Меч для дракона - Раули Кристофер - Страница 54

Зато сколько красочных образов для будущих речей в политических клубах Марнери.

В сравнении с осадой Глэйвс даже о битве под Селпелангумом, и то вспоминал теперь не без удовольствия.

Портеус Глэйвс никогда не приходил на участок стены, отведенный его полку.

Он не мог без дрожи смотреть на строящиеся осадные башни. Командир Восьмого полка все свои обязанности передоверил капитанам. Глэйвс знал, что солдаты ненавидят его. По правде говоря, и сам он ненавидел их ничуть не меньше. И он совершенно не переносил драконов, этих непостоянных, непредсказуемых, ненадежных животных. Это они пустили прахом все планы Глэйвса о спасении.

Портеус Глэйвс обосновался в доме купца Себрая на Фетенской улице. Он практически не выходил из дома, предоставляя Дэндрексу рыскать по городу в поисках вина или аргонатского виски.

Лишь изредка Глэйвс покидал свое убежище. Хочешь не хочешь, а устраиваемые генералом Пэксоном совещания приходилось посещать. Глэйвс всей душой ненавидел эти собрания и с трудом сдерживался, чтобы не сказать генералу и его офицерам все, что он о них думает.

В конце концов, это Пэксон подписал им всем смертный приговор. Генерал Гектор тоже был сумасшедшим, но он, во всяком случае, не собирался оборонять этот проклятый город. Своим идиотским решением Пэксон обрек легионы на гибель.

Вместо того чтобы спастись на имеющихся в гавани судах, генерал предпочел обороняться.

Впрочем, Гектор все еще оставался в Урдхе. Генерал не выходил из комы.

Глэйвсу довелось как-то увидеть его, и он не сомневался, что очнуться генералу уже не суждено. И может, оно и к лучшему. А то вдруг прикажет атаковать противника или придумает еще что-нибудь похлеще.

Впрочем, с Гектором или без Гектора, но легионы попали в западню. И скоро им предстоит не на жизнь, а на смерть сражаться на городских стенах.

Теперь, по мнению Портеуса Глэйвса, каждый был сам за себя. Он во что бы то ни стало должен выбраться отсюда. Проклятая жрица нарушила свое обещание.

Она пела себя так, словно это он, Глэйвс, виноват, что дракон вырвался из-под стражи!

Мерзкий дракон! И почему всегда так не везет?! Просто ни на кого нельзя положиться!

Вот потому-то Глэйвс и затеял тайные встречи с командирами кадейнских полков. Они вполне разделяли его взгляды. Надо заключить перемирие. Это безумие — губить два легиона в бессмысленной защите чужого города. Все равно через неделю-другую солдаты умрут от голода. Припасов-то не осталось.

Вскоре возник «Комитет Чрезвычайных Действий». В него вошли командиры Хэйл и Винблат, капитаны Сиккер и Рокинсек из Первого кадейнского легиона, командир Портеус Глэйвс из Второго марнерийского и капитан Фирахр из отряда Кенорских лучников.

Со стороны офицеров марнерийского легиона взгляды Глэйвса не встретили ни малейшего понимания. Если уж на то пошло, то его осторожные намеки вызывали прямо-таки враждебную реакцию. Казалось, все они твердо решили разделить с генералом Пэксоном неминуемую гибель на плахе сипхистов. Что ж, пусть поступают как знают. Тем легче будет Глэйвсу, когда он вернется в Аргонат.

В тот вечер Портеус Глэйвс созвал заговорщиков, чтобы познакомить их с одним весьма полезным человеком — торговцем Эксумом из Фозеда, имевшим связи с сипхистами. Еще до воскресения старого бога Эксум вел дела с Дзу. Он много лет продавал жрецам Сипхиса и масло, и вино. С другой стороны, он, естественно, имел обширные деловые связи в столице. Эксум полагал, что ему удастся связать заговорщиков с командованием осаждающей Урдх армии.

Узколицый, с черной бородкой и пронзительными темными глазами, Эксум носил роскошный костюм из коричневого шелка и дорогие сапоги. Он явно был очень богат. Вид у него был суровый и какой-то неприступный. Но за словом в карман Эксум не лез и при желании мог буквально обворожить собеседника.

Кадейнцам Эксум понравился. Им он показался вполне заслуживающим доверия.

После знакомства и краткого обмена мнениями они быстро пришли к согласию. Этого торговца действительно можно было отправить послом к неприятелю.

— У вас остается только одна проблема, — сказал Эксум и в ответ на недоуменные взгляды пояснил:

— Я имею в виду доблестного генерала Пэксона.

Боюсь, он может с вами не согласиться.

— И какая только муха укусила старика, — вздохнул Сиккер.

— Это все ведьма виновата, — уверенно сказал Глэйвс.

— И ничего нельзя сделать? — поднял брови Эксум.

— По-моему, так надо скинуть Пэксона, а на его место поставить генерала Пикила, — проворчал Винблат. — Пикила-то мы уговорим.

Глэйвс прикусил язык. Отлично. Это предложение они высказали и без него.

— Значит, я могу начинать переговоры? — спросил Эксум.

— Начинай, — кивнул командир Винблат.

— И все-таки, как с генералом Пэксоном? — вмешался капитан Фирахр. Неужели мы не дадим ему даже шанса? Может, и он поймет нашу позицию?

— Послушай, через пару дней мы уже будем жрать талионских лошадей, воскликнул Рокинсек. — Потом придет очередь наших кожаных поясов. Пэксону пора понять, что оставаться здесь — смерти подобно.

— Но что же нам делать? Наступило тягостное молчание.

— Он должен уступить командование Пикилу.

— А если не уступит?

— В таком случае, — сказал Глэйвс, — придется его заставить. Если ему так уж хочется умереть, то, уходя из города, мы оставим его сипхистам. В подарок. А чтобы он не скучал, дадим ему в компанию Императора.

Все засмеялись. Императора Бэнви не больно-то жаловали в легионах.

— Подмоги нам ждать еще добрые две недели. Корабли кораблями, а так долго мы все равно не протянем.

— Это хуже, чем глупость! Мы одержали великую победу, а теперь Пэксон взял да и пустил все по ветру?

— Урдх решительно не подготовлен к осаде! При виде их продовольственных складов хочется плакать!

— Значит, я скажу, что легионы готовы оставить город, — подвел итог Эксум.

— Взамен вы просите свободный проход на юг, к побережью, или на восток, через горы, домой.

Против этого никто не возражал, хотя Фирахр все еще качал головой. Ему не понравилось предложение «заставить» Пэксона уступить командование. Глэйвсу пришлось заверить лучника, что тому ничего не придется делать. Обо всем позаботятся другие. Это кенорца вроде бы удовлетворило.

Вскоре заговорщики разошлись. Ушел и торговец Эксум. Глэйвс остался один на один с недопитой бутылкой виски, где-то украденной верным Дэндрексом. Глядя в окно, Глэйвс думал о том, как удачно все получается. Они уберут Пэксона, договорятся с сипхистами и, оставив город, пойдут к югу.

'Глэйвс, конечно, предпочел бы, чтобы легионы пошли на восток, через горы.

Тогда вернутся домой они только через несколько месяцев. Что же касается самого Глэйвса, то он уплывет из Урдха на первом же корабле, какой только покинет гавань.

Вернувшись в Марнери, он немедленно подаст в отставку и сразу же начнет борьбу за место городского головы города Аубинас. У него и раньше были там неплохие шансы. Теперь же вернувшийся из армии герой битвы под Селпелангумом, возглавивший решающую атаку и лично захвативший вражеское знамя, он будет вне конкуренции. Старику Клосперу против него не устоять. И тогда он, Портеус Глэйвс, наконец-то будет на пути к настоящей власти в белом городе.