Основатель - Раули Кристофер - Страница 94

Глава 49

Послушайте, мне очень жаль, но поймите наше положение. Мы здесь — избранные представители. Шаттлы летают без остановок, но все равно на корабле еще полно озверевшего народу, и все рвутся на планету.

— Но как вы не понимаете? Если я права, эти люди спустятся сюда на верную смерть!

— А если вы не правы? Тогда кто окажется крайним? Мы. Значит, нам и судить.

— Слушайте, это же не спортивное состязание, в этих деревьях затаилась страшная опасность. У нас нет времени ни на что, кроме срочной эвакуации с мыса.

Председатель собрания Дегалия Веере в конце концов потеряла терпение:

— Слушайте, в этом лагере больше тысячи человек. Даже если мы каждый обратный шаттл будем забивать под завязку, за несколько дней нам всех не вывезти. У нас заправочных мощностей не хватит. Оборудования жуткий недокомплект.

— Это почему? — спросила Аделаида. — Проектировщики Фанданов предусмотрели размещение оборудования.

— Из-за проклятых Халифи. Свои посадочные площадки они построили в лесах и сперли половину всего барахла.

Аделаида застонала. Веере продолжила:

— Так что вы видите, что ставите перед советом неразрешимую задачу. Вы выносите на совет вопрос, который невозможно решить. Если вам все это приснилось, а мы остановим рейсы шаттлов, на следующих выборах мы слетим.

Веере вздохнула. С Фанданами иметь дело — как зубы рвать. В лагере их было больше двадцати, и каждый требовал обращаться с ним согласно его высокому происхождению.

— Вы знаете, что монстры существуют. Там на дороге — труп одного из них.

— Мы знаем, что они время от времени встречаются, но что их целая армия — это бред.

— И к тому же, — вмешалась Джармела Бутте, — в следующий раз мы будем готовы.

— У вас двадцать человек и хилая баррикада.

— Баррикада вполне адекватна. Над ней трудились тридцать человек.

— Того, что напал прошлой ночью, убили пять человек с винтовками, — самоуверенно сказала Веере.

— Когда он уже убил троих!

— Это все не важно. Совет проголосовал по этому вопросу, и поставим на этом точку. Раздался чей-то отчетливый шепот:

— Чертовы норамы, они воображают, что это их планета.

— Ладно, Аделаида, пойдем лучше кофе выпьем, — сказала Лейла, обняв подругу за плечи. — Эти люди так же слепы, как и Халифи.

— Да что они вообще из себя воображают? — поднялся с места толстомордый Бозов, представитель бетоноварочных бригад.

— Белых норамов, Бозов, — только и всего. Они слишком давно вышли в космос и сейчас думают, что им принадлежит вся вселенная.

Выйдя из зала собрания, Аделаида ощутила, как ее бьет дрожь.

— Мы же пытаемся их предупредить, — сказала она.

Расовое оскорбление ее потрясло.

— Ты устала, тебе надо отдохнуть как следует.

— Вряд ли это получится.

— Да, — ответила Лейла. — Вряд ли.

Они шли по главной улице лагеря. Теперь по ней постоянно проезжали машины. Первое «уличное движение» в Новом Мире.

А шаттлы все прибывали и прибывали. Каждые полчаса из очередной серебряной птицы высыпали радостные колонисты.

Весь песчаный полуостров покрылся палатками. Их ряды тянулись мимо административного здания халифийской еще постройки к посадочной полосе, откуда можно было разглядеть поблескивающие в дельте острова.

На оконечности мыса, откуда открывался вид на песчаную косу и на дельту, две предприимчивые дамы организовали кафе. Собственный дом они оборудовали под бар и поставили кофеварку для кафе по фанданскому проекту, а еще сложили кирпичную печку, где выпекали «хлеб» и разогревали пайковые продукты. Вслед за первой кофейней в Лагере-2 появился гриль-бар.

Там, внутри, Аделаида и Лейла присоединились к Тоубу с Комптоном Шануром.

— Кажется, они не принимают нас всерьез, Тоуб, — упавшим голосом сказала Аделаида.

Тоуб поднял голову от тарелки с бобами и жареной картошкой. Комптон Шанур сидел у него на коленях, поедая картофель. Особенно ему нравилось окунать ломтики во что-то красное на краю тарелки.

— Плохо дело, Адди. Они не хотят слушать.

— Они поставили на баррикаду двадцать человек, и даже не у всех есть винтовки.

— Я думаю, нам бы надо убираться отсюда.

— В других лагерях будет не менее опасно.

— А как начет Больничного острова, откуда пиво привозят?

Перед Тоубом стояла кружка «Хибби».

— Стоит подумать.

— Я имею в виду, где еще безопасно? Кроме корабля?

Аделаида кивнула:

— Единственное место, которое мне приходит в голову.

— Но шаттлы летят обратно пустые — горючее экономят.

— Да, верно. Горючего не хватает.

— А вот Кйика собирается на остров. И строит для этого плот.

— Плот? — удивилась Аделаида.

Она провела на совещании все утро — с того чуть не ставшего катастрофическим момента, когда они входили в лагерь и какой-то псих чуть не застрелил Кйику.

Теперь фейнка строила плот. Это было на нее похоже — прямолинейная, практичная, активная.

— Так тот фейн, которого нам показывали на видеозаписи, определенно ее муж? — спросила она.

— Определенно. Когда ей показали его видеозаписи, она чуть душу не вытрясла из того бедняги, что включил экран. Хотела знать, где ее любимый Иги.

— Моногамия у львоподобных инопланетян, как тебе это?

— Так что она сделала себе что-то вроде кифкета — по-моему, это так называется. Нашла в обломках кусок твердого бетонита и заточила на станке в мастерской. Сейчас она на болоте — плот строит.

— Если она собирается на Больничный остров, то и я собираюсь на Больничный остров, — твердо сказала Лейла.

— Но мы не можем так просто покинуть этих людей, — возразила Аделаида.

— Ты их слышала. Они ничего слушать не хотят.

— Но, Тоуб, если случится то, что предсказывает Кйика, здесь все погибнет! Монстры камня на камне не оставят.

— Адди, сегодня ночью может погибнуть вся колония — неужели ты думаешь, что я этого не понимаю! Но сделать мы ничего не можем. У этих людей просто не хватает воображения к нам прислушаться. И к тому же ты их слышала — мы проклятые норамы. Мы переделываем весь мир на свой лад и прочее — вся эта столетняя чушь.

Натура Аделаиды Фандан не позволяла ей сдаться.