Мифологические размышления - Пятигорский Александр Моисеевич - Страница 47

§8. Шествие Муравьев и его мифологические и метафизические следствия

В VII.6. Вишну показал Индре «Шествие Муравьев», каждый из которых был Индрой в тот или иной момент своего прошлого, но сейчас, то есть в момент откровения Вишну, является Муравьем. Теперь спросим себя: можем ли мы сказать о каждом из них, что, побыв уже каким-то Индрой (не Индрой, а каким-то Индрой) и затем, вследствие своей (Индры) плохой кармы, пройдя через миллиарды все худших и худших реинкарнаций, он стал Муравьем в одной их миллиардов вселенных, созданных Брахмой? Мы знаем из VII, что число Индр и соответствующих им Миров Индры, созданных одним Брахмой на протяжении его жизни, равняется 110 376 [и знаем число «эонов Индры», или кальп, которых в одной жизни Брахмы (составляющей 108 лет Брахмы) насчитывается 78366960, что составляет приблизительно 1 600 000 000 000. То есть один триллион и шестьсот миллиардов «человеческих» лет]. Следовательно, можно предположить, что каждый из этих муравьев перестал быть Индрой с разрушением одного из миров Индры (очевидно, внутри той же Вселенной Брахмы) и затем переродился как живое существо (джива, cammed) в другом Мире Индры, созданном тем же Брахмой. Все это, конечно, при допущении, что такой «обмен» Индр или других существ возможен только внутри той же Вселенной Брахмы, и что Брахма является тем же Брахмой, который присутствует как творец во время всех рождений и смертей Индр (как «Индр»).

Идея такого «обмена» кажется, по крайней мере, на первый взгляд, вполне вероятной (насколько возможно в случае пуранической мифологии говорить о «вероятном») – так как когда некий Брахма создает новый мир Индры, он создает его так, что и этот Индра уже действует. И отсюда, в частности, может следовать, что и весь, так сказать, «живой материал» не сотворен Брахмой, а скорее «взят» из другого Мира Индры, который уже распался к моменту конкретного сотворения. То есть можно предположить, что Вишну, в Шествии Муравьев, на самом деле синхронизировал в одном месте этих муравьев, а точнее 110 376 Индр, которые к этому времени уже ниспали до муравьев и миры которых разрушились миллиарды лет «назад». Тогда как Муни в VII, эманация Шивы, показал в кольце волос на своей груди диахроническую картину умирания и ухода Индр, предположительно, в той же Вселенной Брахмы. Что же касается того, мог ли такой обмен «Индр» совершиться между различными Вселенными Брахмы, не говоря уже о Мега-Вселенных Вишну, то этого я знать не могу. И тем более не могу заключить, являются ли различные Вселенные Брахмы, «выходящие пузырями из каждой волосяной поры Тела Вишну», одними и теми же, то есть повторяющими друг друга в своем строении и изменениях. Для ответа на этот вопрос мы должны перейти от «тождественности» времен и вселенных к «тождественности» существ.

§9. Кто кого может узнать? – странный постулат мифологической эпистемологии

Чтобы попытаться ответить на поставленный вопрос, нам придется опять вернуться к знанию в мифе (Знд). Ясно, что муравьи не могли узнать Индру друг в друге, как и Индра не мог узнать себя в муравьях. Или иначе: именно Индра из VII не мог знать никакого другого Индру из той же Вселенной Брахмы, не говоря уже об Индрах из других Вселенных Брахмы. [Я говорю «знать» в том же смысле, в котором мы говорим: «Да, я знаю Ивана», или: «Я знаю о существовании конкретной личности, которую вы только что назвали Иваном», а не в смысле «я знаю, что существует такое имя, как Иван, или существуют люди (или другие существа), которых зовут Иванами»]. Итак, то, что возникает здесь при попытке обобщить ситуацию, можно назвать первым мифологическим, а не методологическим постулатом, касающимся «существ» любого рода в VII: одушевленное существо в мире Индры не может знать другое существо в другом мире Индры как себя или как не-себя. Это могут знать лишь те, кто находится во вселенной, включающей более чем один мир Индры, то есть, в нашем случае во Вселенной Брахмы – и только в отношении других существ, но не себя. Что означает (мифологически), что Брахмы из двух Вселенных Брахмы могут узнать друг в друге «того же» Брахму, если они находятся в одном и том же месте, в пределах восприятия друг другом, что невозможно по определению, потому что для этого они должны были бы оказаться в одной и той же феноменальной (то есть воспринимаемой и воспринимающей) сфере Вселенной Брахмы – и это, конечно, могло бы быть сделано только Вишну (или Шивой), который, во-первых, превосходит эту или какую-либо другую Вселенную Брахмы, и во-вторых, при условии, что «какой-то Брахма», два, три и более, суть не Брахмы, как и Индры, представленные в Шествии Муравьев, были не Индрами. Но верно ли последнее?

§10. Что значит «Индра»? Проблема имени; уникальность и «тождественность» личности; имя как отметка знания себя как другого; Индра versus «один Индра»

Именно здесь мы подходим к проблеме имени. Что значит «Индра» (или «Брахма», или «Иван», если уж на то пошло), если – повторю еще раз – никакой Индра не мог знать, что он есть (или был, сейчас это не важно) муравьем, а никакой муравей не мог знать, что он был или есть Индра?

Для ответа на этот вопрос, на основании содержания VII, необходимо учесть три обстоятельства:

А. Феноменология «тождественности» в VII не о «таком же, как я», в смысле, что есть или может быть некто «точно такой же, как я» (дубликат – «я») или нечто «в точности такое же, как нечто другое» (дубликат мира), а феноменология о знании, что я или кто-то другой, названный как я, суть одна и та же личность, и что два мира, названных одним именем, суть один и тот же мир. Тогда имя будет единственно возможным обозначением этой «единости» или «то же самости».

В. Но невозможно знать себя как себя или как кого-то (или что-то) в одно и то же время (помня, что говорилось нами о «тождественности» времени). Потому что невозможно быть как Вишну, который, когда он был вепрем (его третья аватара), знал себя (а не вепря!) как себя. [Невозможно, поскольку мы находимся в одном таксономическом классе с Индрой или даже, пожалуй, с Брахмой]. Даже если бы мой двойник – «я» был возможен, то в данном случае это несущественно, так как он оставался бы вне области моего самовосприятия как другой и не был бы идентичен мне в объективном знании, включая и меня самого. [Ведь Вишну-Вепрь не был его двойником]. Имя (Индра, Иван, Александр, Вишвакарман и т. д.) – это то, что, само будучи не-уникальным (Индры, Иваны u m. д.), маркирует вместе с тем уникальность связи между самовосприятием (уникальным по преимуществу) и объективностью (неуникальной также по преимуществу, так как два существа могут объективно, извне, выглядеть как идентичные). Или, ближе к смыслу, в котором имя используется в VII: собственное имя обозначает в данном случае точку, в которой одно существо синхронизировано во времени или находится в одном месте с другим существом и знает (не «воспринимает»!) его в качестве себя – тогда имя является обозначением такого знания.

Как мы видели в VII, это Вишну и Шива сообщили Индре, что все муравьи были им во времени и месте, но не наоборот, потому что они не знали и не могли знать, что они тоже, так сказать, побывали Индрой в каком-то времени (или месте?). Поскольку в нашем фрагменте не муравьи, и именно Индра должен был узнать о преходящем характере себя как Индры (а не «какого-то Индры», заметим!). Повторяю, во время шествия муравьи служили материалом, чтобы показать, что они не знали ни этого, ни чего-либо еще, являясь простыми объектами без какой-либо закрепленной за ними ментальной (психической и т. д.) субъективности, и поэтому не имели имени Индры, которое, как уже сказано, подразумевает знание, а они ничего не могли знать, будучи божественно произведенными – в смысле, принесенными в это время и место – всезнающим Вишну. Следовательно, хотя муравьи были показаны Индре как его «прошлое», они могли бы быть и будущими или никогда не существующими Индрами, выступающими как своего рода симулякры живых существ, но не «личности». Потому что душа, или самость в живом существе обретает свою личностность только при условии, если она принимает имя, что в безначальном времени реинкарнаций возможно, когда это живое существо стало – в нашем случае – Индрой.