Ты услышишь мой голос (СИ) - Пиженко Эвелина Николаевна - Страница 87

— Дай мне руку…

— На… — она доверчиво подала свою ладошку. Он молча, осторожно надел ей на безымянный палец колечко — то самое… Золотое, с тремя небольшими камешками, оно весело сверкнуло на её руке.

Ничего не говоря, он смотрел на неё, слегка улыбаясь и держа её ладонь в своих руках. Наташа тоже молчала, подперев лицо другой ладошкой и глядя в его синие-пресиние глаза.

— Я хотел ещё вчера… Но ты уснула…

Как будто вспомнив что-то, Наташа грустно улыбнулась и опустила голову.

— Наташ… — Дима слегка сжал её пальцы, — Ты прости… я без шампанского и свечей… Но ты ведь не вернёшь его, правда?

Она подняла на него свои большие карие глаза и, всё так же улыбаясь, отрицательно покачала головой.

— Пожалуйста, ваш заказ, — молоденькая, веснушчатая официантка, стрельнув глазками, поставила на стол тарелки с едой, — приятного аппетита.

— Спасибо, — Дима кивнул девушке и перевёл взгляд на Наташу, — давай, лопай…

— Димка… — она весело рассмеялась, — Какой ты не романтичный! Вместо свечей и шампанского — рассольник… да ещё и «лопай»…

— Да? А мне сказали, что я сегодня счастливый…

— Кто это тебе сказал? — игриво улыбнулась Наташа.

— Мало ли кто… — хитро ответил Дима, — Если останешься со мной после обеда в студии, скажу.

— С тобой? — её улыбка снова стала грустной, — Думаю, мне там не будут рады.

— Это неважно. Я не хочу с тобой расставаться, даже на несколько часов… Останься со мной? Если устанешь, я отвезу тебя домой. А сейчас — лопай…

Пообедав, они не торопились выходить из-за стола — пока Дима расплачивался, Наташа, допивая сок, задумчиво смотрела куда-то вниз.

— Дима… — какое-то время она ещё помолчала, но потом, решившись, продолжила, — Знаешь, почему я ушла из группы осенью? И почему перестала ходить с тобой сюда…

— Почему? — он серьёзно посмотрел на девушку, — Я ведь до сих пор ничего не знаю.

— Меня просто выгнали.

— Кто?

— Лапин… Он сказал, что я лишняя и предложил работу в турецком или египетском ресторане.

— Почему ты мне ничего не сказала?

— Он сказал, что, если ты узнаешь, то пойдёшь с ним на конфликт, и тогда он сделает так, что ты будешь ему должен очень много денег.

— И ты поэтому молчала?

— Да… Я тогда вообще запуталась. Меня все пугали, что ты меня обязательно бросишь… станешь известным и бросишь… И я… я просто зациклилась на этом. А после разговора с Лапиным я вообще уже не могла быть рядом с тобой. Мне было очень больно… и обидно… и я не могла тебе ни о чём сказать… мне казалось, что я — препятствие на твоём пути. Я ужасно боялась тебя потерять… я не могла ни быть с тобой, ни расстаться… Я сама измучилась… И тебя измучила… — говоря об этом, Наташа не поднимала глаз; чувствуя свою вину, она боялась посмотреть на Диму, — Это я во всём виновата. Ты меня простишь? — она с мольбой подняла на него глаза, — Простишь?..

— За что?! — он казался потрясённым, — Наташка… И ты всё это носила в себе?! Ты об этом молчала тогда?.. Ну, почему ты мне тогда ничего не сказала?..

— Когда ты ушёл, я поняла, что теряю тебя… и испугалась ещё больше. Я решила всё рассказать… приехала сюда, тем вечером… помнишь? Я ехала, чтобы всё тебе рассказать и вместе вернуться домой… — она замолчала, но он понял всё без слов.

— Знаешь что… — он снова взял её за руку, — Ты сейчас пойдёшь со мной, домой одну я тебя не отпущу. В студии есть и диван, и кресло, и ноутбук с интернетом… Туда никто не войдёт, я всех предупрежу, а, если мне придётся уйти, я тебя просто закрою. А ты ляжешь и будешь спать. Хорошо? А вечером, дома, мы обо всём поговорим… Я тебе тоже всё расскажу… Но сейчас ты останешься со мной.

— Хорошо… — кивнула головой Наташа. Внезапно она уставилась на двери, которые находились у Димы за спиной. Заметив это, он оглянулся и тоже удивлённо застыл — Кристина с незнакомой девушкой направлялись прямо к их столику.

— Как замечательно… — в словах Кристины сквозили ехидство и сарказм, — Что можно спрашивать с персонала, если так называемые руководители отсутствуют на работе?

— У меня обед, — невозмутимо ответил Дима, — у персонала, кстати, тоже.

— Я тебя ждала с самого утра.

— Наверное, не там ждала. Я с утра был в студии, если буду нужен — я там, — с этими словами Дима, взяв Наташку за руку, вышел из кафе.

— И что это было? — усаживаясь за соседний столик, Диана удивлённо проводила взглядом молодых людей.

— А то и было, о чём поболтать хотелось, — поджав губы, ответила Кристина подруге, — Морозов, собственной персоной…

Глава 20

— Послушай новую песню… — откинув рукой волосы со лба, Дима тронул клавиши синтезатора, — Это специально к окончанию университета, что-то вроде гимна.

Устроившись сбоку на стуле, Наташа слушала и не сводила глаз с его рук. Она всегда любила смотреть на его руки, когда он играл — его пальцы с особой лёгкостью, едва касаясь, даже не бегали, они летали по клавишам… «У тебя такие красивые руки, особенно когда ты играешь», — часто говорила она ему. «А у тебя такие красивые ножки… — целуя, лукаво шептал он в ответ ей на ушко, — Особенно, когда ты танцуешь». Наташа улыбалась и прижималась головой к его плечу. Сколько раз потом она вспоминала эти счастливые минуты…

— Ну, что скажешь? — закончив играть, Дима вопросительно посмотрел на девушку.

— Мне очень понравилось, — серьёзно ответила Наташа, — Аранжировку ещё не делали?

— Нет, сегодня на репетиции ребятам покажу.

— Знаешь… мне кажется, тут здорово будет звучать труба, — Наташа уверенно поменяла инструмент в настройках синтезатора, — Давай, ты играй гармонию, а я попробую партию трубы наложить, как я её слышу.

— Да… С дудками классно будет… — закончив музыкальный эксперимент, кивнул Дима, — Жалко, у нас никто вживую на дудках не играет… Если только тебе попробовать.

— Ага… — обняв его сзади, она рассыпалась звонким смехом, — представляешь, пингвин с трубой…

— Не пингвин, а пингвинчик, — весело уточнил Дима, запрокинув к ней голову, — ещё бы бубен… — договорить он не успел: дверь отворилась, и в помещение вошла Кристина.

— Дима, ты мне нужен… — смерив взглядом обоих, она, не торопясь, покинула студию.

— Я пойду, а ты ложись на диван и спи, и никого не бойся.

— Да ну, Дим… Неудобно, — улыбнулась Наташа, — Я лучше поиграю, хорошо?

— Ну, поиграй… — улыбнувшись в ответ, Дима вышел. Оставшись одна, она присела к синтезатору, но играть не спешила. Задумчиво уставившись на чёрно-белые клавиши, Наташа выглядела немного растерянной… Все эти дни она гнала от себя эти мысли, она старалась не думать, и в первое время, действительно, не думала о том, что во время их с Димой разлуки он снова был с Кристиной… Она знала об этом, такие слухи быстро находят своих адресатов… Осенью, увидев их вместе, она могла лишь предполагать, оставляя себе пусть слабую, но надежду… Телефонный звонок почти убил надежду, а позже она узнала наверняка: да, всё правда… Он — с ней… Их видели вдвоём, и они выглядели счастливыми. Тогда, зимой, она очень тяжело пережила эту новость, несмотря на то, что была к ней готова. И, если бы не Женька со своим рестораном…

Классическая ситуация. Две женщины и один мужчина… Дима не умеет притворяться, она это знает наверняка, и он её любит — она это чувствует… Но та, с которой его связывали близкие отношения, постоянно рядом… Она бок о бок с ним, и никуда от этого не деться, это его работа.