Кольцо безумия (СИ) - Гончарова Галина Дмитриевна - Страница 66

Ген Геныч хитровато поглядел на меня из-под негустых ресниц. Ждал вопроса?

Я промолчала… Что дальше? Не дождавшись от меня реакции, товарищ продолжил.

- Вы - одна из немногих в нашей области женщин с экстрасенсорными способностями.

- Одна из немногих? - насторожилась я.

- Есть еще две девушки, - просто объяснил экстрасенс. - Всего три на область.

- А с ними я не виделась, нет… Они с вами не работают?

- Их способности еще меньше, чем у меня. Говоря объективно, Татьяна - самый сильный специалист из нас четверых.

Я кивнула и поглядела на Ген Геныча с уважением. Надо уметь признавать свои сильные и слабые стороны. Он - умеет. И это - здорово.

- Поэтому те две девушки посвятили себя семье. Они рожают и воспитывают детей.

И тут до меня дошло. Да так, что я даже задохнулась.

- Разумеется, от тех, кто наделен определенными способностями? Да?!

Ген Геныч на секунду опустил веки. Не кивнул. Не подал какого-то более внятного знака. Но…

- Разумеется, в брак - законный и благословленный церковью, они вступали по любви.

- Разумеется, - процедила я. Руки сами собой сжались в кулаки. Ногти впились в ладони. А я еще возмущалась - зачем мне маникюр?! Да затем, чтобы взять себя в руки. Боль в ладонях подействовала отрезвляюще.

Картина стала ясна до омерзения.

Ген Геныч фактически проинформировал меня, что я - в подходящем возрасте для деторождения. Ну да. Про Печати Вампира ИПФ не знает. И про то, что в таком возрасте мне навсегда и оставаться (если никто не пришибет) - тоже. А так… рожать можно до сорока лет. Хорошо. Если не жалеть женщину - до сорока пяти. И намекнул - по своей ли воле? - что меня уже рассматривают в этом качестве.

А если рассматривают, то и планы строят. А если строят, то могут и претворить их в жизнь.

Ой, мама!

Я подергала себя за прядь волос.

- Геннадий Геннадьевич, я благодарна вам за ваше любезное предложение.

- Но ответите отказом?

Серые глаза были грустными. Я решительно кивнула.

- Вы же сами все понимаете. Но я благодарна вам.

Я действительно была благодарна. Предупрежден - значит вооружен. А раз я вооружена…

А что тогда?

Я еще не знала. Но это я потом обдумаю.

- В качестве благодарности - сходите с Геной куда-нибудь в кафе, - просто и серьезно сказал Крокодил-старший. Хотя нет. Не надо над ним смеяться. Геннадий Геннадьевич. Надо же. Самые страшненькие из набора местных экстрасенсов. И самые слабенькие. А люди вроде как неплохие.

Особенно когда он перестал сюсюкать и стал говорить вполне серьезно.

И я на миг подумала, а не маска ли все эти его рассказы про крокодилов? Может быть и так, что он намного умнее и серьезнее.

Может.

И если я схожу в кафе, то ничего не потеряю. Но…

- Геннадий Геннадьевич, я с удовольствием схожу в кафе. С вами. Или - с вами и с вашим сыном.

Серые глаза были спокойными и серьезными.

- Тогда я рад буду пригласить вас в кафе где-нибудь на выходных?

- Как только я сдам экзамен по политологии. Это надо будет отметить, - улыбнулась я.

Ага. А заодно уедет Альфонсо да Силва. И хотя бы можно будет спокойно дышать.

- Юля, я оставлю вам свой телефон. А вы позвоните, как освободитесь. Договорились?

- Договорились.

Геннадий Геннадьевич протянул мне простенькую белую визитку.

'д.п.н. Крокодиленок Г.Г.'

И телефон.

- Доктор каких наук? - уточнила я.

- Педагогических.

- Понятно. Очень приятно.

Я упрятала визитку в карман.

- и мне тоже. Я буду ждать вашего звонка.

Мы поулыбались друг другу. Недолго. Потому что от ангара спешил к нам Рокин.

- Юля?

- Да? - отозвалась я, понимая, что прекрасное 'домой' отодвигается в 'прекрасное далёко'.

- Святой отец хотел с вами поговорить…

Говорить не хотелось. А отвертеться не получалось. Слишком много всего произошло, чтобы оставить народ без объяснений.

- Он придет - или мне к нему пойти? Только я честно предупреждаю - я вам все место преступления могу заблевать. Извините, не привыкла я к такому. В первые минуты было еще так-сяк, а сейчас откат пошел.

Рокин оглянулся на оставленный нами ангар - и покачал головой.

- Ладно. Я позову его сюда. Так лучше будет?

- Будет, - согласилась я. И Рокин направился обратно, к трупу.

Крокодилёнки отошли в сторону и о чем-то говорили. А мне решительно не хотелось в ангар. Опять идти туда, где меня едва не схватили эти кляксы?!

Брррррррррр….

- Холодно?

- Противно. И мысли противные крутятся.

- Из-за этих двоих? - Шарль сверкнул очками в сторону Крокодилёнков.

- Они сказали мне сейчас неожиданные и не слишком приятные вещи. Надо это обдумать. И встретиться с ними еще раз.

- Юля, ты уверена что это - хорошая идея? ИПФовцам доверять нельзя.

- А кому можно? ИПФ нельзя? Вампирам? Оборотням? Кому!? Черт!

Пока Шарль раздумывал над сложным вопросом, из ангара вышел падре Мигель - и направился к нам. Такой же бодренький, здоровенький и в развевающейся на ветру рясе.

- Юля, добрый день! Я рад вас видеть!

- Несмотря на повод? Девчонку убили, - огрызнулась я. - И убили весьма жестоко.

- Разумеется, я скорблю. И буду молиться за ее несчастную душу.

- Ваша скорбь у вас на лице написана.

- Она будет написана. Когда мы поймаем эту нечисть. И надеюсь, с вашей непосредственной помощью. Мне Рокин сказал, что вы не хотите возвращаться туда. Что-то не так?

- Да все, - я фыркнула. - Я биолог, а не мясник. А Наташка - моя однокурсница. Бедные ее родители. Что вы им скажете?

- что она попала под машину. Правду им сказать не получится.

- почему?

- А какую правду - Юля?

Я задумалась.

- Не знаю. Можно озвучить про маньяка…

- и взбудоражить весь город? Не по делу, а просто так…

- а почему просто так?

- А как еще? Вы ведь тоже ЭТО почувствовали там, внутри?

- почувствовала, - мрачно созналась я.

- поделитесь впечатлениями?

Я что, мне не жалко. А так как в этот раз меня никуда не утянуло (таких 'гениев', как Вадим, которые сунули девушке в руку живое человеческое сердце… то есть уже мертвое, а, неважно, главное - и так понятно, здесь не было) пришлось рассказывать прошлые выводы.

- Не знаю, почему так, но мне кажется, что это действительно жертвоприношение. И из жертвы выкачали все силы. Включая жизненные.

- правильно. Сейчас наши экстрасенсы могут подойти к ней, обследовать, чем они и занимаются. И они говорят примерно то же самое. К сожалению, мы пока еще не разобрались с символикой. Вроде бы это скандинавский обряд казни. Но то, как выглядит ее сердце…

- Ее сердце?

- Оно как у мумии. Ссохшийся пыльный комок. Словно она умерла уже лет сто назад.

И тут то же самое.

- А что-то еще? По обряду? Возможно, там какая-нибудь символика? Или руны?

- Больше пока ничего не известно, - покачал головой святой отец. - Слишком мало времени. Мы еще не успели навести справки.

Несколько секунд я колебалась - рассказать или не рассказать про первое убийство. То есть - жертвоприношение Лаврика. Но… а как тут расскажешь? Как это будет выглядеть - фактически?

Вы не одни меня привлекаете в качестве консультанта, тут еще и Князь Города меня на труп возил. Он (Князь) немножечко вампир, а еще я знаю, где он отлеживается днем, знаю кучу оборотней и вообще - я фамилиар. Личный и Князевский.

А потом пойти и намылить веревку. Потому что ИПФовцы из меня все вытряхнут. А если что-то останется - остатки со мной зароют.

А, да! А вот этот тип, который Саша - он на самом деле - Шарль и полудракон. Так что кто хочет повторить подвиг Добрыни Никитича - становитесь в очередь и платите за попытку по сто баксов с пока еще целого носа.

Так что рассказывать про Лаврика я не стала. Я опустила глаза и вздохнула.

- Вы же видите, Михаил… простите, отчества не знаю…

- Для тебя, Юля, можно просто - отец Михаил…