Стихотворения. Проза - Басё Мацуо - Страница 31

31

<1687>

К ГОНСИТИ370

Один человек,371 покинув старое жилище свое, некоторое время бродил по полям и лугам. Слуга же его тем временем, утруждая тело свое и душу доводя до изнеможения, добывал дрова и воду, тут он соперничал в усердии со слугой Адуанем из племени ляо,372 следовал примерно слуги-инородца Тао Каня.373 Истинно, правильность пути не определяется принадлежностью человека, а суть вещи не в ее внешнем обличье. Говорят же, что и среди низших по званию есть люди высокой мудрости. Поддерживай же и впредь крепость своего каменного сердца и железных кишок.374 Впрочем, и хозяину не должно забывать о добродетели.

Благопожелательное:

Грядущее славь. Слива цветет в душе И в зимнюю стужу.

<1687>

ПАЛОМНИЧЕСТВО В ИСЭ

В Пятом году Дзёкё,375 в конце месяца Кисараги376 я отправился в Исэ. На эту священную землю ступаю уже в пятый раз. С каждым новым годом, который ложится мне на плечи, я все сильнее ощущаю ее внушающее трепет величие и святость, на этот же раз, увидев место, где когда-то пролил слезы благоговения Сайгё,377 я настолько умилился сердцем, что расстелил веер и, припав лицом к земле…378

Что за цветы За этой оградой, не ведаю. Но аромат…379

<1688>

ТЕРЕМ «ДЕСЯТИ И ВОСЬМИ»

В провинции Мино, на берегу реки Нагара, стоит высокий дом. Хозяина его зовут Касима. Позади высятся горы Инаба, на западе — не близко и не далеко — громоздятся разновысокие вершины. Сельский храм прячется в зарослях криптомерий, разбросанные вдоль берега людские жилища окружены густо зеленеющим бамбуком. Повсюду растянуты ткани для отбеливания, справа качается на волнах паром. Местные жители во множестве снуют по дорогам, рыбачьи хижины теснятся крыша к крыше, рыбаки тянут сети, забрасывают удилища, — все это словно нарочно производится для того, чтобы развлечь взоры обитателей дома. Бывает, забываешь даже о бесконечности летнего дня, когда же наконец заходит солнце, и свет его уступает место сиянию луны, а на речных волнах — совсем близко от дома — начинают мерцать огоньки рыбаков и прямо под балюстрадой появляются ловцы с бакланами — как не насладиться столь редкостным зрелищем. Кажется, в одном дуновении прохладного ветерка заключена прелесть всех восьми достопримечательностей рек Сяо и Сян380 и десяти пейзажей озера Сиху.381 Так что, если бы мне пришлось давать этому дому имя, я предпочел бы назвать его Терем Десяти и Восьми — Дзюхатиро.

В этих местах, Все, чего ни коснется взгляд, — Чисто-прохладно.

<1688>

СЛОВО О ЛУНЕ НАД ГОРОЙ БРОШЕННОЙ СТАРУХИ В САРАСИНА

А еще, воодушевленный рассказами о Сирара и Фукиагэ,382 весь год постоянно мечтал о том, как бы полюбоваться луной над горою Брошенной старухи — Обасутэ,383 и в конце концов на одиннадцатый день восьмой луны покинул провинцию Мино, поскольку же дорога предстояла неблизкая, да и дней оставалось немного,384 то выходил в путь затемно, на закате же преклонял голову на изголовье из диких трав. Как и намечено было, достиг деревни Сарасина в ту самую ночь.385 Гора находится на одно ри к югу от селения Явата, отроги ее тянутся на юго-запад, она не поражает взор неприступно высокими вершинами и островерхими скалами, но при взгляде на нее безотчетная печаль пронзает душу. Я понял, почему об этом месте говорят: «сердцу здесь не обрести покоя…»,386 и мною овладела неизъяснимая тоска. «И зачем надо было бросать стариков?» — подумал я, и по щекам моим покатились слезы…

Плачущая старуха Увидится вдруг, как живая. Вместе глядим на луну. Шестнадцатый день Луне, а мы еще здесь — Уезд Сарасина.

<1688>

ТРИНАДЦАТАЯ НОЧЬ В БАНАНОВОЙ ХИЖИНЕ После дорог Кисо Никак не оправлюсь, а тут — «Вторая луна»…

Сердце еще не успело «обрести покоя»387 с тех пор, как любовался срединной осенней луной388 у горы Обасутэ в селенье Сарасина, навевающие печаль очертания торных склонов все еще стоят перед глазами, а тем временем приблизилась Тринадцатая ночь Долгой луны. Кажется, это император Уда впервые предписал славить луну этой ночи и назвал ее «поздней» или «второй» луной. Но особую изысканность сумели сообщить ей, пожалуй, ученые и поэты. И вот я решил, что отрешившимся от мира празднолюбцам не годится пренебрегать этой луной, а поскольку к тому же еще не изгладились из памяти впечатления страннической жизни с ее блужданиями по горным тропам и ночлегами на ложе из трав,389 я пригласил друзей, постучал по тыкве-горлянке, в которой держал вино: «не пуста ли?», достал горные каштаны, которыми гордился так, как если бы они были из долины Белой вороны — Байягу.390 На стену хижины в качестве особого угощения повесил свиток с китайской песней почтенного Дзедзана391: «Круг не полон еще, двух частей не хватает ему», который со словами: «Трудно лучше выразить прелесть этой ночи» — преподнес мне сосед, старец Со.392 Один из гостей-сумасбродов начал декламировать стихи о Сирара и Фукиагэ,393 это добавило луне великолепия, словом, трудно представить себе ночь более прекрасную.

<около 1688>

ПОСЫЛАЮ ЭЦУДЗИНУ

Дзюдзо из Овари называет себя Эцудзином.394 Очевидно потому, что родом он из земли Эцу. Нуждаясь в просе, рисе и хворосте, он выбрал «уединение среди городской суеты»395: два дня служит, два праздничает, три служит, три праздничает. Он любит хорошее вино, а когда, захмелев, приходит в благодушное расположение духа, начинает петь «Хэйкэ».396 Таков мой друг.

вернуться

370

Гонсити — слуга поэта Цубои Тококу (см. примеч. 50).

вернуться

371

Один человек — имеется в виду Цубои Тококу.

вернуться

372

Адуань из племени ляо — у китайского поэта Ду Фу есть стихотворение «Моему слуге Адуаню из племени ляо», в котором воспеваются добродетели слуги, который в пору страшной засухи отправился в горы, чтобы принести воды для своего изнемогающего от жажды господина. См. рус. пер.: Ду Фу. Стихотворения / Пер. А. Гитовича. С. 173.

вернуться

373

Тао Кань — министр, живший в Китае во времена династии Щзинь (265–420), имел много слуг-инородцев, один из которых отличался необыкновенной преданностью, выполняя самые трудные поручения хозяина. См. в вышеуказанном (примеч. 396) стихотворении Ду Фу: «И я вспомнил // О верном слуге Тао Каня, // Чья история Вам, вероятно, знакома».

вернуться

374

…крепость своего каменного сердца и железных кишок… — каменное сердце и железные кишки — символ непоколебимой стойкости.

вернуться

375

Пятый год Дзёкё — 1688 г.

вернуться

376

Кисараги — второй месяц по лунному календарю.

вернуться

377

…где когда-то пролил слезы… — Басё имеет в виду следующее стихотворение Сайгё: «Кто здесь в этом храме // Теперь пребывать изволит, // Не ведаю я. // Но слезы благоговения // Невольно струятся из глаз».

вернуться

378

…расстелил веер… — буддийским монахам, а Басё обычно путешествовал в монашеском облаченье, запрещалось входить в пределы синтоистского святилища, для того же, чтобы и они могли поклониться синтоистским богам, им отводили специальное место вне святилища.

вернуться

379

«Что за цветы…» — трехстишие Басё связано со стихотворением Сайгё, см. примеч. 372.

вернуться

380

Реки Сяо и Сян — известные своей красотой и воспетые в китайской поэзии реки в Китае, впадают в озеро Дунтинху. Восемь достопримечательностей рек Сяо и Сян: вечерний дождь, гуси, опустившиеся на песчаную отмель, лодка под парусом, плывущая издалека к берегу, буря в горах, снег в темнеющем небе над рекой, осенняя луна, видная из грота в саду, вечерний колокол в храме, заходящее солнце над рыбачьим селеньем.

вернуться

381

«Десять пейзажей озера Сиху» — цветы и рыбы, ивы над волнами и соловей, луна на озерной глади, вечерний свет над горной вершиной, ветер над храмом, вечерний колокол, облака над двойными вершинами, весенний рассвет, луна в трех протоках, снег на сломанном мосту.

вернуться

382

Сирара и Фукиагэ — места в провинции Кии, где издавно было принято любоваться луной.

вернуться

383

…над горою Брошенной старухи — Обасутэ… — имеется в виду гора в провинции Нагано, место любования луной. Существует легенда о том, что некий мужчина из селения Сарасина, вняв наветам жены, обманом заманил в горы и оставил там свою престарелую тетку, заменявшую ему мать. Когда он шел обратно, над горою взошла луна и, увидев ее, он раскаялся и вернулся за старухой. (См.: Ямато-моногатари / Пер. Л. М. Ермаковой. М.: Наука, 1982. С. 174.) Поэтому гора и называется Обасутэ — гора Брошенной старухи.

вернуться

384

…дней оставалось немного… — т. е. дней до осеннего полнолуния — 15-й ночи 8-й луны.

вернуться

385

…достиг деревни Сарасина в ту самую ночь — т. е. в ночь полнолуния.

вернуться

386

…«сердцу здесь не обрести покоя…» — Ср. со стихотворением Неизвестного автора из «Кокинсю» (№ 878): «Сердце никак // Обрести покоя не может, // Когда я смотрю // На луну, что сияет в Сарасина, // Над горой, где бросали старух» (пер. Т. Соколовой-Делюсиной).

вернуться

387

Сердце еще не успело «обрести покоя»… — см. примеч. 381.

вернуться

388

…срединной осенней луной… — имеется в виду луна 15-й ночи 8-й луны.

вернуться

389

…еще не изгладились из памяти впечатления страннической жизни… — см. «Путешествие в Сарасина».

вернуться

390

…гордился, как если бы они были из долины Белой вороны — Байягу — образ из стихотворения Ду Фу. Байягу — место в Китае, которое славится своими каштанами.

вернуться

391

Дзедзан — Исикава Дзедзан (1583–1672), известный поэт, писавший китайские стихи-ши и каллиграф.

вернуться

392

Старец Со — имеется в виду Ямагути Содо (см примеч. 52).

вернуться

393

«Стихи о Сирара и Фукиагэ» — нечто вроде баллад, построенных на разных эпизодах «Повести о доме Тайра». Эти баллады пелись обычно под аккомпанемент лютни-бива.

вернуться

394

Эцудзин — см. примеч. 71.

вернуться

395

…выбрал «уединение среди городской суеты»… — цитата из китайского поэта Ван Канцзюя: «Великий отшельник и в городе найдет уединение».

вернуться

396

…начинает петь «Хэйкэ» — т. е. баллады на сюжеты «Повести о доме Тайра».