На всю жизнь - Райан Нэн - Страница 101

Глава 38

Когда Кей подходила к особняку на Русском холме, залив внизу начал освобождаться от утреннего тумана. По сравнению с этим огромным мраморным дворцом, самым большим зданием на холме, ближайшие дома казались карликами.

Кей поднялась по мраморным ступеням здания на Гринвич-стрит, позвонила в колокольчик и стала ждать. Скоро дверь открыл дворецкий в ливрее.

Кей улыбнулась сумрачному человеку и быстро произнесла:

— Я капитан Кей Монтгомери. Я пришла повидать Даму в черном.

Едва заметно кивнув, дворецкий впустил ее в просторный вестибюль с мраморным полом. Он взял ее шляпу и попросил ее следовать за ним. Кей поднялась по одной из двух симметрично расположенных плавно поворачивающих лестниц с мраморными ступенями и балюстрадой из позолоченного металла с замысловатым рисунком.

Наверху Кей проводили по длинному широкому коридору со стоящими по стенам мягкими банкетками, стульями с прямыми спинками, столами с мраморными столешницами, консолями с затейливой резьбой и французскими шкафами. Стены были увешаны картинами в позолоченных рамах.

Дворецкий проводил Кей в большую гостиную слева от коридора.

— Я скажу леди, что вы здесь, — сказал он. — Она скоро придет.

— Спасибо.

Он оставил ее одну. Кей осмотрелась в богатой гостиной, отделанной только белым и черным. Перед камином, облицованным белым мрамором, напротив друг друга стояли два дивана, обитые блестящей черно-белой парчой. Там были тяжелые позолоченные консоли, кресла с прямыми спинками, обитые белым бархатом, и изумительные столы с черными столешницами. Портьеры и ковер были из белоснежного бархата. Застекленные шкафчики ручной работы, мраморные статуи, внушительные вазы и канделябры, а также красивые картины придавали гостиной роскошный вид.

— Добро пожаловать в мой дом.

Кей от неожиданности вздрогнула и посмотрела по сторонам, ища глазами Даму в черном. Ее лицо не было закрыто черной вуалью, так что Кей впервые хорошенько разглядела ее. Она была красивой темноглазой женщиной с черными с проседью волосами, собранными в тугой узел. Ее бледное лицо было слегка подкрашено, щеки умело нарумянены, а губы накрашены, темные глаза подведены, ресницы загнуты. Она была хорошо сохранившейся, поразительно привлекательной, но немолодой женщиной.

Лицо Кей расплылось в широкой улыбке. Темноволосая женщина улыбнулась ей в ответ.

Одетая в модное платье из черной мериносовой шерсти, Дама в черном приподняла пышные юбки платья и вышла вперед, чтобы приветствовать Кей. Протягивая ей бледную руку в бриллиантовых кольцах, она произнесла:

— Я — Камилла Келли. Очень рада, что вы пришли навестить меня.

Кей была удивлена силой и твердостью рукопожатия дамы.

— Спасибо, мисс Келли. Я — капитан…

— Я знаю, кто вы, моя дорогая, — прервала ее Дама в черном, тепло улыбаясь. — Вы делаете чудеса для бедных обездоленных душ Барбари-Коуст.

— Благодаря вашей щедрости, — промолвила Кей. — Теперь, когда мы можем пользоваться портовым пакгаузом, это облегчает дело.

Дама в Черном, казалось, была шокирована.

— Этот Альфред Дьюк! Я просила его не говорить…

— Он и не говорил, — прервала ее Кей. — Я лишь сложила две половинки вместе.

Дама в Черном кивнула с улыбкой. Потом произнесла:

— Но вы пришли сюда не для того, чтобы рассказывать о своей хорошей работе или благодарить меня за пакгауз, не так ли?

— Да, — сказала Кей, — я здесь, чтобы узнать о Нике Мак-Кейбе.

Дама в черном не выказала удивления.

— Садитесь, пожалуйста, капитан. Я позвоню, чтобы принесли чаю.

Кей села на один из парных диванчиков в черную и белую полоску. Дама в черном потянула за шнур от колокольчика, висевшего у облицованного мрамором камина. Потом подошла и села рядом с Кей. Она оправила длинные черные юбки. Бледной рукой, унизанной кольцами, рассеянно прикоснулась к старым золотым часам, висящим на шейной цепочке. Пальцы почти с любовью трогали часы, как будто те имели необыкновенную ценность. Потом, сложив руки на коленях, дама повернулась к Кей.

— Ну а теперь не спеша поговорим обо всем.

— Вы уверены, что я не помешаю вам?

— Совсем нет, — сказала Камилла Келли. — Капитан, у меня редко бывают посетители.

На сверкающем серебряном подносе был подан горячий чай, маленький сливочник, тарелка с нарезанным лимоном и огромное блюдо с аппетитными кондитерскими изделиями. Кей взяла только чашку чая.

— Скажите, капитан, что привело вас сегодня ко мне и почему вы захотели расспросить меня о Нике?

— Сегодня днем я увидела Ника в Бэттери-Плейс. Я спросила об этом Большого Альфреда, и он сказал, что вы знаете о Нике Мак-Кейбе больше, чем кто-либо другой. Пожалуйста, мисс Келли, расскажите мне о нем. Я должна знать.

Дама в черном кивнула и безо всякого вступления поведала Кей удивительную историю.

— Давным-давно в Сан-Франциско, в доме богатого угольного магната и его избалованной жены работала прислугой хорошенькая молодая девушка с иссиня-черными волосами и огромными дымчатыми глазами. Мужчина увлекся красивой молоденькой горничной. Она забеременела от него и была немедленно выброшена из дома без средств к существованию. Ей некуда было идти.

Мадам из публичного дома Барбари-Коуст нашла голодную одинокую девушку на улице. Мадам пожалела бедную девушку, совсем еще ребенка. Она взяла ее к себе и стала заботиться о ней. Девушка родила ребенка в публичном доме. Ребенку было только несколько часов от роду, когда молодая мать умерла от родильной горячки. Мадам хотела оставить ребенка у себя и воспитывать его как своего собственного. Однако власти узнали о ребенке и забрали его. Ребенка поместили в сиротский приют, — Дама в черном замолчала и взглянула на Кей. Кей тихо произнесла:

— Ребенком был Ник. — Это было утверждение, а не вопрос.

— Да.

— А вы были…

— Мадам, — спокойно подтвердила Дама в черном. Потом она добавила с задумчивой улыбкой: — Я была не такой женщиной, как вы, капитан. Были времена…

— Не я вам судья.

Дама в черном похлопала по крепко сжатым рукам Кей.

— Я знаю это, дорогая. — Она вздохнула, взяла свою чашку и отхлебнула чаю.