Храм - Рейли Мэтью - Страница 105

Следовательно

х = 632 / cos 30°.

Он набрал несколько цифр на калькуляторе.

— Теперь, согласно этому калькулятору, cos 30° равен 0.866. Следовательно равен — 632 разделить на 0.866. Итог — 729.

Возбужденный Рейс соответственным образом исправил рисунок. Лорен удивленно смотрела на него. Рене сияла.

— Кто-нибудь понимает, в чем здесь проблема? — спросил Рейс.

Все молчали.

Рейс в последний раз исправил свой рисунок, закончив размашистым .

— Мы совершили ошибку, — сказал он, — Мы посчитали, что из-за своего высокого расположения храм находится на расстоянии 793 метров от деревни, и поэтому идол в нем. Это было хорошее предположение, но ошибочное. Настоящий идол находится совсем не в храме. Он за ним, где-то на плато.

— Но где? — спросил Нэш.

— Мне кажется, ответил лингвист, — что идола следует искать в деревне туземцев, построивших веревочный мост к храму. Именно они вчера напали на наших немецких друзей, когда те собирались открыть храм.

— А что написано в рукописи? — спросил Нэш. — Я думал там написано, что оба идола в храме.

— В манускрипте записана не вся история, — сказал Рейс. — Я могу лишь предположить, что Альберто Сантьяго подделал окончание, чтобы никто из читателей не знал о настоящем местонахождении идола.

Рейс показал лист бумаги со своим рисунком.

— Вот где находится идол. Об этом говорит ваш ядерно-резонансный анализ, это же подтверждает математика.

Нзш поджал губы и задумался. Затем он сказал:

— Все в порядке. Пойдем и заберем его.

Две пойманные у реки обезьяны с большей или меньшей радостью снабдили их достаточным запасом мочи. Она была очень вонючей. Резкий, противный запах аммиака заполнил всю крепость. Вполне понятно почему рапы его избегают, подумал Рейс, когда все они поливали свои тела теплой вонючей жидкостью.

После того, как все закончили, Ван Левен раздал оружие. Из всех зеленых беретов остались только он и Дуги — насколько все знали, Базз Кокрейн все еще оставался на крыше башни — так что они взяли два себе G-11. Нэшу, Рейсу и Рене достались М-16 с крючьями.

Рейс, все еще одетый в черный немецкий бронежилет и синюю бейсболку, повесил крючья на пояс.

Коупленду и Рене дали полуавтоматические пистолеты «зиг-зауэр» Р228. Обычные ученые Краусс и Лопес остались безоружными.

Когда все были готовы, Ван Левен перешел из крепости в «Хаммер». Затем он пролез в заднюю часть вездехода и откинул вверх крышку люка.

Сначала появился его G-11.

Затем сержант медленно выглянул из люка и осмотрел окрестности. Его глаза сразу же вылезли на лоб.

Большой восьмиколесный вездеход окружили рапы.

Их хвосты шевелились за их могучими телами. Неприятные желтые глаза глядели прямо на него.

Ван Левен насчитал двенадцать стоящих на улице кошек.

Ближайшая к нему кошка фыркнула, почувствовала запах мочи и немедленно отошла от вездехода.

Остальные кошки последовали ее примеру, отойдя от бронированного вездехода и образовав широкий круг.

Сержант вышел на улицу с оружием наготове. Вслед за ним выбрались остальные.

Как и все, Рейс двигался медленно и осторожно, глядя на хищников и держа палец на спусковом крючке М-16.

Ситуация была очень странной. Профессор был уверен, что если кто-то из людей решит выстрелить, то, несмотря на их винтовки и пистолеты, рапы легко могут их уничтожить.

Но кошки не нападали.

Видимо люди были защищены от них какой-то невидимой стеной, которую звери отказывались пересекать. На безопасном расстоянии они следовали параллельно людям, когда те пошли в сторону прибрежной тропы.

Боже, какие они огромные, подумал Рейс, проходя между крупных черных кошек.

В последний раз он видел их вблизи через стекла «Хаммера», а теперь, когда от них не отделяли ни окна, ни двери, они казались вдвое больше. Он слышал их дыхание. Все было так, как описал Альберто Сантьяго — утробный звук, похожий на те, что издают лошади.

— Почему бы нам просто не перестрелять их? — спросил Коупленд.

— Нам не удастся сделать это быстро, — ответил Ван Левен. — Мне кажется, что в данный момент их неприятие обезьяньей мочи пересиливает желание нас убить. Если мы откроем по ним огонь, то желание выжить скорее всего пересилит в них неприязнь к моче.

Люди прошли по тропе вдоль реки и углубились в узкий проход в плато, рапы в отдалении следовали за ними.

Восемь человек вышли из пролома на дне кратера и увидели перед собой длинное озеро, в его центре в небо устремилась каменная башня, с юго-западного угла ущелья низвергался узкий длинный водопад.

Поскольку не было дождя, то полная луна освещала кратер, купавшийся в таинственном синем свете.

Они взбирались по спиральной тропе, впереди шел Ван Левен.

Рапы всю дорогу крались у них за спиной. Своими черными головами и длинными острыми ушами они напоминали демонов, выбирающихся из ада и готовых сбросить Рейса и его спутников в глубины земли, если те сделают хоть один неверный шаг. Но запах обезьяньей мочи отгонял их, и они сохраняли дистанцию.

В конце концов все добрались до двух опор, на которых когда-то держался подвесной мост.

Сам мост лежал у каменной башни на той стороне ущелья на том месте, где его оставили нацисты.

Рейс посмотрел на крышу башни. Базза Кокрейна не было нигде видно.

Вместо того, чтобы перебраться к башне, Ван Левен повел по тропе их дальше к краю кратера.

Тропа шла то вокруг узкого водопада, то за ним, потом резко поднялась и привела их к краю кратера.

Профессор выбрался на край, посмотрел на запад и увидел возвышающиеся величественные пики Анд, их темные треугольные контуры накладывались на звездное небо. Небольшая речка слева питала водопад, а рядом с ней был участок густых джунглей.

В ту сторону шла узкая грязная тропа. Она не была здесь задумана, ее просто вытоптали.

Его внимание привлекла пара деревянных колов стоящих в грязи по обеим сторонам узкой тропы.

На каждый кол был насажен страшный череп.

Когда Рейс направил свет подствольного фонаря на один из черепов, то у него мороз пробежал по коже.

Он был очень страшен, этот эффект усиливался большим количеством свежей крови и разложившейся плоти, свисавшей по бокам. По их форме было ясно, что черепа не человеческие. Оба черепа были странно удлинены, у них были острые собачьи клыки, перевернутые треугольные ноздри и большие глазницы.