Деревянный Меч - Раткевич Элеонора Генриховна - Страница 93

Кенет понурил голову.

– Слышала я об этой барышне. А кто не слышал? В самой поре девочка, как раз на выданье, вот о ней и судачат все, кому не лень. Очень красивая, очень богатая, очень образованная, неглупая, добрая, балованная. Такую лучше не сердить.

– Вот и мой друг то же самое говорит, – с убитым видом произнес Кенет.

– Это он от ума сказал. – Профессионально затверженные любезные формулы исчезли из речи Хакки – теперь это был живой разговор, проникнутый живым сочувствием. – Так оно и есть. Дело он говорит. Семья у нее знатная, влиятельная. Рассердится ваша барышня – и вы такого огребете, что на всю жизнь запомните. На беду свою вы ей понравились.

Хотя и говорила Хакка очень неприятные вещи, но ее грубоватая прямота отчего-то вселяла в Кенета спокойствие.

– Вот я и пришел посоветоваться, – признался он. – Только женщина может знать, как не обидеть женщину отказом. А обижать неохота. Она же мне ничего плохого не сделала.

– Не сделала! – усмехнулась Хакка. – Не воин, а сущий голубь… Уж не обижайтесь… Погодите, дайте подумать, что бы ей такого наговорить.

Хакка прикрыла глаза, сосредоточенно сцепила пальцы и принялась вдохновенно импровизировать.

– Ну, это вряд ли, – усомнился Кенет. – Это если она совсем уж дура.

– Правда ваша, – признала Хакка. – Не так уж ваша барышня и глупа. Вот только ум у нее по отсутствию опыта больше заемный… Ладно, а если сказать ей что-нибудь в эдаком роде?..

После новой тирады – и несколько более пространной, чем предыдущая, – Кенет ненадолго задумался.

– А вот это сработает, – медленно произнес он. – Это должно помочь. Можешь повторить еще раз? Я не все понял, да и не запомнил толком.

Хакка повторила, добавив несколько совсем не лишних деталей.

– Я у тебя в долгу, – заявил Кенет.

– Вы милый мальчик, господин ученик мага, – усмехнулась Хакка. – Но – уж простите за прямоту – что вы можете для меня сделать?

– А чего ты хочешь? – тихо спросил Кенет. Хакка вздохнула.

– Когда-то я хотела выкупиться, – ответила она так же тихо. – Теперь уже поздно.

– Почему? – удивился Кенет.

– А куда я денусь потом? У девушек из веселого дома одна дорога на волю: найти какого-нибудь богача, у которого уже есть жена для продолжения рода, а теперь ему нужна наложница для постельных удовольствий. Сначала-то я, понятное дело, ни о чем таком не думала. Смазливая соплюшка с ветром в голове. Платили мне много, подарки делали дорогие, и деньги я швыряла без счета. Да еще и нос воротила – этот клиент противный, а тот слишком толстый, а у того и вовсе подштанники не шелковые. Как войдешь в моду, так и кажется, что это будет длиться вечно. После-то, конечно, спохватилась, начала деньги откладывать. Поздно начала. Это я раньше о богатеньких старичках и слышать не хотела. Теперь бы и рада, только богатенькие старички наложниц покупают помоложе и познаменитее. Мое время миновало, Кенет. Я иду вниз… вниз, вниз. Денег моих и раньше на выкуп почти хватало, а теперь так и с лихвой достало бы, теперь я стою дешево… на что мне теперь выкуп? Я уж и тратить эти деньги начала потихоньку. Есть, конечно, и другие способы прожить, если выкупиться, да не про меня они.

– Почему? – настаивал Кенет.

– Знакомства влиятельные надо иметь, вот почему, – отрезала Хакка. – И деньги. Очень большие деньги. Чтобы, к примеру, меня в гильдию свах или вышивальщиц вписали, знаете, сколько проститутке надо в городскую управу на лапу сунуть? Мне столько за всю жизнь не собрать. Или вы такой богатый?

– Нет, – качнул головой Кенет. – Не такой. Но один очень влиятельный человек мне очень обязан. И если он согласится замолвить словечко, никаких взяток давать не придется. Так что не торопись тратить свои деньги. Выкуп тебе может еще и понадобиться.

– Вы это… серьезно? – растерянно выдохнула Хакка и, прочитав ответ на лице Кенета, ответила его же словами: – Я у тебя в долгу.

Ее глаза были полны такой пугливой благодарности, что Кенет смутился.

– Вина можно? – неуклюже спросил он, стараясь скрыть смущение.

– Конечно, – успокоительно улыбнулась Хакка. – Я сейчас налью.

– И себе тоже, ладно? – попросил Кенет.