На всю жизнь - Райан Нэн - Страница 95

Ник и Кей стояли под красным навесом у входа в «Ураган Гасси». Оба молчали. Ник держал за шелковые ленты шляпку Кей. Он помахивал черной соломенной шляпкой, касаясь своего колена.

Он повернулся и взглянул на нее. У Кей перехватило дыхание. Она должна вернуться в миссию. Мужская привлекательность Ника была чересчур властной. Его необычайный магнетизм неумолимо притягивал ее к нему. Если она не уйдет сию же минуту…

Не говоря ни слова, Ник властно положил руку на талию Кей и повел ее через шумную Монтгомери-стрит и дальше по деревянным тротуарам в сторону «Золотой карусели». Когда они остановились перед двойными черными дверями клуба, Кей наконец запротестовала:

— Ник, я не могу… Мне надо вернуться в миссию. — Ник улыбнулся, взял ее за локоть и притянул к себе.

Глубоким вибрирующим голосом, обещающим волнующие любовные приключения, он произнес:

— Входите, Кей. Выпейте со мной кофе.

Кей судорожно сглотнула, пытаясь привести в порядок свои растрепанные чувства. Это было не так-то легко. Ник обладал обвораживающей привлекательностью. Она знала, что пойти к нему в этот сказочный вечер — значит совершить ошибку. Но ей хотелось пойти с ним.

— Нет, нет, Ник, у меня нет времени на кофе.

В отдалении прогрохотал гром. С залива донесся звук сигнальной сирены. Идущий по Пасифик-стрит старый фонарщик, увидев беседующую парочку, не стал зажигать ближайший фонарь.

— У меня есть что-то, принадлежащее вам, — произнес Ник все тем же низким ровным голосом. Он призывно улыбнулся. — Колокольчик.

— Верно! — откликнулась она, припоминая тот жаркий летний день, когда он отнял его у нее. — Мне нужен мой колокольчик. У меня он был долго…

— Пойдемте со мной.

Они обогнули белое здание, войдя со служебного входа. Внутри Кей с Ником поднялись по лестнице. В верхнем широком коридоре они встретили Лин Тана. Слуга тепло поприветствовал ее.

Ник сказал:

— Кей, вы знаете Лин Тана. Он прислуживает мне, заботится обо мне.

— И так с утра до ночи, мисс капитан, — промолвил слуга-китаец.

— Могу себе представить, — ответила Кей с улыбкой. Лин Тан поклонился, кивнул и повторил:

— С утра до ночи, и все по хозяйству…

— Хорошо, хорошо, — прервал его Ник, — можешь ты принести нам кофе?

— Разумеется, босс, — отвечал Лин Тан, поспешив прочь, посмеиваясь и бормоча «с утра до ночи».

В облицованном мрамором камине просторной гостиной Ника горел огонь. Стоящая на круглом столике одинокая лампа светила неярко, отбрасывая тени в большой комнате. Шторы на высоких окнах были незадернуты. В стекла стучали редкие капли дождя.

Кей сразу прошла к горящему камину, протянула к нему руки и спросила через плечо:

— Мой колокольчик? Где он?

— В спальне, — сообщил ей Ник, бросая шляпку на длинный диван.

— Тогда принесите его. — Она повернулась к нему лицом, став спиной к камину. — Мне он нужен. Отдайте его мне.

— Отдам, — сказал он, медленно и уверенно приближаясь к ней. И повторил, стоя прямо перед ней: — Отдам, моя милая.

В низком ласкающем голосе звучало обещание отдать ей нечто большее, чем только колокольчик. Кей почувствовала, как ее лицо обдала волна тепла. Близость Ника вызывала у нее легкое головокружение. Она закрыла глаза. Сердце ее выскакивало из груди.

Ник очень осторожно протянул руку и приложил к ее щеке ладонь. Глаза Кей открылись. Вся дрожа, она оттолкнула его.

— Вы нервничаете, — сказал он.

— Почему вы решили, что я нервничаю?

— Вы дрожите. — Он не спускал с нее серебристо-серых глаз.

— Это потому, что вы прикоснулись ко мне, — в конце концов честно призналась она.

— Вы боитесь…

При появлении Лин Тана с кофейником свежесваренного кофе они замолчали. Выждав, пока он ушел, Ник сказал, как будто его не прерывали:

— Вы боитесь меня, Кей?

— Разумеется, нет. — Пытаясь быть непринужденной, Кей сострила: — Но вы плохой мальчик, а мама мне велела не иметь дело с плохими мальчиками.

Она выдавила из себя улыбку, стараясь сохранить самообладание. Но Ник был таким неотразимым, таким опасно красивым. Кей опустила глаза. Это не помогло. Она увидела перед собой голубую ткань его рубашки, натянувшуюся на твердых мышцах груди. Воротник рубашки был распахнут, У нее возникло почти непреодолимое желание положить ладони ему на грудь и прижать губы к впадинке у основания загорелой шеи. Ник взял лицо Кей в руки и нежно приподнял его. Заглядывая в ее глаза, он произнес тихим голосом:

— Поцелуй меня, Кей.

Его темноволосая голова склонилась к ее лицу. Кей смотрела широко раскрытыми глазами. Когда его рот был в дюйме от ее губ, Ник пробормотал:

— Поцелуй меня так, как никогда не целовала никого другого.

Он нежно прижал теплые мягкие губы к ее губам. Его поцелуй был таким же чудесным, как тогда, при закате на пляже Сил-Бич. Скоро он стал еще слаще. Нежно двигая губами и сливаясь с ее ртом, Ник обвил рукой тонкую талию Кей и прижал ее к себе. Сначала она сопротивлялась.

Она оторвала свои губы от его и отвернула голову. Ник сразу отпустил ее. Руки его упали вдоль тела, но он не отодвинулся назад. Он оставался на том же месте, почти касаясь ее высоким гибким телом.

Наклонив голову, Кей прижалась лбом к груди Ника и продолжала стоять, опустив лицо. Повисшие руки сжались в кулаки. Понимая ее чувства, Ник взял в руку один из этих твердо сжатых кулачков, разжал пальцы и поднес их к губам.

Он нежно поцеловал по очереди кончик каждого пальца и попросил:

— Поцелуй меня еще раз, я больше не буду обнимать тебя.

Кей, подняв голову, взглянула на него. Он наклонил к ней лицо и поцеловал ее, сложив руки за спиной. Кей не оставалось ничего другого, как положить ладони ему на грудь, чтобы опереться о нее.

Поцелуй был сладким и волнующим. Рот Ника прижимался к губам Кей с неспешной агрессивностью. Губы Кей были податливыми и отзывчивыми. Когда Ник осторожно провел кончиком языка вдоль ее губ, эти губы трепетно поддались ему.

Вся дрожа, Кей вздохнула, когда он прикоснулся своим языком к ее языку, и против своей воли положила руки на талию Ника. Ник стал целовать ее долго и не отрываясь. Он легко обнял плечи Кей, притянул ее к себе чуть ближе, сдерживая себя, чтобы не прижать ее к груди со всей страстью.