Роман века (СИ) - Пилина Екатерина - Страница 26

— Человек сорок, — беззаботно пожала она плечами. — Это же юбилей, помнишь? Пунктуальными оказались только наши родители и ты, остальные опаздывают. Но мы тоже скучать не будем. Пойдем, я познакомлю тебя со всеми.

Когда праздник наконец начался, Касьяна еще не было. Сердце разделилось на две части — одна часть облегченно выдыхала, а другая горестно сжималась, потому что видеть его все-таки хотелось. Неужели у него возникли непредвиденные дела, и он не приедет? Впрочем, мои страдания были недолгими. Касьян появился через два часа с шикарным букетом, и Валерия тут же простила его опоздание.

Шеф поцеловал именинницу, что-то сказал, отчего та расплылась в довольной улыбке, и окинул взглядом присутствующих. Синие глаза встретились с серыми, и он решительно направился ко мне.

— Добрый вечер, — обратился он к сидящим рядом со мной Лериным родственникам. — Дима, Рита, рад видеть вас.

— Аналогично. — Брат именинницы пожал протянутую руку и предложил: — Присаживайся к нам, или Валерия уготовила тебе какое-то особенное место?

— Пожалуй, я присоединюсь к вашему столику, — кивнул он. — Только я хотел бы попросить вас немного передвинуться. Мы давно не виделись с Екатериной, и мне было бы приятно провести рядом с ней хотя бы сегодняшний вечер.

— Без проблем. — Рита мне улыбнулась и подмигнула, а я удивленно наблюдала, как Касьян взмахом руки подзывает официанта и просит принести чистые тарелки и приборы.

— Здравствуй, Катенька. — Когда официант отошел, Касьян обратил свой взор на меня, ухватил мою руку и поцеловал ее. — Очень рад тебя видеть. Ты, как всегда выглядишь, великолепно.

— Спасибо, — почти шепотом сказала я. Надо собраться и ни в коем случае не попадать под его обаяние.

— Ты поменяла прическу, — заметил он.

— Д-да, захотелось что-нибудь изменить. Можно мне вернуть мою руку? — попросила я, видя, что он не собирается отпускать ее.

— Только если она тебе очень нужна, — неохотно согласился он, а я недоуменно моргнула — кажется, я чего-то не понимаю.

Разговаривая с сидящей по другую руку от меня подругой Леры, я почти успокоилась, но все равно каждой клеточкой тела ощущала его присутствие рядом.

Минут через сорок, в течение которых мы не разговаривали, Касьян вдруг обратился ко мне:

— Екатерина, позвольте отвлечь вас от беседы о домашних животных.

Я извинилась перед Викторией, с которой мы обсуждали преимущества и отрицательные стороны содержания в городской квартире кошек и собак, и повернулась к шефу, нацепив на лицо вежливую улыбку:

— Касьян Андреевич, вам не говорили, что подслушивать некрасиво?

— Я не подслушивал, просто вы говорили достаточно громко, — парировал он.

— Вы не знаете, почему все наши разговоры заканчиваются словесными баталиями? — спросила я, понимая, что все наше общение в очередной раз идет к пикировке.

— Кажется, однажды мы обошлись без слов, и все было прекрасно, — напомнил он, а я почувствовала, что начинаю заливаться краской смущения и торопливо перевела взгляд на именинницу, лихо отплясывающую под «Макарену», от того неожиданным стало прикосновение к моей руке. — Извини, я не хотел обидеть тебя.

— Вы не обидели. — Короткий взгляд в его сторону.

— Давай попробуем поговорить спокойно, — предложил он. — Только хотелось бы видеть твои глаза.

Я осторожно повернула к нему голову, и от взгляда, проникавшего в самую душу, перехватило дыхание, но я постаралась ничем не выдать охвативших чувств. А Касьян, между тем, попросил:

— Расскажи-ка, пожалуйста, что это за история с твоим увольнением.

Твою мать! А я так надеялась, что Лера сумеет удержать язык за зубами.

— Не вижу смысла, ведь Валерия наверняка просветила вас.

— Валерия пыталась объяснить, но все это звучало достаточно маловразумительно, поэтому хотелось бы услышать из первых уст причины, побуждающие тебя покинуть «Санап-инт».

— Хочу попробовать свои силы в новой сфере деятельности, — после небольшой заминки выдала я. — Думаю, будет интересно получить новый опыт. Уверена, что для вас не составит труда найти нового сотрудника на мое место.

— Ты уверена, что это настоящая причина? — вопросительно посмотрел он на меня и, не дождавшись ответа, предложил пойти потанцевать.

Обняв меня гораздо крепче, чем того требовали условия, он прошептал мне на ухо:

— Катенька, ты отличный работник, ты здорово реализуешь свои идеи. Я рад, что ты работаешь на меня, и не хочу, чтобы ты уходила. Если дело во мне, я готов извиниться. Если тебя не устраивает заработная плата, давай обсудим это.

— Касьян Андреевич… — начала я, одновременно пытаясь немного отодвинуться.

— Касьян, — поправил он.

— Касьян, послушайте…

— Послушай.

— Что?

— Касьян, послушай, — подсказал он и прижался губами к моему виску, а из моей головы сразу вылетели все мысли. — Я тебя слушаю.

— Я не помню, — жалобно пробормотала я.

— Тогда попробую сказать я, не возражаешь? Этот разрез на твоем платье… Он не дает мне спокойствия и предлагает множество различных фантазий. Сидеть рядом с тобой, не касаясь, является серьезным испытанием для меня. Моей силы воли на это уже не хватает, и очень хочется утащить тебя в какой-нибудь укромный уголок и целовать, целовать…

— Мы уже говорили на эту тему. — Ноги все больше подгибались, и я боялась, что к концу танца просто повисну на нем. — Ты не можешь дать мне то, чего я хочу, а на меньшее я не согласна.

— Знаешь, почему я не хочу, чтобы ты уходила из фирмы? — зашептал он мне на ухо. — Не из-за того, что ты замечательный специалист, хотя и это, конечно, тоже. В первую очередь я не хочу тебя отпускать, потому что понял, что готов к тем самым серьезным отношениям, о которых ты говорила. Я готов быть рядом в трудную минуту и оказывать посильную поддержку — таскать мебель, прибивать гвозди, вешать зеркала. Все, что захочешь.

Услышав эти слова, я резко остановилась и удивленно вытаращилась на него. Касьян, продолжая крепко обнимать, с невозмутимым видом отвел меня в угол зала и, загородив собой от всех, выжидающе посмотрел на меня:

— Так что скажешь?

— Прости, кажется, я не совсем поняла, что ты сказал, — промямлила я. — Не мог бы ты повторить еще раз?

— Со всем удовольствием. — Он с улыбкой повторил: — У меня было достаточно много времени подумать о твоих словах, и я пришел к выводу, что готов предложить тебе уверенность в завтрашнем дне. Как ты к этому относишься?

Если честно, в довершение речи очень хотелось услышать признание в любви, но его не последовало, поэтому пока что я решила довольствоваться тем, что предлагает судьба, и, аккуратно положив руки ему на плечи, сказала:

— Я…я отношусь к этому хорошо. По-моему, это здорово. Только ты учти, что я буду требовать много внимания.

— Постараюсь это пережить, — заверил он. — Но учти, что и я буду требовать не меньше. — И наклонился, чтобы поцеловать меня.

Сначала просто прикоснулся своими губами к моим, но меня захлестнула такая волна счастья, что я вцепилась в него мертвой хваткой и, кажется, пробормотала: «Не останавливайся, пожалуйста», и все преграды моментально рухнули.

— Могу я поинтересоваться, чем это вы здесь занимаетесь? — услышали мы голос Валерии в тот самый момент, когда рука Касьяна уже подбиралась к боковому разрезу на платье.

Он вздрогнул, немного отодвинулся от меня и повернул к ней голову, а я выглянула из-за его плеча. Лера глядела на нас насмешливо, и я сразу смущенно спряталась, прислонившись лбом к груди Касьяна. Сам он невозмутимо ответил:

— Ничем противозаконным. Просто пытаемся наладить отношения.

— В таком случае хочу заверить, что ваше налаживание проходит очень успешно. Впрочем, это заметила не только я, но и большая половина присутствующих, — усмехнулась она. — Я, конечно, очень рада, что вы нашли друг друга, но здесь есть дети, и ваши страстные ужимки ставят их в неловкое положение. Я услышала уже, как минимум, три раза: «Смотри, что вытворяют! Кажется, они совсем забыли, где находятся».