Храм - Рейли Мэтью - Страница 93

— Ох, — вздохнул Рейс.

— Основой для решения министерства стало то, что война изменилась. Старое деление вооруженных сил страны на наземные войска, флот и авиацию не применимо в современном мире. Это анахронизм, оставшийся от двух мировых войн и тысячелетий рукопашного боя. Проблема состоит в том, какой вид исчезнет.

— С тех пор, — продолжала Рене, — каждый вид вооруженных сил пытается доказать свою ценность за счет остальных двух.

— Например? — скептически спросил Рейс.

— Например, ВВС утверждают, что у них есть бомбардировщик «Стелс» и подтверждение экспертов о превосходстве в воздухе. Флот парирует тем, что у них есть авианосные боевые группы. Вдобавок они заявляют, что их истребители и бомбардировщики столь же скрытны, как и В-3, но у них есть дополнительное преимущество в виде передвижной взлетно-посадочной полосы. При наличии дюжины авианосных боевых групп, говорят во флоте, кому нужны ВВС?

С другой стороны армия утверждает, что у них есть специализированные наземные части и бронетанковые войска. Правда флот и ВВС совместно противятся этому, говоря, что современная война происходит в воздухе и в мировых океанах, а не на земле. Они предлагают взглянуть на Войну в Заливе и на конфликт в Косово — сражения были выиграны в воздухе, а не на земле.

Добавьте к этому то, близкие связи флота с морской пехотой США. Поскольку американская конституция гарантирует существование морской пехоты, ее нельзя ликвидировать. А у них есть и наземное снаряжение, и бронетанковая техника, что оказывает еще большее давление на армию.

Теперь обратимся к межконтинентальным баллистическим ракетам. Все три вида вооруженных сил содержат средства для запуска ракет: у флота есть системы подводного базирования, у ВВС есть системы наземного и воздушного базирования, а у армии есть системы наземного и передвижного базирования. Действительно ли стране требуются три раздельных системы ядерных ракет, когда на самом деле хватит двух, даже одной?

— И кто проигрывает? — спросил Рейс.

— Армия, — просто ответила Рене. — Без сомнений. Особенно если принять во внимание конституционные гарантии для морской пехоты. Во всех докладах, которые я видела, армия всегда оказывается на третьем месте.

— Поэтому им надо продемонстрировать свою ценность, — сказал Рейс.

— Им позарез нужно продемонстрировать свою ценность. Или уменьшить ценность другого рода войск.

— Что вы имеете в виду под «уменьшить ценность другого рода войск»?

— Профессор, — сказала Рене, — вы слышали о том, что осенью прошлого года произошло незаконное вторжение на авиабазу Ванденберг?

— Нет.

— Были украдены некоторые сверхсекретные планы новой ядерной боеголовки W-88. W-88 — это миниатюрная боеголовка, своего рода произведение искусства. Во время вторжения было убито шесть охранников. В официальном рапорте о расследовании вторжения и последующих репортажах об этом утверждалось, что это работа китайских агентов. Однако в неофициальном рапорте сообщалось, что после изучения техники, использовавшейся при проникновении и убийстве, стало ясно, что это могли совершить только армейские части особого назначения, «Зеленые Береты».

Профессор посмотрел на Ван Левена. В ответ сержант «Зеленых Беретов» беспомощно пожал плечами. Для него это было новостью.

— Армия вломилась на базу ВВС? — недоверчиво спросил Рейс.

Рене ответила:

— Видите ли, профессор, армия работает над своей собственной миниатюрной боеголовкой. Успешное завершение W-88 серьезно подорвало бы их собственный проект и уменьшило бы число причин оставить их в 2010 году на одну.

Рейс нахмурился.

— Как все это относится к проекту Сверхновой"?"

— Просто, — ответила Рене. — «Сверхновая» это абсолютное оружие. Тому роду войск, который контролирует ее использование, гарантируется выживание. Очевидно, что хотя «Сверхновая» и является проектом флота, армия решила построить свое собственное устройство, по всей вероятности используя информацию, которую они собирались получить из источника внутри проекта флота.

— Но ни у кого еще нет тирия, — сказал Рейс.

— Вот почему все здесь ищут этого идола.

— Ладно, дайте мне разобраться, — сказал Рейс. — Даже если «Сверхновая» официально является проектом флота, армия тайно строит свое собственное устройство. Когда выясняется, что здесь может находиться источник тирия, они дают Фрэнку Нэшу и Отделу Специальных Проектов задание найти этот тирий раньше людей флота.

— Правильно.

— Черт побери, — выдохнул Рейс. — Как далеко это может зайти?

Он думал о вчерашней автоколонне в Нью-Йорке. Для того, чтобы это осуществить, потребовался кто-то весьма высокого ранга.

— Все пути ведут наверх, — тихо сказала Рене. — Все пути ведут к высшим офицерам в иерархии армии США. И это по-настоящему пугает меня. Я никогда не видел армия доведенной до такого отчаяния. Посмотрите на эту миссию. Это забег в дом[3] . Если армия получит этот камень, — она кивнула на идола на пустом сиденье рядом с Рейсом, — то они гарантируют свое будущее существование. Это означает, что Фрэнк Нэш пойдет на все, чтобы его получить. Вообще на все.

Рейс поднял идола. Он мерцал в его руках, у рапы было грозное выражение лица.

Профессор печально посмотрел на него и на новую выемку у него в дне.

— Тогда мне кажется, что есть всего одна проблема, — сказал он.

— Какая?

— Этот идол.

— А что с ним?

— Видите ли, в чем дело, — сказал Рейс. — Он сделан не из тирия. Это подделка.

— То есть как? — выдавила Рене.

— Это подделка? — эхом отозвался Ван Левен.

— Подделка, — подтвердил Рейс. — Вот, посмотрите. — Он бросил Ван Левену мерцающего черного идола. — Что вы видите?

Большой сержант пожал плечами.

— Я вижу инкского идола, за которым мы сюда прибыли.

— Да? — Рейс наклонился вперед и схватил висевшую на поясе у Ван Левена фляжку с водой. — Можно?

Он отвинтил крышку и вылил на идола содержимое фляжки.

Вода залила всю голову рапы, сбежала по лицу и накапала на пол самолета.

— И что?.. — спросил Ван Левен.

3

Имеется в виду термин из американского футбола, когда игрок заносит мяч в дом противника и зарабатывает очки для своей команды.