Покрывало ночи - Раткевич Сергей - Страница 97

Краем глаза Эруэлл заметил метнувшуюся к ним тень. Ноом Траар Татим был вне себя от злости и спешил исправить ситуацию. Он уже почти воздел жезл, почти произнес смертоносное заклятие… Почти. Конец жезла в дрожащей от ярости руке был направлен на Шенген, которую маг посчитал несравненно более опасной. Ведь это она разбила его древний неразбиваемый барьер. Она убила неубиваемое страшилище. Она… Уничтожить ее! Уничтожить! Немедленно уничтожить! А уж потом можно и королем этим заняться. Он до того вымотан, что все равно, что мертв. Прикончить его не составит большого труда.

Ноом Траар Татим уже почти воздел жезл, почти произнес смертоносное заклятие, почти…

Вот только разведчик успел раньше. Их на то и обучают, разведчиков, чтоб они успевали раньше. И они успевают. Даже очень усталые – успевают. Ноом Траар Татим сумел увидеть мелькнувший в воздухе серебристый шарик. И даже магическую защиту выставить сумел. Но было поздно. «Серебристая смерть» перебила его заклятья на первом же слоге. В отличие от обнаруженных им когда-то запредельно древних чар, сам Ноом Траар Татим был магом вполне обыкновенным. И «серебристая смерть» сожрала его с той же охотой, что и прочих.

– А теперь ты спас мне жизнь, – заметила Шенген.

– Да, – улыбнулся Эруэлл. – И теперь она принадлежит мне.

– Здорово… – счастливо вздохнула Шенген, тесней прижимаясь к нему.

– Не смотри туда, – предупредил ее Эруэлл. – Маги, сраженные «серебристой смертью»… ну, словом, на них лучше не смотреть.

– Вот еще! – усмехнулась Шенген. – Делать мне нечего – на разных магов таращиться. У меня перед глазами нечто гораздо более притягательное.

Целуя свою жену, Эруэлл краем уха слышал топот копыт. Это подъезжала конница Анмелена.

– А здорово, что он нам автограф дал! – довольно заметил Ученик.

– Еще бы, – кивнул Эстен Джальн. – А то ведь и по голове мог. Гномы, они такие. Суровый народ. Я все боялся, что он раскричится, дескать, как это мы посмели его спасать без его дозволения, да еще с применением разной подозрительной магии. А гномам подозрительной кажется любая магия, кроме их собственной. Так что, сам понимаешь… Гномам посох в рот не клади, мигом пополам перекусят.

– Посох? – вздрогнув, спросил Ученик.

– Посох, – кивнул Эстен Джальн. – А могут и самого мага, особенно если как следует разозлятся. Гномы, они такие.

– Суровый народ! – эхом выдохнул Ученик. – А… что ты с его автографом делать станешь?

– Как что? – удивился Джальн. – На стену повешу. Должно же у меня в комнате быть хоть что-то красивое?

– Готово, – сказал Линард, снимая с огня последний котелок. – Не изволит ли досточтимый гном…

– Досточтимый гном изволит, – перебил его Йолнн Холнамуртен. – С чего прикажете начинать, досточтимый повар?

– Как от предков наших повелось, о несказанно мудрый творец иллюзий, – ухмыльнулся Линард. – начинать лучше всего с начала, дабы не причинить ущерба вашей совершенномудрой пузяре.

– А где начало-то? – нетерпеливо поинтересовался гном.

– Если высокородный мастер ослепительных наваждений пожелает приподнять вот эту крышку, он узрит необыкновенное начало, на дне же последнего из котелков, который ваш покорный слуга ныне держит в руках, вы можете найти восхитительное окончание, – сообщил Линард.

– Что ж, воспользуюсь вековой мудростью, – усмехнулся гном. – Тем более что, если я правильно понял, любое отклонение от нее грозит моему брюху.

Гном снял крышку с указанного котелка и издал стон блаженства.

– Какой восхитительный аромат! – простонал он. – А вид! Если бы я был таким же безумцем, как большинство моих сородичей, я тут же дал бы клятву отыскать такое же количество самоцветов и воссоздал бы этот кулинарный шедевр в искрящемся камне! Я дал бы зарок не есть тридцать лет и три года, пока не исполню этого обещания! И все это время я не прикасался бы ножницами к своей бороде. И под конец я наступал бы на нее и, падая, набивал себе шишки. Однако я не такой псих, как мои сородичи, поэтому я все это просто съем.

– Решение, достойное совершенномудрого, – важно кивнул Линард, и лишь в уголках его глаз поблескивали искорки веселья.

– У меня только одна просьба, – добавил гном, приступая к трапезе. – Вместо стихов я бы хотел послушать историю о древних гномьих магических ловушках. Можно в прозе. И обычным слогом.

– Хорошо, – кивнул Линард. – История сама по себе настолько необычная, что пересказывать ее возвышенным стилем я бы не рискнул.

– А я побоялся бы такое слушать! – хихикнул гном. – Вот уж отчего брюхо на сторону свернет!

– Даже наверняка, – кивнул Линард. – Итак, я начинаю. Что тебе известно о месте с названием Гернага, она же Терахна?

– Гернага, она же Терахна, она же Двианор, – кивнул гном. – То же, что и всем гномам известно. То есть очень немногое. А вот откуда ты, человек, знаешь эти названия?!

– Я там был, – просто ответил Линард.

– В зачарованной Гернаге?! – ахнул гном. – В священном городе «ушедших»?

– Аккуратней, не подавись, – заботливо посоветовал Линард. – Да. Я был там. Правда, очень недолго. Кстати, почему у этого города три имени?

– Гернага – город гномов, – отозвался Йолнн. – Эльфы пришли туда позднее, и гномы позволили им поселиться рядом с ними. Эльфы стали называть город на свой манер – Терахна. Ну, а Двианор… это просто перевод на один из древнеэльфийских языков, так называемый «высокий северный, спящая ветвь». Но никто из ныне живущих гномов не может похвастаться, что он что-либо знает об этом месте, и даже наши предания полны неточностей и недомолвок. Слишком давно Гернага скрылась от любопытных взоров. Ни гномам, ни эльфам неведомы дороги, идущие туда, равно как неведома и сама причина сокрытия Гернаги. Говорят, что гномы и эльфы, населяющие загадочный город, давно свернули с путей прочих жителей этого мира. Недаром их называют «ушедшими», а многие боятся, считая их живыми мертвецами. Впрочем, они редко показываются, и с ними невозможно найти понимание, они ускользают, как тени. То, что ты был там… это… это… все, я затыкаюсь, просто ем это восхитительное блюдо и слушаю, слушаю, слушаю…

– Это случилось в самом разгаре войны Онерского Союза с Голорской Империей, – начал Линард. – Я совершил тактическую ошибку, в силу чего оказался один на один с оравой магов и далеко от Щита Оннера…

– Я надеюсь, мы не слишком помешали высокоученой беседе? – в раскрывшемся портале стоял улыбающийся Эруэлл. Он обнимал Шенген, а вокруг них были конные анмелеры. Много анмелеров.

– Вот это портал! – ахнул Линард. – Сразу видать Верховного Короля.

– Сразу видать настоящего воина! – одобрительно улыбнулся гном. – Прибыть прямо к обеду. Причем не к какой-нибудь там обыкновенной еде, а к самой-самой.

– Запах хорошей еды настоящий разведчик даже сквозь дюжину порталов чует! – усмехнулся Эруэлл.

– Так что придется вам делиться, – добавила Шенген. – У меня дружина голодная.

– А я и не рассчитывал сожрать все это в одиночку, – пожал плечами Йолнн Холнамуртен. – Слухи о прожорливости гномов и вообще несколько преувеличены. А что касается портала, Его Величество просто еще не осознал свои возможности. В качестве Верховного Короля он весь Оннерский Союз может в портал пропихнуть.

– В индивидуальный портал? – поразился Линард.

– Он король, – ответил гном. – У королей нет ничего индивидуального. Они принадлежат своей земле. А земля принадлежит им. И все кто на этой земле живет – тоже.

– Невероятно, – выдохнул Линард.

– Невероятно, – согласно кивнул гном. – Невероятно, как и все, что связано с королями. Потребуется время, чтобы осознать это. – Гном встал и поклонившись Эруэллу, Шенген, и всем кто был с ними, предложив. – Присоединяйтесь! Еды здесь достаточно. А если кому не хватит – у меня есть знакомый повар!

Линард шагнул вперед и обнял Эруэлла вместе с Шенген.

– Живы! – выдохнул он.

– Мы очень старались, – ответила Шенген.