Ты услышишь мой голос (СИ) - Пиженко Эвелина Николаевна - Страница 64

— Ты оставил ключ… А теперь хочешь что-то узнать?

— Ты уехала с Журавлёвым и не ночевала дома. Что у тебя с ним?

— Ты ушёл… Ты вернул ключ… Ты снова с Кристиной… да?.. Да? — она смотрела в его глаза, ожидая ответа со страхом и с надеждой одновременно, но он промолчал, — Ты не можешь больше меня ни о чём спрашивать, — обречённо прошептала она пересохшими губами.

— Видимо, да, — твёрдым тоном произнёс он и, достав из кармана конверт, протянул его ей, — ты зря отдала деньги. Я оставлял их тебе.

— Деньги?! — дыхание перехватило, ей показалось, что она вот-вот задохнётся от нахлынувшей горечи и обиды, — Ты пришёл только затем, чтобы спросить про Женьку и отдать мне деньги?! Ты… ты… Ты уходишь и оставляешь мне деньги?.. За что?! Это ты мне платишь за то, что жил со мной?! — Наташке хотелось крикнуть, что ей не нужны никакие деньги, а нужен только он!.. он!.. Но вырвалось только это дурацкое обвинение.

— Что ты несёшь… — Он устало посмотрел на неё и ещё раз протянул конверт, — Наташа… Забери.

— Какой ты добрый… как Дед Мороз… — с трудом сдерживая слёзы, прошептала она, — Ты уходишь, но заботишься обо мне. Опоздал ты, Дима. Обо мне уже есть, кому позаботиться. Ты опоздал… Забирай свои деньги, считай, что это тебе бонус… за меня. Прощай…

Какое-то время он молчал, опустив взгляд, потом, убрав конверт в карман, строго посмотрел ей в глаза.

— Прощай, — с этими словами развернулся и пошёл прочь по коридору.

Она долго стояла возле окна, не в силах сдвинуться с места… Потом медленно вернулась в аудиторию и, собрав сумку, вышла, не слыша ни вопросов Оксаны, ни оклика преподавателя.

— Наташка, ты в чём пойдёшь к Жанне на день рождения? — одеваясь в гардеробе перед зеркалом, Оксана неожиданно повернулась к подруге, — Я весь день голову ломаю, ничего не придумала…

— Я, наверное, не пойду, — Наташа виновато опустила взгляд.

— Почему?! — та удивлённо вытаращила глаза, — Нас же всех пригласили, весело будет, тем более, в кафе.

— У меня не получается, Оксан…

— Тебе что, надеть нечего?! Да у тебя одних концертных платьев штук десять.

— Надеть есть что, не в этом дело.

— А в чём? — девчонки вышли уже на улицу и, не торопясь, шли к автобусной остановке.

— Вчера счёт пришёл за коммунальные услуги с предупреждением, — Наташа грустно улыбнулась, — я в прошлом месяце не оплачивала, сейчас нужно кровь из носу оба оплатить. А денег нет. Жду пенсию за маму и стипендию, придётся отдать всё, до копейки. А на день рождения без подарка не пойдёшь.

— Так, давай, один на двоих подарим, — Оксанка взяла подружку под руку, — выберем подороже, я куплю, а потом рассчитаемся.

— Спасибо, Оксан, — Наташа с благодарностью посмотрела на девушку, — но мне и рассчитываться нечем будет. У меня даже на питание не останется.

— Ой, а как ты будешь жить? — Оксана испуганно заглянула Наташке в глаза, — Что, совсем денег не будет?

— Совсем, — так кивнула, — мы ведь жили на Димины деньги. А моими оплачивали коммуналку.

— А он что, все деньги забрал, когда уходил?

— Нет. Я сама ему всё отдала.

— Зачем?! — Оксанка не уставала удивляться, — Наташка, какая ты всё же…

— Я не могу так, — грустно ответила Наташа, — я бы всё равно не смогла их потратить.

— Ну, и как теперь?

— Не знаю…

— А отец, что, совсем тебе не помогает?

— Папа помогал, пока работал. Но он теперь на инвалидности, ему нечем помогать. Да я и не попрошу…

— Наташка, ну глупая же ты! Как это — у родителей не попросить?! Или он откажет?

— Что ты, конечно, не откажет. Он, в любом случае, пришлёт.

— Ну, и попроси…

— Понимаешь, он ведь из-за меня заболел, — Наташа вздохнула, — после того случая, летом, когда он сам приехал ко мне. Он очень перепугался, когда увидел меня… И ещё узнал, что я живу с Димой. Он не ожидал… А теперь, если я ему скажу, что мы расстались, он тоже будет переживать, а ему нельзя… Дима ему понравился…

— Так он вообще не в курсе твоих дел?

— Не в курсе… — Наташа снова вздохнула, — И я не знаю, как вообще ему всё рассказать…

— Ну, я не думаю, что это будет таким уж ударом, — Оксанка пожала плечами, — расстались, и расстались. Или ещё что?.. — она пытливо посмотрела на Наташу.

— А что ещё может быть? — опустив голову, тихо спросила та, — Разве может быть что-то хуже?

— Почему не может? Может… — подруга снова пожала плечами, — Например, ребёнок…

Наташа вышла из здания почты и с облегчением вздохнула. Перевод, присланный отцом, был небольшим, но он пришёлся очень кстати: после уплаты коммуналки у неё совсем не оставалось денег на жизнь. Теперь можно было прожить пару недель. «А там — видно будет», подумала она, проходя между прилавками продовольственного магазина. Купив только самое необходимое, вышла на улицу и села в маршрутное такси.

Середина ноября выдалась морозной, снег лежал на городских улицах уже совершенно по-зимнему, и продрогшая Наташа быстрым шагом преодолела расстояние от остановки до подъезда своего дома. Войдя в квартиру, разделась, выгрузила продукты в холодильник и прошла в комнату. Включив свет, невольно сомкнула веки от рези в глазах… Но причиной боли был, увы, не яркий свет, а навернувшиеся, уже такие привычные, слёзы… Свадебный наряд, висевший на ручке антресоли, был взят напрокат для фотосессии, которая была назначена на завтра.

Завтра она наденет белое платье и фату…

Она так мечтала об этом ещё два месяца назад…

Она наденет свадебный наряд. Но никакой свадьбы не будет. Будет съёмка для фоторолика на песню, которую она поёт вместе с Журавлёвым…

Наташка устало прилегла на диван. На этом месте всегда спал Дима… Иногда, сквозь сон, ночью, она всё ещё привычно тянулась к нему… но натыкалась лишь на холодную пустоту. Иногда ей ужасно хотелось набрать его номер, услышать родной голос… но она так ни разу этого не сделала, в страхе, что он просто не будет с ней разговаривать, ведь он больше не приходил к ней… Если бы он хотел, он бы пришёл, так было всегда. Но он не приходил. Значит, он, действительно, поставил точку в их отношениях. Помня об их расставании, она не могла сделать первый шаг, к тому же, в последнее время его практически нет в городе: они с ребятами без конца уезжают выступать, об этом ей рассказывает Оксанка… Она же рассказала, что вместе с «патрулями» теперь ездит и Кристина…

На следующее утро, встав пораньше, Наташа выгладила и платье, и фату, сама сделала подходящий макияж, уложила волосы. Наряд, взятый напрокат Женькой, нужно было вернуть уже завтра утром, поэтому решено было, что Наташа переоденется дома, а Женька и Костя заедут за ней с утра.

Было уже около одиннадцати часов, когда из подъехавшего к её дому, украшенного лентами «ниссана» вышел Журавлёв. Наташка, которая выглянула в этот момент в окно, печально усмехнулась: Женька был в парадном костюме, с цветочком на левом лацкане. Махнув ему в окно рукой, она накинула на себя тёплую курточку поверх белого платья и поспешила вниз.

— Ребята, вы классно смотритесь! — Костя вышел из машины и, разглядывая Наташу с Журавлёвым, весело рассмеялся. Сам он тоже был одет не по-будничному: чёрный строгий фрак, дополненный бабочкой, должен был украсить образ героя песни — музыканта, вспоминающего свою юность.

— Да, пожалуй, тебе предстоят долгие расспросы, куда делся жених, — Женька посмотрел на Наташу, потом кивнул на её соседок по подъезду, с любопытством наблюдающих за разворачивающимся действием, — и, как я понимаю, не один жених…