Второй курс (СИ) - Юрченко Сергей Георгиевич "Raven912" - Страница 97

Маму в своем рассказе Джинни не упомянула ни разу. Это радовало. Все-таки, верность семье, как это ни странно слышать от такого, как я — очень положительное качество.

— Да, Гарри, ты

— попал. — Обнадежили меня близнецы. — Но все-таки не

— обижай Джинни. Она

— хорошая, хотя и

— дура-дурой

— временами

Я задумался. Как все-таки по-разному могут прозвучать одни и те же слова. В устах Артура «не обижай» — было проявлением слабости и трусости, а у близнецов — силы и заботы. Впору генетический анализ делать: я серьезно не понимаю, как у такого отца могли получиться такие сыновья? Или нынешнее состояние Артура — результат долгих лет совместной жизни с Молли? Но ведь и близнецы живут с родителями всю жизни, и еще не успели сбежать из Норы как Чарли и Билли?

Пока я об этом размышлял, в гостиную Гриффиндора вошел Дамблдор.

— Гарри, мальчик мой, зачем ты так поступил? — Вопросил Великий Белый, глядя на меня добрым, всепрощающим взглядом. Я пожал плечами.

— Я хотел, чтобы никто больше не подумал воспользоваться таким способом... Но, честно говоря, я надеялся, что глава Визенгамота сумеет затянуть разбирательство до конца действия приворота. — Очки-половинки вспыхнули, когда Дамблдор услышал подтверждение того, насколько на самом деле совпадали наши планы.

— Как видишь, не все получается так, как мы планируем. — Крайне доброжелательным тоном обратился ко мне директор. — И теперь нам нужно решить, что делать с последствиями этой юношеской горячности. — Даже не оборачиваясь, я почувствовал, как Миа у меня за спиной залилась краской. Дамблдор еще польстил нам, не назвав произошедшее «детской выходкой». — К сожалению, Джинни теперь не сможет заснуть в комнате, где не будет тебя. Так что вам придется выделить отдельное помещение. Не селить же девочку в спальню мальчиков? Да у вас там и места нет для еще одной кровати. Только... Я хотел бы, чтобы кто-то из девочек составил им компанию, и побыл, так сказать, дуэньей для мисс Уизли. Я понимаю, что это тяжелая просьба, но вы же храбрые гриффиндорки...

— Я согласна. — Высказалась Миа. — Разумеется, мне не трудно побыть дуэньей для подруги, дабы предотвратить появление глупых и неуместных слухов, и не заставлять Гарри разбираться с их переносчиками. — Раздавшиеся было в гостиной смешки — немедленно стихли. — Но... профессор Дамблдор, объясните пожалуйста: почему Джинни не сможет заснуть в нашей спальне? Я читала закон об адорат — там ничего такого не сказано!

— О, это просто. — Улыбнулся директор. — Адорат не может допустить, чтобы вред ее мастеру был причинен даже ее бездействием. Так что, пытаясь заснуть в спальне для девочек, Джинни будет постоянно просыпаться, и рваться проверить — не случилось ли с Гарри чего плохого... Вот в результате — она просто не сможет заснуть. Честно говоря, я думаю, что такая трактовка закона была внесена в заклятье умышленно... Впрочем, вам еще рано думать о таких подробностях магической юриспруденции. А пока что... Я думаю, Минерва уже подготовила помещение для вас. Так что — идите в свои спальни и собирайте вещи. Будете переселяться.

Глава 111. Бытовые проблемы. Часть 2.

Выделенное нам помещение оказалось небольшой комнаткой, в которую с некоторым трудом запихали третью кровать. Тем не менее, комната была очень уютной: в отличие от остальных факультетских помещений, здесь о принадлежности Дому Годрика говорили только ало-золотые шторы на окнах.

В боковой стене обнаружилась скромно выкрашенная в цвет стены дверь, за которой скрывались необходимые удобства, включая сидячую ванную. И по сравнению с общим душем в помещениях основного общежития это был существенный шаг вперед.

— Интересно... — Задумчиво сказала Джинни, осматривая комнату. — Почему сюда не наложили чары расширения пространства?

— Видимо, — я пожал плечами, — предполагается, что женатые студенты — достаточно взрослые, чтобы могли сделать это сами, по своему вкусу. Да и зачем нам какие-то чары расширения пространства? Разве что на книжный шкаф их наложить?! Этого, — я махнул рукой в сторону утопленного в стену шкафа-купе, — Гермионе точно не хватит.

— Ну и что? — Улыбнулась за моей спиной Миа. — Как хранила книги в твоем подарке — так и буду хранить.

Оглянувшись, я убедился, что любимая уже извлекла из бездонной сумочки книжку, и погрузилась в чтение.

Я внимательно посмотрел на картину, висящую на стене. Изображенная на ней юная пастушка забросила своих овец и только что из рамы не выпрыгивала от любопытства.

Девочки с интересом наблюдали за моими эволюциями. Джинни прекратила раскладывать одежду в платяном шкафу, а Миа подняла голову от книги.

— Герми, палочка у тебя далеко? — Поинтересовался я.

— Нет, конечно. — И Миа продемонстрировала мне палочку из винограда, в сердце которой пело крылатое пламя.

— Тогда, пожалуйста, наколдуй Фините на картину.

Пастушка гордо вскинула носик. «Фините» от второкурсницы никак не могло превратить волшебный портрет в маггловскую картину... но оно могло кое-что другое...

— Фините инкантатем!

И пейзаж с пастушкой, отделившись от стены, стал падать вниз под визг нарисованной девчонки. Как я и думал, повесившие эту надсмотрщицу не стали заморачиваться со сложностями, и прикрепили картину к стене простейшими чарами, которые Миа и развеяла. Естественно, упасть картине я не дал, подхватив на руки, но встряска все равно получилась приличная.

— Ты что делаешь, мальчишка! — Возмущенно завопила сидящая пастушка, в то время, как ее овцы, ошалело мотая головами, поднимались на ноги.

— Что делаю, что делаю... — Пробурчал я. — А вот что. — И поставил картину лицом к стене.

— Ах, ты....

Возмущенный крик стих почти мгновенно, и я повернулся к девочкам.

— Ну что, засекаем время? — Миа улыбнулась, и, согласно кивнув, уткнулась в наручные часы. Видимо, эксперимент показался ей интересным.

— О чем это ты? — Удивилась Джинни.

— Думаю, или декан, или даже директор будут здесь где-то через пять минут.

Как выяснилось, я ошибся в своих расчетах. Требовательный стук в дверь раздался уже через две минуты. Видимо, Макгонагалл была где-то поблизости.

— Гарри! — Грозно начала она. — Что ты сделал с пор... — Ага. — Отвечать мне не пришлось: перевернутая картина говорила сама за себя. — Хорошо*. Тогда объясни мне, пожалуйста: зачем ты это сделал?

/*Прим. автора: на самом деле здесь Макгонагалл отнюдь не выражает одобрения действиям Гарри. В оригинале это звучало как «well» — способ потянуть время в разговоре, приличный и допустимый в обществе аналог нашего «ну...»*/

— Все очень просто. — Расплылся я в улыбке. — Я не намерен выступать в ночной пижаме перед незнакомой девочкой. Кто знает, о чем сплетничают портреты между собой? Еще ославят так, что хоть из замка беги! В конце концов, я отнюдь не обольщаюсь насчет собственной внешности: малорослый, щуплый...

— Хорошо. Тогда я...

— Вы хотите заставить девочек переодеваться и ходить в пижамах при незнакомом мужчине? Тогда уж лучше оставьте пастушку. Как-нибудь переживу.

— Ладно. — Кивнула головой Макгонагалл. А Джинни и Гермиону ты не стесняешься?

— А... ну... — Сценка «стеснительный мальчишка пытается сформулировать фразу «они же — мои девочки» вряд ли хоть на секунду обманула декана ало-золотого Дома... но, несомненно — позабавила. Макгонагалл несколько секунд полюбовалась постановкой, а потом резко кивнула.

— Я оставлю вашу комнату без надзора портретов. Но взамен я хотела бы получить уверенность в том, что твои, — декан сделала акцент на этом слове, — девочки не покинут Хогвартс «по медицинским показаниям».

Одно из преимуществ оборотня — румянец по желанию. А вот девочки у меня за спиной заалели на полном серьезе, сообразив, о каких именно «медицинских показаниях» идет речь.

— Профессор! — Возмущенно вскинулся я. — Вы же не думаете... Мы еще слишком маленькие для этого. — От Джинни донеслось глубокое сожаление.