Остров. Трилогия (СИ) - Уксус Сергей - Страница 20

20

Первый

А жаль... С детства хотел походить под парусом на нормальном корабле... И вот - облом... Нет, я этот грёбаный мир точно когда-нибудь переименую! Во что-нибудь русское матерное. Чтобы местные удивлялись благозвучию и не подозревали о смысле. Разве что партнёру переведу... может быть... если не отвяжется... Н-да... Опять я отвлёкся... А партнёр медитирует... Что ж его так сплющило-то? До потери памяти имел неприятный опыт? А ведь с берега смотрел на море вполне спокойно... Даже с маяка... Тонул?.. И ведь не спросишь... Да и хрен с ней, с причиной! В конце концов, основная работа нам предстоит на суше. А на ней крупных водоёмов, если судить по подаренной карте, просто нет. Вот и не будем заморачиваться. Высоты он не боится, в подземельях я в случае чего порулю... Разберёмся. А сейчас... А сейчас попробуем кое-что, что нам смотритель показал... Та-ак... а-га-а... а теперь... Чёрт!.. Себя переименовать, что ли? В раздолбая? Вот какого хрена поторопился, а? Ладно... Ещё раз...

Двое

- Партнёр, а что это ты делаешь?

- Дурью маюсь.

- Как это?

- Помнишь, нам смотритель следилку показывал?

- ?..

- Ну, как сделать, чтобы обнаруживать присутствие всякой фигни вокруг себя. Типа людей, животных, нежити...

- И что?

- Не получается. Сначала думал, что поторопился, попробовал помедленнее. Облом. Сейчас вот думаю, где я мог лопухнуться...

- И как?

- Как-как... Я же говорю: думаю!

Взгляд со стороны

Когда солнце наполовину ушло за горизонт, к человеку, сидящему в странной позе на носу корабля, подбежал один из новобранцев и сообщил, что сержант Гориедис просит уважаемого господина Казуса составить ему компанию за ужином. Упомянутый господин, подумав пару секунд, кивнул, достал из рюкзака большой толстый пакет, поднялся и зашагал к кормовой надстройке. Новобранец шёл впереди, показывая дорогу.

Каюта сержанта оказалась относительно просторным прямоугольным помещением с левого борта. Вдоль переборок были устроены две широкие скамьи, а между ними, под довольно большим квадратным иллюминатором, затянутым какой-то прозрачной, слегка мутноватой плёнкой, разместился маленький столик с ящичками под столешницей и двумя стоящими на ней глиняными тарелками. Хозяин, сидевший на одной из скамей, жестом предложил гостю занять место напротив и кивнул вестовому. Тот убежал и через минуту вернулся с котелком, накрытым крышкой. Последовал ещё один кивок, и новобранец, сняв крышку, аккуратно разложил по тарелкам горячую кашу с небольшими кусочками рыбы, достал из ящичка две ложки, положил их на столик, после чего отошёл к двери и замер.

С подозрением покосившись в его сторону, Казус перевёл взгляд на Крюка и вопросительно поднял левую бровь. Сержант хмыкнул, подумал секунду, потом не поворачивая головы бросил:

- Свободен!

Когда дверь захлопнулась, гость выразительно приподнял принесённый пакет и поинтересовался:

- Стаканы есть?

- А раньше сказать не мог?

- Ты скажи, где, а достать я и сам достану... И потом, когда-то давно один правитель сказал, что командирам не след употреблять выпивку в присутствии подчинённых.

- Шкафчик на стене видишь?

- На переборке. На корабле стен не бывает.

- И откуда ты такой... знающий?

- Да как тебе сказать, - Казус поставил на столик две глиняные кружки и теперь осторожно вытаскивал из пакета двухлитровый кувшин, - там, откуда я, меня больше нет... почему-то...

Взяв наполненную до половины кружку, Крюк принюхался и с лёгкой завистью в голосе произнёс:

- А неплохо живут пришедшие оттуда, где их больше нет!..

- А то!.. Должны же мы иметь какую-то компенсацию за то, что нас нет?

- Э-э-э... В каком смысле?

- В смысле, давай выпьем!

Сделав по глотку, собеседники принялись за кашу, поглощая её быстро, но без особой спешки. Когда с едой было покончено, сержант вызвал вестового, тот шустро убрал грязную посуду и исчез.

Некоторое время прошло в молчании. Наконец Крюк отодвинул в сторону кружку и спросил:

- Так что же там произошло, в форте?

Покосившись на дверь, Кас слегка наклонился вперёд и тихим голосом пересказал утреннюю историю. Когда он закончил, сержант с уважением протянул:

- Да-а-а... Правильно Хирраш сказал: таким как ты и война не нужна... Вы и без неё что-нибудь устроите... этакое...

- А кому она нужна? - хмыкнул гость. - Тебе? Хиррашу? Капитану?.. Я видел в форте гарнизонного мага: молодой, красивый... амбициозный... Хочет карьеры и подвигов... Но дай ему понюхать грязи, крови и дерьма... Знаешь, когда-то давно один поэт сказал:

И когда рядом рухнет израненый друг, И над первой потерей ты взвоешь скорбя, И когда ты без кожи останешься вдруг, Потому что убили его, не тебя...[7]

Он замолчал и какое-то время смотрел в иллюминатор, потом взял кружку и одним махом допил вино.

Солнце уже зашло, и в каюте сгустилась темнота. Люди сидели и молчали каждый о своём, вспоминая места, события, лица... Тишину нарушил стук в дверь: вестовой пришёл доложить, что новобранцы построены для вечерней поверки. Крюк вздохнул, поднялся и сказал Казусу:

- Если хочешь, ночуй здесь. Только не храпи. Я сплю чутко.

- Нет, - помотал головой тот, - я лучше на баке... А ты приходи, как закончишь, побеседуем.

- Приду, - кивнул сержант. - Обязательно.

Первый

Поверка тут проходила... своеобразно. Дождавшись появления сержанта, ветераны из команды сопровождения просто пересчитали по головам своих подопечных и доложили об отсутствии потерь. Затем бравый командир прогулялся перед строем туда-сюда, скомандовал отбой и посмотрел, как 'мясо' загнали в трюм, после чего, прихватив одного из 'старичков', направился в сторону надстройки. Мы же, пожав плечами, пошли к своему одеялу, где скинули наконец-то со спины надоевший щит, а меч по настоянию партнёра засунули за пояс на японский манер (он сам и засовывал. Сейчас, когда темнота скрыла окружающее пространство, партнёр чувствовал себя не сказать чтобы совсем хорошо, но значительно лучше).

Минут через пять громко затопали сапоги (деликатничают, блин, будят нас, спящих), и в зоне видимости нарисовались сержант и его приятель. Последний тащил наш пакет, кувшин и три кружки. Посмотрев на Крюка, мы приглашающе похлопали по одеялу справа от себя. Тот, не раздумывая, уселся на предложенное место, а легионер устроился напротив нас. Причём в какой-то интересной позе, из которой мог быстро вскочить. Н-да... А ведь если мы сейчас выхватим меч... Ну партнёр! Ну молодец!.. Ну что ж, мальчики, потанцуем...

Взгляд со стороны

Казус скосил глаза на сержанта и усмехнулся:

- Я так понимаю, что сейчас мне начнут задавать вопросы... - Крюк не отреагировал, притворившись, что увлечён разглядыванием далёкой звёздочки, как бы присевшей передохнуть на край паруса. - А если мои ответы окажутся... м-м-м... неправильными, то кое-кто, не буду тыкать в вас пальцем, отправится поплавать за бортом... Я прав?

- А ты не слишком самоуверен?

- Крюк, не хочу тебя огорчать, но с этими играми я познакомился в те времена, когда тебя ещё на свете не было.

Повисло напряжённое молчание. Поверить в то, что парень, выглядевший самое большее лет на двадцать пять, на самом деле старше двадцативосьмилетнего сержанта, было тяжело. Не поверить - смертельно опасно. Капрал, исполняющий роль силовой поддержки, вдруг понял, что если этот странный непонятно кто вдруг выхватит сейчас меч и начнёт заваливаться на левый бок, то сначала кончик клинка чиркнет по горлу самого капрала, а потом дотянется и до командира. И надеяться на то, что кольчуга выдержит, по меньшей мере глупо. Поэтому, несмотря на то, что его роль разговоров не предусматривала, он задал вопрос: