"Слава". Последний броненосец эпохи доцусимского судостроения. (1901-1917) - Мельников Рафаил Михайлович - Страница 134

Даже руководя подготовкой к проведению международного конкурса по составлению проекта дредноута для русского флота, А.Н. Крылов решающее значение прибавил формальному исполнению требований конкурса, а не составлению боевой эффективности кораблей. В результате, как об этом рассказывал сам А.Н. Крылов ("Воспоминания и очерки", М., 1956, с. 146-165), первенство было отдано проекту не самому лучшему, а сама цель конкурса осталась недостигнутой. Полного взаимопонимания не было у А.Н. Крылова и с министром С.А. Воеводским, который вместо поддержки инициатив А.Н. Крылова мог позволить себе резолюцию: "Я не раз уже замечаю, что Морской технический комитет превышает предоставленные ему нрава и распоряжается самостоятельно". С таким министром трудно было работать на пользу флота. Эти осложнения и привели А.Н. Крылова уже в феврале 1910 г. к решению отказаться от должности председателя МТК.

Об обстановке все еще продолжавшегося в министерстве кризиса идей, организации и техники свидетельствовали и признания, которые в своем дневнике в 1909 г. сделал только что получивший должность товарища морского министра И.К. Григорович. Вчерашний "пещерный адмирал" в Порт-Артуре, в 1906-1908 гг. командир порта Императора Александра III, а затем Кронштадтского, он оказался перед сплоченным триумвиратом связанных дружбой министра С.А. Воеводского, продвинутого им в ГУКиС генерал-майора С.П. Дюшена (1857-1918) и начальника МГШ А.А. Эбергарда. "Присматриваясь к остальному министерству, – писал И.К. Григорович.- я увидел, что старая рутина осталась и с этим придется бороться. Из учреждений, мне подчиненных, работают добросовестно Морской технический комитет и Главное Гидрографическое управление. Остальные отбывают положенные часы занятий. Доминирующее значение имел Морской Генеральный штаб, но это важное учреждение было не в фаворе у С.А. Воеводского, несмотря на то что начальником оного состоит его друг А.А. Эбергард – правда, преследований не было, как при предыдущих министрах (А.А. Бирилевев 1905-1906 гг. и И.М.Диковев 1907-1908 гг.- P.M.), но нужной поддержки не видно… Наибольшей рутиной отличался Главный морской штаб" (в котором начальствовал спасенный после гибели С.О. Макарова прежний командир броненосца "Петропавловск" вицеадмирал Н.М. Яковлев – P.M.).

По какой-то странности ни Н.А. Крылов, ни И.К. Григорович о проектах перевооружения "Славы" и "Цесаревича"не упоминают. Молчат о них и составители подборки "Документальные материалы о жизни и деятельности А.Н. Крылова" и хранящиеся в Центральном Государственном архиве Военно-морского флота (Рукописное наследие академика А.Н. Крылова. Научное описание. Л.1969. Труды Архива АН СССР, вып.23).

В этом описании упомянуты лишь два частных доклада А.Н. Крылова товарищу морского министра: один в феврале 1908 г. о 19-тонной электрической лебедке для подъема на "Славе" паровых катеров, второй – от 22 декабря 1909 г. о ремонте котлов "Славы".

Сегодня можно указать на значительно более перспективные документы, касающиеся двух попыток перевооружения "Славы". Первый проект, уже упоминавшийся ранее и составленный под руководством начальника чертежной МТК корабельного инженера Н.В. Лсстникова (1874-?) 6 сентября 1908 г., уже тогда предусматривал два варианта. По первому на место подлежащих снятию шести башен 6-дм орудий и двенадцати 75-мм пушек, всех надстроек и мостиков с мачтами предлагалось установить 8 8-дм и 10 120-мм пушек в казематах (броня 4 дм) на верхней палубе. Для этого верхнюю палубу следовало уширить на 16 фт, а спардечную поднять на 2 фт. Это вызовет перегрузку на 102 т (метацептрическая высота 3,78 фут), а при установке вместо прежних двух боевых рубок рубок новейшего образца – 280 т. По второму варианту, взамен также снимаемых лишних надстроек, мостиков и мачт, следовало 20 75-мм пушек (они все же сохранились! – P.M.) перенести на верхнюю палубу в каземат с 3-дм броней, броню кормового и носового казематов снять, а порты средней батареи заделать 2- дм плитами. Перегрузка составила бы 73 т, а при замене боевой рубки на две современных – 267 т.

Перевооружение "Цесаревича" из-за его изношенной конструкции осложнялось необходимостью больших переделок почти всего надводного борта от верхней броневой палубы с его большим завалом борта и отсутствием казематов. Перегрузка в этом случае доходила до 300 т. Проект сопровождался обстоятельными таблицами нагрузок и кораблестроительными расчетами, включавшими три диаграммы Рида ("кривые остойчивости"). Одна была вычислена для "Императора Александра III" с целыми небронированными бортами (эту же кривую А.Н. Крылов приводил для "Славы" в своем "Учебнике теории корабля", СПб, 1913, с. 149), другая для него же с разбитыми небронированными бортами и третья для "Славы" на кромку верхней палубы. Углы крена, приходящиеся на наибольшие восстанавливающие и нулевые моменты, составляли 38° и 66,5°, 13° и 24°, 28,5° и 44°.

На линейном корабле ‘Слава’: тренировки заряжающих. 1912-1913 гг.

Для полноты исторической картины подобные же характеристики уместно привести из работы корабельного инженера Матросова (1874-носле 1918) "Гибель "Бородино" и новые броненосцы" (архив группы истории "ЦНИИ им. акад. А.Н. Крылова, ф. 7, д. 33, л. 16). Они для броненосцев типа "Бородино" составляли: по первоначальному проекту 1899 г. 18° и 33°, с полным запасом угля (опыты 1903 г.) – 17° и 29°, с перегрузкой перед выходом из Ревеля – 12° и 21 °, с перегрузкой на Мадагаскаре-8° и 15°. Соответствующие величины для "Андрея Первозванного" составляли: 33 °и 61 " для дредноута водоизмещением 21000 т (проект 1906 г.) – 32 °и 63°. Обращая внимание на фантастические размеры перегрузок броненосцев по воле З.П. Рожественского, инженер приходил к заключению о том, что "судно может быть перевернуто не только неприятелем". Ведь судя по "мадагаскарской" диаграмме получалось, что одного лишь крена в 7-8 °от положенного на борт руля было достаточно для того, чтобы корабль выпрямиться уже не мог.

Но ни работа Матросова 1906 г., ни проект Н.В. Лесникова 1908 г. не удовлетворяли генштабистов, министра и его товарища. По этой ли причине или в силу особых видов А.Н. Крылова, работа нал проектами перестройки "Славы" и "Цесаревича" перешла в руки талантливого, отличавшегося глубоким анализом поведения кораблей при Цусиме, корабельного инженера В.П. Костенко. Обративший на себя внимание С.К. Ратника, а затем А.Н. Крылова, молодой инженер с блеском исполнил данное ему поручение по наблюдению за достройкой в Англии крейсера "Рюрик" и, по-видимому, предназначался для включения в состав МТК. Как вспоминал сам В.П. Костенко, в октябре 1908 г. он получил от А.Н. Крылова задание разработать проект модернизации "Славы". Работа, как видно из документов. предусматривала обновление уже не только "Славы", но и "Цесаревича" и проходила под руководством Н.В. Лесникова. По словам В.П. Костенко, задание, данное ему будто бы лично А.Н. Крыловым (Н.В. Лесников не упоминался), включало замену 152-мм артиллерии на 203-мм "по примеру строившихся кораблей "Андрей" и "Павел" и устранение дефектов в защите живучести кораблей типа "Бородино".

Для решения этой задачи В.П. Костенко в проекте "Славы" должен был, по его словам, во-первых, "заново проработать вопрос о возможной разгрузке броненосца для уменьшения его осадки", во-вторых, "проработать схему системы заполнения бортовых отделений для обеспечения необходимой быстроты кренования и дифферентовки броненосца и, в-третьих, "максимально обеспечить боевую остойчивость при больших углах крена для предохранения его от опрокидывания при попадании воды на батарейную палубу через порты 75-мм орудий, создав на этой палубе второй клетчатый слой".