Ты услышишь мой голос (СИ) - Пиженко Эвелина Николаевна - Страница 160

— Спасибо, — щёки инспектора покрылись лёгким румянцем, — я приду…

Проводив взглядом Романа, Сашка удивлённо уставился на Диму:

— Димыч, тебе сейчас чёрный грим наложить — Отелло можно играть без репетиции… Ты чё гайца напугал? Как он теперь гибедедировать будет?

— Дим, ты чего, правда? — Наташа растерянно улыбнулась, — между прочим, это первый мой автограф.

— Да ещё чуть-чуть, и он бы тебе свидание назначил, — попытался оправдаться Дима, — и, я так понимаю, ещё чуть-чуть, и ты бы согласилась…

— Да ну тебя, — Наташа рассмеялась, — не переживай, без твоего согласия я на свидания ходить не буду.

— Ладно, всё это весело, — Дима вздохнул, — что теперь делать будем? Минусов нет…

— Так давай остатки ноута в мастерскую свезём, — Сашка кивнул головой куда-то в сторону окна, — там тебе в пять минут всю инфу вытащат из-под обломков…

— Точно, Дим, как мы сразу не сообразили, — Наташа всплеснула руками, — это, кстати, недорого относительно, они даже из погоревших компов память достают…

— Верно, — Дима оживился, — Саня, поможешь?

— Не вопрос, — Говоров согласно кивнул, — давай, у меня свои ребята есть, всё сделают.

— Да и у меня есть, — махнул рукой Дима, — просто некогда. Сейчас вживую Наташке сыграю, мало ли что, нужно быть готовым ко всему. Нам ещё домой, ещё в салон её одевать-причёсывать, ещё в «Кристалл» надо — там всё окончательно проверить…

— Да, — Сашка хмыкнул, — мы там каждую неделю лабаем, и ничего… А как Натахе петь — у Димона мандраж начинается…

— Да не мандраж, Саш… дебют…

— Да ладно, Дим, — Наташа улыбнулась, — ну, какой дебют, я чуть ли не с детства на сцене…

— Наташка, ты с ним сегодня лучше не спорь, — Саша шутливо покосился на Диму, — сказал — дебют, значит, дебют.

— Ну, ладно, — она согласно вздохнула, — дебют… Ой… — как будто вспомнив что-то, она нахмурилась и прикрыла ладошкой губы, — Ребята… Что же теперь со студией делать?..

— Что делать… — Дима посмотрел куда-то вдаль, — Сегодня все силы на выступление, а завтра с утра приеду, буду смотреть — что уцелело…

— У нас по графику сегодня ночь в «Кристалле», а завтра свободны?

— Да, я специально на завтра сделал свободный день, никуда не согласился ехать, — Дима махнул рукой, — а вот первого числа «Зебра», потом со второго и по девятое — и новогоднее шоу, и наши концерты… Все дни забиты.

— Ну, ладно, завтра тебе помогу, — Сашка посмотрел на Диму, — всё равно Ирка ворчит…

— Так мы к вам заедем, — Наташа тоже посмотрела на Диму, — мы ведь собирались, да, Дим?

— Ну да, мы так и думали, завтра вечером обязательно к тебе заедем. Надо же Валерку с невестой познакомить…

— Боюсь, он сбежит от такой невесты, — Сашка засмеялся, — она орёт день и ночь, я на ударнике тише стучу…

— Ну, ничего, — Наташа улыбнулась, — мы хоть послушаем, как дети плачут… У нас Валерик молчун, мы даже ночью к нему не встаём никогда — как уложим, так и спит…

— Надо вам мою Каринку подкинуть, может, и её научите спать по ночам…

— А ты отдашь? — Наташа лукаво посмотрела на Говорова.

— Не-а… — немного подумав, тот счастливо замотал головой, — Не отдам…

Леонид Борисович неподвижно стоял посреди огромной гостиной и непонимающе смотрел на телефон в своей руке. Слова жены, которые он только что услышал, никак не доходили до его сознания, и он усиленно пытался сосредоточиться.

«Лёня, сегодня я домой не вернусь. Я вообще больше не вернусь».

Осознание пришло внезапно — током ударило в голову, поразило, убило наповал…

«Не вернусь…» Резко развернувшись, он в два счёта оказался на втором этаже.

«Не вернусь…» — ящик секретера, в котором хранились семейные документы, резко выехал из ниши… Нет… Не здесь… «Не вернусь…» — да, она же в последнее время жила внизу… Несколько прыжков вниз по лестнице — содержимое прикроватной тумбочки разлетелось по комнате… Кроме паспорта и нескольких личных документов — всё на месте: драгоценности, дорогая одежда, его последние подарки… Ну, хотя бы за ними она должна будет вернуться?! А, вдруг, это просто женский каприз?.. Розыгрыш…

«Не вернусь…»

Какой уж тут розыгрыш, если предчувствие чего-то такого уже давно витало в воздухе их общего дома.

Ушла.

Но почему?! В чём причина?! Грубость, в которой она его иногда упрекала? Так он что — один такой? И хуже бывают… Изменял? Так кто не изменяет жёнам?.. Во всяком случае, он всегда старался скрывать свои посторонние связи… Анна… Это было так давно, что и вспоминать не стоит… Правда, что-то вновь промелькнуло прошлым летом… какое-то мимолётное чувство вернулось, всколыхнуло душу… Но он не собирался бросать Милку, он даже не собирался возобновлять связь с Анной… Так, лёгкий флирт… Бизнес — на первом месте. Так ему казалось…

Он не сразу понял, что звонит телефон. Долго оглядывался в поисках источника знакомого звука…

— Папа, — голос Кристины был странным, но он не обратил на это внимания, — у меня неприятности.

— Что случилось? — он поймал себя на мысли, что это не он задал вопрос, а кто-то другой, незнакомый, а ему и дела нет до чужих проблем.

— Папа, возможно, у меня отберут права. И ты должен отменить новогоднее шоу.

— Почему?

— Что — почему?

— Почему отменить? — и это произнёс не он… кто-то просто говорил его голосом, и не более того.

— Потому, что я так хочу, — Кристина выкрикнула эти слова, не совсем твёрдо проговаривая текст, — потому, что я больше не хочу, чтобы кто-то зарабатывал деньги на твоих трудах… и моих тоже!

— Подожди, — он, наконец, присел и взялся рукой за лоб, — давай с самого начала.

— У меня отберут права.

— А права тут при чём? — нахмурившись, он сосредоточенно осмысливал услышанное.

— Я нарушила правила, и меня застукали гайцы.

— А при чём тут новогоднее шоу?

— Ни при чём.

— Ничего не понимаю… — Леонид вдруг резко встал с кресла, — Подожди… С тобой всё в порядке?

— Более чем, — ехидно ответила Кристина, — но будет ещё лучше, если ты отменишь новогоднее шоу в своих клубах.

— Кристина, это невозможно, — Лапин сжал губы в ожидании ответа. Он как будто что-то хотел услышать или понять по голосу дочери, поэтому, когда она ответила, сосредоточенно сдвинул брови.

— Папа, ты просто обязан прекратить этот балаган, — она произнесла эту фразу не совсем твёрдо, глотая некоторые буквы.

— Ты что, пьяная? — догадался, наконец, Лапин, — Кристина?!

— Я трезвая, как стёклышко, — она усмехнулась на том конце, — так как насчёт отмены?

— Никакой отмены быть не может, — он побледнел, — Люди придут именно на это шоу, десять дней будут валом валить, как ты себе представляешь отмену?!

— Папа… — она вдруг сменила тон на плаксивый, — Я не хочу, чтобы Морозов заработал теперь хоть копейку на моём сценарии… Ты должен его уничтожить, хотя бы финансово…

— В первую очередь, это мои доходы, — он резко оборвал дочь, — и он отрабатывает вложенные в него и группу деньги.

— Да плевать на деньги, — она снова перешла на крик, — тебе что дороже, деньги, или родная дочь?!

— Зачем ты пила? — он сменил тему, — Кристина, что произошло?!

— Зачем пила?! — она расхохоталась в трубку, — А зачем пьют — вообще?! Чтобы расслабиться.

— Тебе нельзя пить совершенно, и ты об этом знаешь, — Леонид тоже перешёл на крик, — ты где сейчас?

— У себя дома, в своей пустой квартире, — она снова усмехнулась, — тренируюсь встречать Новый Год в одиночестве…

— Никуда не ходи, ложись спать, — Леонид снова присел, устало массируя веки, — слышишь меня?

— Слышу, — дерзко ответила Кристина, — спешу и падаю.

— Я должен ехать в клуб. На обратном пути заеду к тебе, поняла?