Звезды любви - Райан Нэн - Страница 67

Сделав небрежный жест рукой и кивнув, она сказала холодным, капризным тоном:

— Да, Пьер, «Пайпер-Хайдсик» восемьдесят седьмого вполне подойдет.

— Qui, мадам, — сказал Стар, отвешивая ей низкий поклон и ставя на стол бокалы.

С той же легкостью, с какой он делал все, Стар обернул белым льняным полотенцем бутылку, вытащил пробку и, убрав полотенце, налил искрящееся вино в хрустальный тюльпан.

Диана взяла его, изящным движением поднесла к губам и отпила чуть-чуть. Подумав, она сказала:

— Bon, Пьер.

— Ах, merci, merci, — просиял он.

А потом довольный официант расхохотался и поцеловал надменную гостью прямо в губы, заканчивая игру. Стар опустился на стул и долил в бокалы с апельсиновым соком шампанского. Они чокнулись и выпили.

Часом позже они все еще сидели за столом, потягивая смесь апельсинового сока с шампанским и соглашаясь, между смехом и поцелуями, что напиток весьма неплох. Потом их обоих потянуло в сон. Оставив мытье посуды на потом, они вернулись в спальню.

Когда они проснулись, был уже полдень. Они лениво искупались вместе, неспешно занялись любовью, потом снова приготовили не слишком аппетитную еду, наконец, уселись на балконе, чтобы полюбоваться восходящими звездами.

В ту ночь они легли поздно и мирно проспали до утра. Проснулись оба отдохнувшими и свежими. После полуденного завтрака Диана потребовала, чтобы они вышли из дома и поискали Блэкстара. Диана в надежде на знакомство прихватила несколько кусков сахара. Блэкстар действительно оказался неподалеку. Он услышал смех и голоса, когда Стар с Дианой вышли на широкое парадное крыльцо. Не успели они спуститься по каменным ступеням, как он оказался перед ними, вскидывая голову и фыркая, — он требовал внимания.

Диана рассмеялась. Она похлопала коня по шее и мягким, ласковым голосом стала говорить, как он хорош и как она надеется, что он позволит ей прокатиться на нем. Она немножко подразнила его: положила на ладонь кусок сахара, но, прежде чем он успел взять лакомство, Диана сжала кулак и убрала руку за спину.

Но ей ни на секунду не удалось одурачить коня. Он заржал, выражая свое возмущение, шагнул вперед и вытянул шею, заглядывая Диане за спину и фыркая в поисках сахара, и его бархатная морда ткнулась в сжатый кулак девушки.

— Лучше отдай, а то он может тебя укусить, — предостерег Стар.

Кивнув, Диана протянула сахар Блэкстару и нежно поглаживала коня, пока тот брал кубики сахара — не спеша, по одному, — и жевал их с таким наслаждением, словно в жизни не пробовал ничего вкуснее.

— Дружба! — гордо возвестила Диана. — Я понравилась Блэкстару. Уверена, он с радостью позволит мне сесть на него верхом!

— Ну, на это особенно не рассчитывай, — сказал Стар, беря Диану за руку. — Никто еще не садился на него, кроме меня. — И, обращаясь к жеребцу, спросил: — Ну, как ты настроен, парнишка? Не хочешь ли закусить сахар овсом?

Стар повел Диану вокруг дома, и Блэкстар последовал за ними. Задний двор состоял из нескольких террас. Здесь не было тех цветов и кустарников, что обычно сажают возле домов. Здесь царила естественная красота. Яркие розовато-оранжевые цветы дикого водосбора и белого вереска были куда наряднее, чем их пышные садовые родственники. Ароматные кедры стояли вдоль пересекающихся дорожек, вымощенных простыми камнями. В центре двора был трехъярусный фонтан, и во многих местах стояли уютного вида мягкие садовые кресла.

За изгородью, спрятавшейся среди деревьев в пятидесяти ярдах от дома, выше по склону, располагались конюшни и загон. Он был пуст, его ворота распахнуты настежь, на толстой перекладине сверкающими серебряными буквами было написано имя лошади. Стар ушел в полутемную конюшню и принес куль овса.

— Ну, увидимся позже, — сказала Диана огромному коню.

Стар неосторожно сказал Диане, что хотел бы позже показать ей одно местечко в горах, куда он отправляется, чтобы успокоиться и расслабиться. Там, выше по склону, есть уединенная крохотная долинка с горячим источником минеральной воды, и он выкопал вокруг него бассейн.

Естественно, Диана не пожелала ждать. Она потребовала, чтобы они отправились туда немедленно. Стар показал на небо, все затянутое большими пухлыми тучами.

— Похоже, вот-вот хлынет дождь. Лучше нам пойти к горячему источнику завтра утром.

Диана подошла к нему вплотную и обняла за талию.

— Пожалуйста, Стар, покажи мне родник сейчас! У подумаешь, упадет на нас несколько капель! Я ничего не имею против. Кроме того, если мы поспешим, мы можем обогнать дождь.

Но им не удалось обогнать дождь.

До источника оставалось не меньше сотни ярдов, когда в быстро потемневшем небе сверкнула первая молния и послышался оглушительный раскат грома.

Они переглянулись, улыбнулись и, повернувшись, поспешили вниз по склону. Но ливень настиг их и немилосердно колотил Стара и Диану, пока они спускались вниз. Они визжали и хохотали.

Когда они добрались наконец до дома, то уже промокли насквозь. Задыхаясь, они нырнули под навес крыльца и тут же молча начали снимать с себя мокрую одежду. Обнаженные, они посмотрели друг на друга, рассмеялись и поцеловались. И еще раз поцеловались.

Стар подхватил Диану на руки и поднялся с ней наверх.

Гроза все усиливалась, пока они купались в черной мраморной ванне; невероятно крупные капли бешено колотили в стеклянную стену перед ними. Небо стало черным, как глубокой ночью, и оглушительные раскаты грома отдавались эхом по всему дому.

Искупавшись, Стар и Диана завернулись в большие белоснежные полотенца и вышли в спальню. Диана, любуясь грозой, смеялась, пока Стар снимал с постели меховое покрывало. Он расстелил его на полу, прямо перед стеклянной стеной.

— Иди сюда.

И они занялись любовью на пышных мехах, пока снаружи завывал в соснах ветер и дождь лил сплошным потоком. И они оставались в спальне весь этот дождливый день, любя друг друга и глядя на бурю за стеклянной стеной. Они ласкали друг друга. Смотрели друг на друга. Стар лежал на спине, а Диана приютилась у него под боком, положив голову ему на плечо.

После долгого ленивого молчания Стар наконец заговорил своим низким, ровным голосом:

— Диана…

— Ты вполне мог бы называть меня дорогая, — пробормотала она.

— Дорогая, — начал он снова, — предположим, я ничего о тебе не знаю. Расскажи мне все-все.

Диана подумала, что он хотел знать все о ней и Малыше Чероки.

Не тратя времени на вступление, Диана быстро выпалила:

— Стар, Малыш Чероки никогда не был моим любовником!

— Я знаю.

— Знаешь? — Это был не тот ответ, которого она ожидала. — Ты знал все это время, что…

— У тебя не было любовников до меня. — Стар повернул голову и посмотрел ей в глаза. — Ведь это так, милая?

— Да. Да, у меня их не было, — сказала она, немного разволновавшись. — И ты всегда это знал?

— Не всегда, — мягко уточнил он. — А с той ночи, когда мы впервые занимались любовью. — Он говорил нежно и тихо. А потом продолжил: — Милая, ты ведь не первая женщина, которую я знал. У меня было много любовниц. Слишком много. Но ты — единственная, которую я полюбил. И клянусь, больше я никогда в жизни не дотронусь до другой женщины.

— Это хорошо. — Ее сердце переполнилось счастьем. — А то, знаешь, я ужасно ревнива.

Стар добродушно рассмеялся:

— Я не дам тебе поводов к ревности, если ты выйдешь за меня замуж.

— Это предложение?

— Да. Выходи за меня, Диана. Будь моей женой.

— Я уж думала, ты никогда этого не скажешь, — улыбнулась Диана. — Что ж, мой ответ — да!

Стар усмехнулся, а Диана поцеловала его в губы, шепча:

— Да, ох, да!..

Дождь наконец прекратился. Выглянуло солнце. Яркая радуга вспыхнула в небе.

И сквозь блестящую стеклянную стену мир вокруг казался умытым и обновленным. Диана прижалась щекой к гладкой груди Стара, и ее обняли сильные руки. А потом дыхание Стара стало ровным и глубоким… он задремал.

Диана, чувствуя себя удивительно спокойной и защищенной, довольно вздохнула и тоже закрыла глаза. Мягкое биение сердца Стара завораживало ее, навевая сон…