Остров. Трилогия (СИ) - Уксус Сергей - Страница 27

- Заплатить. Немедленно.

- За вычетом четверти, полагающейся... - я посмотрел на погрустневшие лица легионеров. Самому тупому гоблину было понятно, что этой самой четверти им не видать как своих ушей. А поскольку терпение у меня закончилось аж целых две минуты назад, мы просто шагнули вперёд, ухватили этого скрягу за ворот кольчуги, притянули к себе и прошипели (именно мы, поскольку мысли у нас с партнёром в кои-то веки абсолютно совпали):

- Слышь, ты, крыса тыловая, знаешь, за что меня людоедом прозвали?

Тут же рядом со мной возник Гуль и попытался всунуть между нами руку, а сзади раздался предостерегающий возглас Крюка:

- Людоед!..

Разжав пальцы, мы сделали шаг назад и выжидательно уставились на заметно побледневшего лейтенанта. Тот сунул дрожащую руку в сумку, висевшую на поясе, вытащил два небольших мешочка и протянул их нам. Взяв деньги, мы тут же передали один из мешочков Старому Гулю и попросили раздать участникам лова причитающиеся им доли, после чего, вежливо попрощавшись с капитаном и другими зрителями, подхватили под руку Крюка и отошли в сторону.

Глава 9

You're in the army now...

Двое

- Партнёр, ты как насчёт устроить сегодня посиделки для участников и гостей? За наш счёт?

- Посиделки или... э-э-э... с дамами?

- С дамами посиделок не получается... Разве что полежалки...

- Вообще-то я и сам хотел предложить.

- Тогда объясни идею Крюку, а? И скажи, пусть сам приходит с кем-нибудь из своих и Гуля тоже позовёт... А то я сейчас к вежливости не склонен. Абсолютно.

Взгляд со стороны

В этот вечер трактир 'Щит легионера' встречал посетителей закрытой дверью, поставленной перед ней скамьёй и хмурым типом в кожаной броне, на этой скамье сидевшим. Левая рука типа придерживала длинный меч в ножнах, лежащий на коленях, правая покоилась на рукояти, а тёмно-синие глаза с зелёными искрами безо всякого выражения смотрели куда-то вдаль. Завсегдатаи из местных, заметив эту композицию, останавливались, скребли в затылках и отправлялись на поиск других заведений, где можно было бы пропустить кувшинчик-другой после трудового дня.

Оживился тип только один раз, когда от крутящейся неподалёку стайки детишек лет десяти-двенадцати отделилась девчонка в мальчишечьей одежде и, шалея от собственной смелости, подошла и остановилась в трёх шагах, не решаясь заговорить первой. Глаза типа, из которых исчезло отсутствующее выражение, переместились на лицо девочки, губы слегка раздвинулись в улыбке, и низкий голос произнёс:

- Светлого дня, уважаемая, вы что-то хотели?

Польщённая таким обращением, девочка слегка склонила голову и ответила:

- Светлого дня, уважаемый. Скажите, а это вы сегодня мокрохвата поймали?

- А этот зверёк называется мокрохват? - девочка кивнула. - Хм... Не знал... Но поймал его не я, я его только оглушил. А поймали уже другие.

- А... А как вы его оглушили? Он на вас напал? - сквозь маску взрослой серьёзности всё сильнее проглядывали детское любопытство и непоседливость.

- Нет, уважаемая. Он на меня не нападал. Он просто мешал мне думать.

- А...

В это время дверь за спиной мужчины приоткрылась, и на улицу высунулась темноволосая девичья голова:

- Уважаемый, папа сказал, что сейчас подойдёт Герсик, чтобы вас сменить, и... - взгляд переместился на девочку: - Мелика, а ты почему ещё не дома? Поздно уже! Вот я твоей маме скажу!

Девчонка фыркнула, показала язык и, забыв попрощаться, убежала к приятелям, наблюдавшим за беседой с почтительного расстояния.

Второй

Мы уже собирались расходиться (время к полуночи, а службу завтра никто не отменял), когда входная дверь распахнулась от удара, в зал спиной вперёд влетел Герсик (здоровенный парняга, в стоячем положении больше похожий на шкаф), а следом за ним, спотыкаясь о скамью, ввалились один за другим пятеро незнакомцев, образовав на полу перед входом исходящую руганью шевелящуюся кучу. Тут же Старый Гуль, сидевший справа от нас, проревел: 'Взять их!' - и 'гостей' накрыла волна легионеров, обрадованных возможностью совершенно бесплатно почесать кулаки.

Пока мы не торопясь поднимались с мест и подходили к месту действия, буянов успели уложить мордами в пол и связать руки их же поясами. Их действительно оказалось пятеро - четыре человека и один орк. Нашего злосчастного вышибалу аккуратно подняли, усадили на ближайшую скамью и пододвинули поближе кружку с выпивкой. Парень ошалело мотал головой и тёр грудь, в которую, похоже, и получил. 'Производственная травма, - выдал задумчивую мысль партнёр, - полагается компенсировать. За счёт виновного'. Я хмыкнул и поинтересовался вслух, кто же это умеет так хорошо бить. Лежащие дружно повернули голову к среднему - крепкому человеку на вид лет за тридцать. Вот и хорошо, виновный найден, осталось разобраться с компенсацией.

Когда кошелёк, обнаружившийся под одеждой на груди 'бойца', перешёл к новому хозяину, его бывший владелец поинтересовался, а не жирно ли будет за всего один удар? В ответ мы предложили получить один удар от этого достойного рыбака (последовал кивок на Герсика) и выразили надежду, что последующее лечение обойдётся дешевле. Тип хмуро зыркнул в ту сторону и примолк - как я уже говорил, фигура паренька внушала уважение.

А потом партнёр предложил та-ко-е!...

Первый

Объяснить Гулю с Крюком принципы вербовки, принятые в средневековом британском флоте (да и не только в нём), много времени не заняло. Гораздо больше ушло на обсасывание всех 'за' и 'против', вытекающих из моего предложения. 'За' было всего два: легион получал пять рыл довольно неплохого качества, а местные - намёк на то, что наезд на легионеров может закончиться попаданием в их, этих самых легионеров, дружные ряды. Лет на десять. Что же касается 'против', то тут мне назвали недовольство местных вообще (не слишком бурное, поскольку компания была, что называется, перекати-поле, довольно буйная и до сих пор целая только благодаря бойцовским качествам её членов, сплочённости и изрядной отмороженности). Кроме того, могли обидеться охотники, но, опять же, не все - какого-либо объединения типа гильдии у занимающихся этой деятельностью не имелось, это раз, по жизни подобные компании нередко враждовали (а вот это мне показалось совершеннейшей дикостью... Им что, зверья вокруг мало?), это два. И всё. Попытки найти ещё что-нибудь против свелись к хмурому разглядыванию содержимого кружек.

Тогда я выдвинул другую идею: вытащить их на улицу связанными и свистнуть погромче. А потом уйти. Наверняка в ближайших домах найдётся кто-нибудь, кто будет рад такому подарку. Сержанты переглянулись и дружно обозвали меня людоедом. По их мнению, быстро прирезать эту пятёрку было бы гуманнее. Партнёр, внимательно прислушивавшийся к разговору, только хмыкнул. Он уже понял, что станет моим следующим шагом. И я его не разочаровал...

Взгляд со стороны

Шкурятник лежал, уткнувшись носом в грязные неоструганые доски пола, и мрачно думал о том, что привычка отмечать возвращение из похода дебошем начинает обходиться слишком дорого. В одном только кошельке, перекочевавшем к этому увальню, набиралось на два империала. А ведь эти гобловы вояки могли ещё и в поясе догадаться пошарить. Или просто этот пояс отобрать... И не только у него... И что потом скажет его же собственная команда?.. Или просто прибьют в гоблову задницу?

Шкурятник попытался пошевелить связанными за спиной руками, за что тут же получил сапогом по рёбрам... Прав был Гоблоед, надо было сразу к шлюхам. И пошли бы, да на беду вспомнилось вожаку умное слово 'традиция'. Всегда ведь как было? Сначала - пьянка, потом - драка, а только потом - шлюхи. И отступать от заведённого порядка - боги не поймут. Вот и пошли куда поближе. Кто ж знал, что здесь сегодня кроме вояк да этого странного сопляка с пустыми глазами никого не будет, а?