — ласково сказала я щенку, и он тут же кинулся ко мне, чтобы вылизать лицо.

— Ой, нет, вот лицо вылизывать не нужно, — я еле увернулась. — Давай-ка лучше дадим тебе имя.

Щенок засуетился вокруг, давая понять, что он очень даже за, и вообще, куда это годится — такому замечательному псу, да без имени?

— Марс! Как вам? — я глянула на Филю и перевела взгляд на песика. — В древней мифологии — бог войны. А так же название планеты красного цвета.

— Ма-урс? — Филя покатал это имя на язычке. — Ма-урс. Марсик… Мне нравится.

— А тебе? — я поймала суетливого щенка и заглянула в его глазенки. — Будешь Марсом?

— Тяв! — и влажный язычок все-таки лизнул меня в нос.

— Ну и хорошо. Марс, ты Филю слушайся и учись, договорились? Вот как гости наши разъедутся, я смогу с вами обоими больше времени проводить. А пока расти, хорошо кушай, взрослей и учись, — я потрепала щенка по шерстке и встала с пола.

— Вик, а ты комнаты свои, когда обставлять-то собираешься? — спросил Филя, потягиваясь. — Позорище какое-то… Ползамка уже обставила, а у самой кроме кровати нет мебели. Приличному фамильяру даже полежать негде.

— Да не могу выбрать никак, — я пожала плечами. — Впрочем, кабинет можно сейчас обставить. Я картинку красивую видела.

Картинка, которая попалась мне недавно на глаза выхватывала фрагмент обстановки из какого-то марокканского отеля, и очень мне приглянулась. Мягкое кресло, обитое тканью в тонкую полоску, к нему приставлен такой же пуф, секретер у стены, настольная лампа, стул на деревянных изогнутых ножках со светлой обивкой. Восточный ажурный столик, ковер с мелким рисунком, светлые стены с каким-то крошечным орнаментом, почти сливающимся в единый фон, а снизу деревянные панели с тонким узором. В нише шкафы в восточном стиле, и такое же узкое дополнительное окошко-бойница. Тяжелые портьеры, подхваченные шелковым шнуром с кисточкой. Короче дорогой восточный кабинет. Сделать такое самой мне было бы не под силу, но волшебный замок вполне мог меня порадовать. Именно об этом я его и попросила. Только добавили еще письменный стол с удобным креслом, книжный шкаф, диван и торшер. Кабинет получился сногсшибательный, в таком и королю не стыдно было бы работать.

— Ну вот, так бы сра-а-узу, — Филя оббежал кабинет с довольным видом. — Совсем другое дело. А теперь иди гостиную обставляй.

— Давай потом, Филь, — я пересела на диван и обвела взглядом комнату. — Шикарно получилось!

— Нет уж. Топай давай, а то опять сейчас уйдешь отсюда и вернешься к ночи, и снова некогда будет, — Филя был непреклонен. — И не забудь для нас с Марсико-ум уголок. Мне такую штуку, чтобы наверх забираться и когти точить, а ему большую корзину.

Суровый фамильяр не отстал от меня до тех пор, пока я не придумала и не обставила свою гостиную. Пришлось подчиниться. Так что гостиная у меня стала в сочетании светло-сливочного и темно-коричневого, с вкраплениями цветных деталей. Ну и Марса с Филей не обидела — выполнила их заказ.

— Надо телевизоров еще купить. Один в спальню, второй сюда, в гостиную, — я обвела взглядом комнату, поправила шнур на шторе.

— Ага, тебе прямо есть, когда его смотреть, — фыркнул Филимон, с наслаждением вцепляясь когтями с когтеточку.

— Вот все ты опошлишь, — цыкнула я. — Перед сном буду смотреть.

— Перед сном тебе некогда. Пока твой Ив не явился — наводи красоту перед тем, как лечь спать. А как заявится — так вообще неко-у-гда будет. Перед сном други-у-е занятия найдутся.

— Филька, — я швырнула в него малюсенькую подушечку с дивана. — Вот что ты за пошлый тип такой, а?

— Ой, да уж можно подума-а-уть, — Филя ловко увернулся. — Марс, а ну-ка, беги к Вике, а то она хулиганит.

Щенок, радостно лая, кинулся ко мне, Филя составил ему компанию и какое-то время мы трое просто дурачились на диване, пока в дверь не раздался стук.