Их невинная наложница (ЛП) - Блэк Шайла - Страница 61

Пайпер вздохнула и последовала за ней внутрь, надеясь, что это лишь ее беспокойная сестра, желающая вновь узнать, как она, а не очередной репортер, предлагающий заплатить непристойную сумму денег за ее историю об опасности, разврате и предательстве в руках трех шейхов пустыни. Она неизменно отказывалась, но пресса продолжала ее преследовать.

— Я буду через минуту, — сказала Пайпер Ханне. – И обещаю поесть на этот раз.

Она немного похудела, но Ханна была права, пришло время начать жить снова. А это подразумевало ответить сестре более, чем односложным сообщением о том, что она в порядке. Если она не поговорит с Минди в ближайшее время, не стоило сомневаться, что ее сестричка вскоре нагрянет на порог Джеймсов. Минди беспокоилась с тех пор, как в новостях сообщили, что наложница шейха покинула страну, но Пайпер не была готова говорить.

Она закрыла дверь в гостевую комнату и села за компьютер, готовая сказать сестре, чтобы та позвонила, но на экране было вовсе не имя Минди.

Это был Тал.

Пайпер замерла на мгновение. Это должно быть ошибка, низкая шутка. Она решила закрыть компьютер и проигнорировать его, но ее телефон известил о новом сообщении.

Также от Тала.

После нескольких недель молчания, он, наконец, понял, что ему что-то нужно от нее? Она открыла текстовое сообщение.

“ Пайпер, любовь моя, прости идиота ”.

Пайпер всхлипнула, на глаза внезапно навернулись слезы. Она сделала долгий вздох. Он хотел попрощаться. По смс? Он до сих пор оставался идиотом.  И она не была уверена, что готова простить любого из них. Позже — да. Но они хотели начать с чистого листа прямо сейчас. Они использовали ее в своих целях, а когда больше не нуждались в невесте, они просто избавились от нее. По крайней мере, так это выглядело.

Но так ли все было самом деле? Внутри нее не утихал назойливый голос. Если бы они действительно хотели избавиться от нее, они бы не платили двум частным детективам за то, чтобы те следили за ней двадцать четыре часа в стуки. Они бы не собирали так тщательно ее одежду, высланную ей следующим рейсом. И там не было бы такого драгоценного дара.

Первое издание «Паутины Шарлотты», подписанное самим автором. Ее любимая детская книга. Та самая, которой она лишилась на банковском аукционе, теперь была возвращена ей мужчинами, которые сказали, что отныне к ней равнодушны.

Неужели она сделали это, чтобы загладить свою вину? Возможно. Или они хотели лично сказать ей «прощай»? В любом случае, пришло время простить их и отпустить. Она тщательно писала ответ, пока слезы застилали ей глаза.

«Все прощено. Я желаю вам троим большой любви. И спасибо за книгу».

Все. Теперь их дальнейшее общение друг с другом может быть приятным и вежливым.

«Раф, Кад и я скоро женимся. Мы хотим, чтобы ты присутствовала на свадьбе».

Она смотрела на его сообщение в течение минуты, и эти слова поразили ее в самое сердце. Это не могло быть правдой. После всего, через что они прошли, чтобы изменить законы, они вдруг передумали и решили жениться? Неужели они все были влюблены в какую-то девушку? Пайпер не могла не задаться вопросом, использовали ли они ее для того, чтобы защитить свою новую невесту.

Телефон зазвенел в ее руке, она ответила.

«Думаю, я откажусь. Не пытайтесь снова связаться со мной».

Очень вежливо.

Она швырнула мобильник на кровать, ее руки тряслись от гнева. Она слышала, как он снова зазвонил, но отказалась отвечать ему вновь. И когда-либо после. Она избавится от этого телефона. Они были мерзавцами, и, по какой-то причине, им было необходимо ранить ее.

Раздался стук в дверь. Пайпер вытерла свои глаза.

— Я скоро буду.

Снова стук.

Казалось, никто сегодня не уважал ее потребность в личном пространстве. Глубоко разочарованная, она пересекла комнату и распахнула дверь, готовая высказать тому, кто был это ни был, все, что она о нем думала.

Тал, Раф и Кад стояли в коридоре. Рука Тала была поднята, готовая постучать вновь, но он медленно опустил ее, не отводя от нее глаз.

Она почувствовала, как ее сердце пропустило удар. Они были здесь, прямо перед ней. Зачем? Радость от того, что она снова видела их, тут же сменилась глубокой яростью. В какую игру они играли теперь?

— Что вы хотите?

— Мы хотим войти, хабибти, – глаза Када внимательно осматривали каждый дюйм ее тела. — Пожалуйста. Нам нужно поговорить.

Она ни за что не подпустит их к себе снова.

— Мы можем поговорить по телефону. Кажется, вы знаете мой номер.

Она попыталась захлопнуть дверь перед их неимоверно прекрасными лицами, но Тал выставил руку, останавливая ее. Он выглядел совершенно здоровым, будто никогда не ловил пулю вместо нее. Боже, он чуть не погиб, спасая ей жизнь. Это было легко забыть после того, как с ней поступили, но он пожертвовал практически всем, чтобы она могла жить. Теперь она знала, что он сделал это из-за того, кем он являлся, а не потому, что любил ее. Тем не менее, она была обязана ему. Пандора оставила попытки закрыть дверь.

— Пайпер, любовь моя, я мог бы позвонить, но сомневаюсь, что ты бы ответила, — Тал воспользовался преимуществом, заходя внутрь и прижимаясь к ней своим телом. Это напомнило ей обо всем, что у нее было… и чего она лишилась.

Почему он называл ее «его любовью»? Что ему нужно? Ее глаза сузились, когда он взглянул на телефон, который она отшвырнула.

— Подозреваю, что ты намерена сменить номер.

Возможно, она проиграла ему этот спор, но она не собиралась отступать.

— Да, думаю, я так и сделаю. Мы все можем начать с чистого листа.

Раф зашел следом, его темные глаза сверкали.

— Согласен, – он наклонился, поднял ее на руки и прижал к груди прежде, чем она успела возразить. Улыбнувшись, он повернулся с ней на руках. – Моя Пайпер, ты выглядишь достаточно аппетитно, чтобы тебя съесть.

— Ты прав, брат, — произнес Кад тихим сексуальным шепотом. Он наклонился и провел носом по ее волосам. – Ее аромат бесподобен. Я и мои братья говорили об этом. Ты и понятия не имеешь, как на нас теперь действуют апельсины, Пайпер. Мы не можем завтракать, изнывая от эрекции.

Что они, черт возьми, делали? И говорили? Зачем пытались соблазнить ее, если намеревались жениться на другой женщине?

— Отпусти меня.

— Никогда, — ответил Раф, крепко прижимая ее. – Я больше никогда не намерен тебя отпускать.

Тал усмехнулся, пока она боролась в руках Рафа.

— Они нетерпеливы, любовь моя. Я сказал им, что сперва мы должны сесть и обстоятельно поговорить, но мне следовало знать, что они не послушают, — в одно мгновение его игривость исчезла. — Прости меня.

Она могла поклясться, что в его глазах стояли слезы. Он не плакал, но она чувствовала сильные эмоции, завладевшие им.

— Я сказала, что все прощено. А теперь, пожалуйста, отпусти меня. Я желаю вам счастья с вашей новой невестой. Я буду очень признательна, если вы уйдете.

Тал приблизился и коснулся ее щеки.

— Я не могу вытерпеть разлуки с тобой. Я думал, будет лучше, если ты будешь где-то в безопасности, но эти последние недели показали мне, как я ошибался.

— Пайпер, пожалуйста, пойми, тебя чуть не убили, — пояснил Кад. – Тал едва выкарабкался. После операции он сразу же попросил, чтобы мы отослали тебя.

Внутри нее поднялась горечь. Он едва не умер, и все, о чем он заботился, это лишь удостовериться в том, что ее не будет рядом, когда он придет в себя.

— Что ж, вы двое об этом позаботились. Пожалуйста, отпустите меня.

Все трое мужчин касались ее. Кад провел рукой по ее волосам.

— Он сходил с ума от мысли, что подобное может произойти снова. В последующие ночи он просыпался с криком, думая, что Халил вновь пытается изнасиловать и убить тебя. Его швы трижды расходились, прежде чем медсестры додумались накачать его на ночь снотворным.

Она застыла. Он так беспокоился? Она не могла бороться со страхом Тала. Она не могла заставить его понять, что из отношения стоили риска.