Роман века (СИ) - Пилина Екатерина - Страница 55

— Уверен, ты припрячешь для меня кусочек торта, а больше мне не надо.

На работу мы приехали к десяти. Егор помог мне донести пакеты с провизией и ушел. А я сложила продукты в холодильник в углу отдела и направилась в свою каморку, попутно принимая поздравления от коллег.

Оказавшись у себя, я поставила уже полученные букеты цветов в вазы, потом устроилась в кресле и включила компьютер. Однако вместо того, чтобы начать работать, я полезла проверять свой почтовый ящик и страничку в социальной сети. Утро уже давно началось, и поздравления от друзей и коллег должны были начать поступать.

Как обычно, первым пришло поздравление от Ольги — анимационная открытка собственного сочинения и огромное количество пожеланий, заканчивающихся фразой: «Ну, до вечера, подруга!»

Далее шли поздравления от брата из Калининграда и Таньки. Ксюха оставила свой след на стене, пожелания от бывших одноклассников и однокурсников. Огромное количество песен с соответствующей тематикой… Приятно осознавать, что я не одинока в этом мире.

Закрыв свою страничку, я перешла в почтовый ящик. Официальное поздравление от руководства компании, поздравления от Александра Ильича, Сергея Викторовича, от коллег из отдела по связям с общественностью. Приятно, особенно учитывая, что позже наверняка пойдут звонки по телефону.

Открыв следующее письмо я не поверила своим глазам. Вглядываясь в знакомый адрес, я размышляла над тем, что принесет мне прочтение этого письма. Было очень страшно, но я попробовала уговорить себя, что не произойдет ничего ужасного, если я просто прочитаю это письмо. Наверняка, просто очередное поздравление, каких сегодня будет еще великое множество…

Сделав несколько глубоких вдохов, чтобы унять участившееся сердцебиение, я начала читать:

Здравствуй, Катенька!

Не знаю, захочешь ли ты читать мое письмо, но все-таки надеюсь, что я еще не опоздал и ты сможешь выслушать меня.

Чувствую себя ужасно глупо. Наверное, потому, что первый раз собираюсь открыть кому-то свои чувства. Да еще так трусливо, письмом, а не лично. Я понимаю, что было бы гораздо лучше, если бы я лично сказал тебе все, что собираюсь написать, но ты наверняка знаешь, что меня нет в городе. К тому же я неожиданно понял, что легче изложить свои чувства так, чем говорить с тобой, пусть даже и по телефону (да-да, иногда даже самые смелые и решительные испытывают страх перед неизвестностью). Не смотря ни на что я в любом случае хочу, чтобы сегодняшний день тебе ничего не омрачало, поэтому попробую изложить на бумаге (пусть даже в нашем случае это лишь монитор компьютера) то, что должен был сказать давно.

Долго пытался решиться на это и вот теперь сижу и пишу эти строчки, потому что понимаю — так дальше продолжаться не может.

Я был дураком, когда позволил тебе уйти. Но понял это только тогда, когда ты вышла за дверь. Очень хотел крикнуть тебе: «Остановись!», но был уверен, что через пару дней ты одумаешься и вернешься. А потом увидел, что ты забрала все свои вещи.

И в этот момент все встало на свои места. Перед глазами пронеслись те недолгие месяцы, что мы провели вместе. Недолгие… У меня такое чувство, будто я знал тебя всегда, и эти месяцы значат больше, чем все предыдущие годы жизни.

Думаю, ты уже поняла, что оказалась права. Ты действительно нужна мне, я хочу просыпаться каждое утро рядом с тобой. Хочу видеть тебя, хочу чувствовать твою заботу, видеть твою улыбку, ощущать твою любовь…

Ты сейчас, наверное, задаешь себе вопрос, почему же я не пришел к тебе. Не знаю. Я вспоминал твои слова: «Позвони, если поймешь, что я тебе нужна» и «Потому что я люблю тебя» и тешил себя надеждой, что ты сама прибежишь ко мне. Только тебя все не было. Глупая попытка убежать от себя — я напился и решил, что раз ты можешь жить без меня, значит и я смогу. Только это не правда. Я ничего не могу без тебя. Как увидел тебя впервые тогда в своем кабинете, так и понял, что пропал. Только пытался убедить себя, что это ерунда. Что ты ни чем не лучше других. А потом оказалось, что лучше. Гораздо. И никто тебя не заменит…

Я тебя люблю. Люблю твой вздорный характер, твою язвительность, решимость. Люблю твой каждый взгляд и каждую твою улыбку.

Ты права, что не пришла ко мне сама. Я бы не осознал того, что теряю. Должен был пройти через это сам, и единственное, о чем сожалею, — что тебе пришлось страдать. Прости меня.

И, солнышко мое любимое…

С ДНЕМ РОЖДЕНИЯ!!!!!!!!

Я откинулась на спинку кресла и закрыла глаза, чувствуя, как трясутся руки и учащается пульс. Это не может быть правдой, Касьян никогда так не говорил. Он бизнесмен до кончиков ногтей, а они никогда не разводят сантименты и не выставляют свои чувства на показ. Наверное, я что-то не так поняла. Надо прочитать еще раз.

И я прочитала. А потом еще и еще раз, пока не выучила письмо наизусть.

Забыв о дальнейшей проверке почтового ящика, я вышла из Интернета и, достав из сумки мобильный телефон, решительно набрала номер Соколова. Я должна знать все совершенно точно. Пусть будет больно, но я должна знать, что не свихнулась!

— Алло! — Голос звучит так ясно, как будто он не за тысячи километров от меня, а в соседней комнате. Касьян помолчал пару секунд и осторожно спросил: — Кать, это ты? Ведь ты, да?

— Да. — Я пару секунд помолчала, не зная, что сказать. Достаточно было просто слышать его голос, но потом решилась: — Скажи, ты присылал мне письмо по электронке?

— С утра пораньше, — ответил он. — Должен же я был поздравить тебя с днем рождения.

— То, что ты там написал… Мне ведь не приснилось? — жалобно спросила я. — Это все правда? Я не сошла с ума?

— Абсолютно все правда. И ты не сошла с ума, — засмеялся Касьян. — Катюша, милая, не переживай. Я тебя правда люблю, просто мне понадобилось время, чтобы понять это. Когда я вернусь, ты сможешь в подробностях объяснить мне, какой я дурак, раз чуть не проворонил свое счастье.

— А когда ты вернешься?

— Еще не знаю. Здесь возникли некоторые трудности в переговорах. Как только они разрешатся, я прилечу. И, поверь, я очень сожалею, что сейчас не могу быть рядом с тобой. Золотце, я тебя поздравляю с днем рождения и хочу, чтобы на твоем лице всегда сияла улыбка. Я постараюсь сделать все, что от меня зависит, чтобы так и было. И это последний праздник, который мы проводим порознь.

— Касик, я тебя очень люблю, — едва слышно сказала я, а он ласково ответил:

— Знаю. Я тоже. И, вероятно, даже сильнее, чем ты можешь представить.

Распрощавшись с ним, я поняла, что срочно хочу поделиться хоть с кем-нибудь переполняющим меня счастьем, и, не долго думая, позвонила Ксюхе. Сестры ведь существуют для поддержки не только в горе, но и в радости.

— Он меня любит! — заорала я в трубку, едва услышала сестрицын голос. — Слышишь? Он меня любит!

— Стоп! Можешь не кричать и толком объяснить, что случилось? — поинтересовалась она.

— Ксю, Касьян сказал, что любит меня, понимаешь? — повторила я, чувствуя, что на лице сияет дурацкая улыбка.

— Подожди. Он что, звонил?

— Да! Нет! То есть он прислал мне письмо на электронку, написал, что был не прав и что любит меня. И столько слов написал… Я подумала, что у меня крыша съехала от всех этих переживаний, и я вижу то, чего нет. В общем я перезвонила ему — потому что должна была знать все точно, понимаешь? — и он сразу взял трубку и подтвердил, что письмо настоящее, и он меня любит. И сказал, что был дурак, и что он поздравляет меня с днем рождения, и мы больше никогда не будем по отдельности, только вместе!..

— Успокойся, — захохотала в трубку сестра. — Я подозревала, что в конце концов, он одумается. Ты же у нас настоящее сокровище и бросать тебя вот так было весьма неосмотрительно с его стороны. Наверняка понял, что без тебя мир не будет так сиять.

— Издеваешься?

— Нет. Я правда очень рада, что у вас все разрешилось. А то ты хоть и старалась бодриться, все равно на себя была не похожа. Значит, вечером у нас будет лишний повод выпить?