Второй курс (СИ) - Юрченко Сергей Георгиевич "Raven912" - Страница 113

— О, Джинни! — Радостно воскликнула Гермиона, но в ее глазах мелькнула какая-то тень... О Мерлин! Она же как-то упомянула, что тоже может чувствовать... Значит...

— Не дергайся, Джинни. — Шепнула мне Гермион, взяв меня за руку. Но этим она подтвердила, что действительно чувствует мои эмоции! — Не дергайся. Мои проблемы — они только мои... ну, может, еще и Гарри. Но тебя они коснуться не должны. Я постараюсь. Прости, что дала тебе их заметить.

Я остановилась и потрясла головой. Она просит прощения у меня? Я ничего не понимаю!

— Идемте быстрее! — Гарри, ушедший чуть вперед, остановился и поторопи нас. — А то близнецы вытворят еще чего-нибудь, или еще что случится — и мы не застанем директора Макгонагалл!

Зачем нам к директору? Я уже хотела задать этот вопрос, а потом подумала, что скоро и так все увижу. Тем более, что мне и без этого есть о чем подумать.

Возле горгульи, закрывающей проход в кабинет директора, Гарри остановился.

— Так. Пароля мы не знаем. Но ведь должен же быть способ, обеспечивающий возможность ученикам обратиться к директору?! — Гарри посмотрел на нас... мы с Гермионой посмотрели на него. Идей — не было.

— С одной стороны — ты, конечно, прав. По логике, такая возможность — должна быть, ведь нельзя же заранее предсказать: в какой ситуации и кому понадобится директор школы. — Задумчиво заговорила Гермиона, скорее сама с собой, чем с кем-то из нас. — Но с другой... Где — логика, и где волшебники? Для большинства обитателей волшебного мира «логика» — пустой звук, и мы в этом не раз убеждались. Не так ли, Гарри?

— Кхм... — Кашлянул, привлекая наше внимание портрет на стене напротив горгульи. Это был мужчина, одетый по моде, давно позабытой даже среди волшебников. Более того, он был изображен с посохом и мечом — что позволяло отнести его как бы не ко временам Основателей. — Молодые люди... — Обратившись к нам, он снова сделал паузу. — Кажется, вы упомянули о том, что желаете получить аудиенцию у директора.

— Да, господин... — Гарри замолчал, ожидая, что портрет подскажет нам, как к нему обращаться. Но вместо этого портрет вспыхнул, как от злости. В его глазах полыхнул странный, незнакомый символ, от которого хотелось держаться подальше.

— Я никому не господин! — Но его ярость исчезла так же быстро, как и возникла. — Можете звать меня Эриком*. И я нахожусь тут именно затем, чтобы известить директора в случае надобности в нем. Кто вы, зачем хотите видеть директора, и почему вашу проблему не могут разрешить преподаватели или Глава вашего Дома?

/*Прим. автор: Предугадываю вопрос... Нет! Это — не портрет Эрика-из-Янтаря. А имя, вообще говоря, довольно распространенное*/

— Я — Гарри, — поклонился мой Мастер, — это — Гермиона и Джинни. Мы учимся в Доме Годрика, и профессор Макгонагалл является нашим деканом, но все-таки мы хотели бы обратиться с ней как к директору школы по вопросу, связанному с некоторыми запретами, наложенными ее предшественником.

— Ты вежлив, ученик. — Склонил голову изображенный на портрете. — Это хорошо. Однако, я сомневаюсь, что директор разрешит вам нарушить правила, введенные Альбусом Дамблдором. Но мои сомнения ни в коей мере не отменяют вашего права обратиться к директору с просьбой. Прошу вас подождать.

Эрик перехватил посох поудобнее, и вышел в дверь стены, служащей портрету фоном.

— Жаль его. — Произнес Гарри, потирая шрам.

— Ты о чем? — Удивилась Гермиона, а потом, присмотревшись к портрету — охнула. — Но ведь... Это...

— Да. — Ответил Гарри. — Он заперт в двух картинах. Для такого как он это... Это настоящий кошмар.

Я смотрела на Гарри и Гермиону, и понимала, что хотя я и не могу выдать тайны Гарри кому-либо еще, но между этими двумя есть и еще что-то... Что-то, во что меня посвящать не собираются.

Тем временем мы по движущейся лестнице поднялись в кабинет директора. Профессор Макгонагалл, в своей неизменной темно-зеленой мантии строго посмотрела на нас. Судя по ее усталому виду, и очкам, которые профессор использовала только для чтения — перед нашим приходом она разбирала какие-то важные документы.

— Итак, молодые люди, о чем вы хотели бы поговорить со мной?

— Профессор Макгонагал... — Начала Гермиона. — Прежде, чем Гарри обратится к Вам с просьбой... ответьте, пожалуйста: кем был тот, кто известил Вас о нашем приходе?

— Эрик Лосснарх... — Задумалась наш декан. — О нем мало что известно достоверно. Пожалуй, только то, что он был магом и кузнецом, одним из учеников Основателей. Существует даже легенда о том, что один из топоров, созданных им, был рассмотрен Советом гоблинов, и они назвали Эрика — Мастером-оружейником. Но это маловероятно. Словом «Мастер» гоблины не разбрасываются даже в отношении своих соотечественников, а уж о том, чтобы они так назвали человека... Других таких легенд я, пожалуй, и не припомню.

— И это позволяет предположить, что в данной легенде — есть зерно истины. — Сказал Гарри. А Гермиона кивнула, не то соглашаясь с ним, не то — потому, что слова Макгонагалл подтвердили какие-то ее мысли. — Но мы пришли не за этим.

— Я слушаю вас. — Кивнула головой Макгонагал. — Эрик говорил, что вы хотели бы выговорить себе отступление от некоторых школьных правил? Вам придется быть ОЧЕНЬ убедительными.

— Госпожа Макгонагалл, — начал Гарри, — Н пиру по случаю Распределения директор Дамблдор объявил, что Запретный лес — запретен «даже для тех, кто может себя в нем уверенно защитить». И как раз по этому поводу я хотел бы поговорить с Вами. Возможно, Вы могли бы разрешить мне показать друзьям некоторые... достопримечательности ближайших окрестностей?

Директор задумалась. Она внимательно посмотрела на Гарри, потом — на нас, потом — опустила взгляд в лежащую перед ней бумагу. Эмоции ее метались между радостью, возмущением и сомнениями.

— Мистер Поттер. Правила школы — одни на всех. И, хотя я и не сомневаюсь в том, что Вам лично в лесу не грозит практически ничего, но должна уточнить: сколько друзей Вы намерены захватить с собой?

Я чуть не села там, где стояла. Чтобы Минерва Макгонагалл согласилась хотя бы рассмотреть такую просьбу... Интересно — где в округе валяется мертвый дракон?

— Четверых, госпожа директор. — Склонил голову Гарри.

— Четверых... — повторила за ним профессор. — Это может быть... допустимо. Но все-таки, правила есть правила... — я замерла в ожидании твердого отказа, но Макгонагалл продолжила, — так что если вы через два часа не вернетесь в замок — искать вас отправится профессор Снейп, и будьте уверены: я снабжу его соответствующими полномочиями для разрешения такой... нештатной ситуации. Можете идти.

Гарри, а следом за ним и мы, кивнули директору, с грохотом ссыпались по лестнице, и пролетели мимо стремительно отпрыгнувшей гаргульи.

Глава 128. Запретный лес.

В том, что мы заявились к профессору Макгонагалл именно тогда, когда она тщательно обдумывала требование «временно не исполняющего обязанности директора» Альбуса Дамблдора «хотя бы на пару часов удалить Поттера и его девчонок с территории замка» — виновата, разумеется, чистая случайность. И наши занятия со Скайлой Оракулом тут совершенно не причем, и он не давала нам с Миа задания на эту тему... ну то есть — совершенно никакого и вообще — «о чем это Вы?»

Но получилось как нельзя лучше. Знающая о моих способностях Макгонагалл отчетливо прочитала про себя письмо Альбуса, и вопросительно посмотрела на меня — уверен ли я в том, что хочу именно того, о чем я попросил. Я был уверен. И временный директор с заметным внимательному взгляду облегчением дала требуемое разрешение.

Поворачиваясь от госпожи директора, я ускорил свое восприятие, чтобы не демонстрировать Джинни и Минерве свою заинтересованность, но в то же время — внимательно рассмотреть здешнее обиталище Эрика Лосснарха. Как я и думал, эта картина была выполнена в более соответствующем характеру оружейника стиле. Стены задрапированы обгоревшими и порванными знаменами. К трону, вырезанному из черепа тролля прислонен топор: наверное, тот самый — шедевр*. Я несколько мгновений гадал: был ли этот трон изображен на картине изначально, или же раньше у Варнавы Вздрюченный было на одного ученика больше, чем теперь? Впрочем, данный вопрос был чисто академическим. С другой стороны от трона возвышалась небольшая груда черепов, человеческих... и не только, с любовью и тщанием выписанных в мельчайших деталях.