Кольцо безумия (СИ) - Гончарова Галина Дмитриевна - Страница 132

Я поднялась с кресла. Следом за мной встал Шарль.

- Ладно. До завтра. А сейчас мы поехали домой.

- Как ты мог! Ты же обещал, что живыми они оттуда не выйдут!!!

- Не все в нашей власти! Ты лучше мне скажи, это ты убила снайпера?

- Я.

- Дура.

- Сам такой!

От удара женщина отлетела к стене, а мужчина навис над ней, разъяренный до преде-ла.

- О чем ты вообще думала, делая это!?

- Что их сожрет эта тварь. Я же видела, что там происходит…

- А что ты оставила следы? Это - как?

- А никак. Своей силой я не пользовалась. На это с лихвой достало человеческих способностей. А после убийства я все там обрызгала аэрозолями. Перцовый, антисобакин и прочие… Мой след никто не возьмет. Это точно.

- Смотри. Если что-то - я не стану ждать Мечислава. Я сам тебя раньше удавлю.

- Не удавишь. У тебя не так много союзников, которые искренне ненавидят эту компа-нию…

Вампир мрачно подумал, что это верно. На безрыбье - и рак рыба. И с такой дурой свяжешься за неимением умных.

- Ладно. Проехали.

- пока - да. А что ты собираешься делать дальше?

- Переждем немного. А потом…

- Госпожа…

- Да. Ты опять все испортила, дура?

- Не смей со мной говорить так! - мгновенно ощетинилась медведица.

- А как еще с тобой говорить? У тебя что - все мозги сейчас между ног!? Кому пришла в голову идея предложить этим мерзавцам помощь с Альфонсо да Силва?! Кому!?

- Но вы ведь действительно можете замять его убийство…

- Могу! И имею некоторое влияние в Совете! Но если Мечислав не полный кретин, он тут же задумается, откуда подобные связи у вас! А он задумается! И начнет копать! Ты не думай, что раз у него смазливая мордашка, то он дурак! Этот вампир очень умен и расчетлив…

- Госпожа… но что же теперь делать?

- Ты - ждешь. А я буду говорить с Призраком.

- Госпожа…

- И если я еще раз узнаю о подобных предложениях с твоей стороны - тебя уже ничто не спа-сет. Ты меня поняла?

- Да, госпожа…

Глава 12

Учить. Нельзя помиловать.

День 8-й. 6-е сентября. Понедельник

Будильник у меня китайский. Пищал он исключительно мерзко. Факт. И глаза с утра слегка косили. От недосыпания.

Шарль даже не проснулся. Пришлось пихнуть дракона посильнее.

- Умгуммм???

- Шарль! Очнись, зараза чешуйчатая!!!

Зараза очнулась с пятой попытки.

- Юля?

- Да! Я сейчас ухожу в институт! Вернусь после обеда. Квартира в твоем распоряжении, еда в холо-дильнике, ферштейн?

- Ага…

Дракон перевернулся на другой бок - и нагло уснул.

Вот кто он после этого!?

Счастливый человек. А я вот - студентка несчастная…

А ведь первой парой - Ливневский…

Ууууу….

Но на пару я не опоздала. Хотя пришлось попрощаться с мечтой о завтраке. И зевала я, сидя на паре так, что челюсти вывихивались.

- Ты слышала, - толкнула меня в бок Маша, еще одна моя подруга. - Наташка пропала.

Я пожала плечами.

- Не слышала. Загуляла с парнем?

- Её второй день дома нету.

- А вас, Хилкова Мария, на лекции явно нету. Выйдите вон!!! - прогремел над ухом голос Ливневско-го. - Я никому не позволю разглагольствовать на посторонние темы, если дело касается такого важно-го предмета, как генетика! Это основополагающий предмет в биологии! И он будет иметь огромное значение в вашей будущей жизни! Если вы захотите, например, узнать кто отец или мать ваших бу-дущих детей…

Я перестала слушать.

Про исчезновение Натальи так никто ничего и не узнает. Мечислав об этом позаботится.

Смерти двоих 'знаменитых' поп-певцов также будут признанны естественными. Наверняка. Вампиры - мастера заметать следы. Но в случае с Натальей, я все-таки настою на своем. Надо дать знать ее ро-дителям. Обязательно.

Нет ничего страшнее неизвестности.

Тем более когда речь идет о твоем родном ребенке.

- Леоверенская, а вы полагаете, что все уже знаете о генетике?

- Нет, - ляпнула я.

Ливневский издевательски прищурился. Господи, как же от него воняло козлом…

- Тогда почему вы позволяете себе меня не слушать?

- Потому что я и так точно буду знать, кто мать моих будущих детей.

Класс грохнул хохотом. Ливневский побагровел. Выглядело это откровенно жутко.

- Вон из аудитории!!!

Я возражать не стала. Собрала тетрадки и вышла.

Увы.

Чтобы тут же наткнуться на нашу политологиню.

Эмма Эдуардовна Поросенкова (да-да, именно так!) была среднего роста тощей брюнеткой со стиль-ной стрижкой и в очках без оправы. Институт она закончила шесть лет назад. Пришла на кафедру по-литологии (по большому блату) и с тех пор нещадно изводила студентов.

Она оказалась из тех девиц, которые стремятся быть святее Папы Римского. Шпаргалки на ее зачетах приравнивались к смертному греху. Отсутствие на уроках - тоже к греху, но чуть меньшему. А экза-мен с первого раза ей вообще никто не сдавал.

Почему?

Да потому что никому из биологов и на фиг не была нужна та политология. Все сначала пытались списать. А потом…

- А-ааа, Леоверенская… Вы собираетесь сдавать мне экзамен?

- Да, - честно кивнула я.

- И когда же?

- Да хоть сейчас!

На лице политологини заиграла противная улыбка.

- а у вас разве сейчас не пара?

- Выгнали, - огрызнулась я.

- Вот как? И за что же?

- а за правду. Как политолог вы должны знать - за нее всегда страдают - огрызнулась я. Мне было уже все равно. Или просто бил отходняк после вчерашнего. Я могла наговорить все, что угодно. И Эмма, кажется, что-то поняла. Связываться она не стала. А вместо этого поглядела на меня из-под очков, став ужасно похожей на большую крысу и хмыкнула.

- Хорошо. Через час я вас жду в пятьдесят шестой аудитории.

Она удалилась. Я чертыхнулась и отправилась в деканат - за отработкой. То есть - за таким малень-ким листочком с печатью и подписью декана. Хорошо хоть зачетка была с собой. А ведомость должен брать преподаватель.

В деканате секретарша Любовь Сергеевна поглядела на меня глазами прожженной стервы - и кивну-ла.

- Хорошо. Сейчас выпишу.

Через двадцать минут листочек с печатью был у меня на руках. А еще через сорок минут я входила в пятьдесят шестой кабинет.

- Тяните билет, Леоверенская.

Мне достались 'Капитализм, социализм и политическая демократия, сравнение' и 'Типы политиче-ских систем'.

Если честно, я не знала ни того ни другого.

И готовилась без надежды на успех.

Когда затрезвонил телефон я даже на миг обрадовалась. Но в телефоне раздался истерический вопль Кости.

- Юля!!! У Насти схватки!!!

Твою мать!!!

- Где вы!? - заорала я. Стены аудитории и Эмма явственно вздрогнули.

- Она дома. Здесь доктор, но ей нужна ты! Юля, пожалуйста, приезжай! Доктор говорит, что оста-лось не больше часа!

Билет по социологии полетел на стол.

- сейчас возьму такси и приеду.

- Юля, - пробился в телефоне Настин голос. - Юленька, пожалуйста….ааааааа!!!!

Стон боли взвился и оборвался. Я схватила сумку со стула.

- Эмма Эдуардовна, всего хорошего! Поставьте мне двойку. Я пересдам!

- Леоверенская, вы в своем уме? - поинтересовалась преподавательница. - Чем вы можете помочь своей подруге? Лучше спокойно сдайте экзамен…

Я сверкнула глазами. Волной накатило знакомое бешенство. Шевельнулся внутри меня зверь с чело-веческими глазами. Эмма стояла так, что загораживала выход из аудитории. И легче было ее пере-прыгнуть, чем обойти.

Тем хуже для нее.

Я выпрямилась во весь рост, так что мы оказались примерно одного роста.

- Если вы меня сейчас же не пропустите, вы об этом пожалеете. Я должна идти. Политология!? Да я могу преподать всю вашу дисциплину в нескольких словах. Политика - это грязь, которую месит мразь! Неважно, как это называется! Демократия ли, социализм ли, капитализм… Плевать! Суть все-гда одна! Подлость и предательство! Ваша политика похожа на котел с куриным бульоном. Когда он кипит, на поверхности остается грязная пена. И место ей - в помойке! Вот это - ваша политика. Поря-дочный человек никогда этим не будет заниматься! А теперь - с дороги! Моей подруге нужна моя по-мощь! И ставьте мне хоть единицу! Будем разговаривать в присутствии комиссии! Мне - не жалко!