На всю жизнь - Райан Нэн - Страница 98

Глава 36

Что мне делать с Кей?

Ник лежал в темноте обнаженный, в испарине, несмотря на прохладу комнаты. Закинув руки за голову, сбросив с себя одеяло, он растянулся на шелковых простынях, пытаясь уснуть.

Это ему никак не удавалось.

Как только Кей ушла от него, Ник принял ванну, оделся и спустился в клуб. Там он пробыл оставшуюся часть ночи и первые часы утра, приветствуя посетителей, смотря шоу и выпивая. И изо всех сил стараясь забыть о капитане Кей Монтгомери.

Клуб был переполнен. Полночное представление прошло без заминки. Публика приветствовала Анджелу Томпсон не менее бурно, чем Роуз Рейли: ведь Анджела никого не заставила пожалеть об уплаченных деньгах. За весь вечер была лишь одна маленькая стычка, которую Нику удалось пресечь, слегка повысив голос.

Сразу после четырех утра Ник поднялся в свои апартаменты, вполне удовлетворенный проведенным вечером и совершенно измотанный. И абсолютно уверенный в том, что уснет сразу, как только рухнет в постель.

Но этого не произошло.

Ему без труда удавалось выбросить Кей из головы, когда он был внизу, в переполненном клубе. Но едва он вошел в свои апартаменты, как пылкая рыжеволосая женщина начала терзать его.

Ник вытащил руки из-под головы. Он перевернулся на живот и, шумно выдохнув, в гневе ткнул кулаком подушку.

Вдруг он глуповато усмехнулся.

Господи, до чего же она была хорошенькой в тот день на Сил-Бич с ее веснушчатым носиком, большими голубыми глазами и огненными волосами, из которых он вынул шпильки! Она была красива от природы, с небывалым очарованием и пылкостью. Она не была скучной, строгой и чересчур трезвой, как ему казалось поначалу. Однако она твердо придерживалась своих принципов и неустанно работала на благо отверженных. Она не боялась ничего и никого, даже когда должна была бы бояться.

И, как он всегда подозревал, она была эмоциональной женщиной. Нет, скорее горячей. Ник застонал.

Его живот напрягся, когда он живо вообразил себе ее поцелуи. Она целовала не так уж умело, но очень пылко. В этом-то и была загвоздка.

Если он продолжит свое ухаживание, ему скоро удастся соблазнить ее. Она была довольно сильно увлечена им, он это знал. Странно, но он был так же сильно увлечен ею. Он знал причину этого. Глубокая пропасть, лежащая между ними, притягивала их друг к другу. Они были очарованы друг другом, потому что каждый видел в другом то, от чего отказался.

Он сам отказался от малейшей возможности вести жизнь порядочного, уважаемого человека. Он никогда не обретет покой и счастье домашнего очага и семьи. Давным-давно он заключил сделку с дьяволом. Его будущее будет похоже на его прошлое. Его миром был мир Барбари-Коуст: клубы, спиртное, продажные женщины.

Кей тоже от многого отказалась. Она не признавала удовольствий, которые для него стали привычными. Она никогда не пила шампанское из высоких бокалов, не делала ставок на колесо рулетки и не занималась любовью на шелковых простынях в гостиничном номере. Ее миром был мир Армии спасения: миссия, воздержание и потерянные души.

Ник вздохнул и опять перевернулся на спину. Может быть, ему не стоило заключать пари с Большим Альфредом. Может быть, Большой Альфред не так уж был ему нужен в клубе. Может, ему надо отказаться от этого.

Бизнес снова процветал. Деньги текли рекой. Он мог потратить пятнадцать тысяч плюс пять сверх того на строительство постоянной миссии. Он мог бы сделать это и отпустить всех остальных с миром. Не трогать прелестную Кей.

Ник рассеянно поскреб грудь и посмеялся над переменой собственного настроения. Похоже, он с возрастом становится чувствительным. С каких это пор его мучает совесть?

Не поворачивая лежащей на подушке головы, Ник протянул длинную руку к ночному столику. Он ощупал гладкую поверхность, ища серебряный колокольчик. Потом он вспомнил. Он же вернул его.

Улыбка слетела с его лица, и он заскрежетал ровными белыми зубами.

Не однажды за прошедшие полгода он брал в руки этот серебряный колокольчик, с улыбкой вспоминая тот день, когда встретил неистового капитана Армии спасения.

Ник снова опустил руку на постель. Ухватившись длинными пальцами за белую простыню, он изо всех сил сжал ее в комок. На щеках у него заходили желваки. Тяжелые веки опустились на встревоженные серые глаза.

Черт побери, что же ему делать с Кей?