Золотой фонд детектива. Том 5 - Лондон Джек - Страница 83

Петерсон давал показания, девушка тоже. Потом она сидела, широко распахнув свои огромные глаза и молча слушала. И когда в кабинете воцарилась тишина, она даже не пошевельнулась. Будто застыла на своем стуле с прямой спинкой.

— Вы здоровы, мисс Миллер? — поинтересовался Уолтерс.

— Я чувствую себя прекрасно,— отвечала она.

Опухоль на ее щеке можно сказать исчезла. Только на лбу осталась маленькая складочка.

— Вам очень повезло,— укоризненно заметил капитан.— Если б…

— Она немножко сбита с толку,— перебил его Петерсон.— Я хочу сказать, вы не должны ее винить.— Он в упор смотрел на своего названного дядюшку и начальника, а Уолтерс в свою очередь смотрел на него.— Ей можно идти, сэр? Уже очень поздно, и она… ээ… небось, очень устала и проголодалась.

Петерсон чувствовал это по себе.

Капитан измерил их обоих наметанным глазом.

— Идите оба,— сказал он без особого выражения.— На сегодня все. Я побеседую с вами утром.

Он уселся за стол.

Благодарю вас, сэр,— устало произнес Петерсон.— Я отвезу вас домой, мисс Миллер.

Девушка встала, но и не подумала уходить. Это не в ее правилах встать и так просто уйти. Она еще должна заговорить — так, как говорит только она. Предельно откровенно, как помешанная.

— Капитан Уолтерс!

— Да?

— А вам не кажется, что он действовал очень расторопно и с умом?

— Кто? — уставился на нее капитан.

— Ну… мистер Петерсон.

Петерсон готов был провалиться сквозь пол. Капитану, казалось, тоже было не по себе.

— Меня ведь могли убить,— призналась она.

— Да, могли,— мрачно подтвердил капитан.

— Но я не погибла. И не потому, что мне повезло, а потому, что мне не дал погибнуть мистер Петерсон.

У капитана в горле что-то булькнуло.

— Я вот все пытаюсь разобраться… я вижу, как вы это делаете… но мне кажется, что…

Она нахмурила свои светлые брови. Мужчины смотрели на нее, как завороженные.

— Капитан Уолтерс, разве мистеру Петерсону уже так необходимо работать этим полицейским по секретным поручениям? Мне кажется, он не…

— Что он никуда в этом деле не годится? Вы это хотели сказать?

— О нет… но…

— Да, так оно и есть,— перебил ее Уолтерс.— Он сам себя выдает. Он берет и так просто отмахивается от своего задания, потому что ему, видите ли, надо спасти одну прекрасную девицу,— расходился капитан.— С той самой минуты, как появились вы, юная леди, все пошло кувырком.

— Но что я такого сделала? — в отчаянии спросила Сьюзен.— Разве я сделала что-нибудь не так?

Уолтерс не сразу нашелся, что ей ответить.

— Заберите ее отсюда и накормите, мистер Петерсон,— наконец сказал он.— И объясните ей, что она сделала не так.

— Есть, сэр.

Петерсон набрал в легкие воздуха, а вместе с воздухом и мужества. (А почему бы и нет? Почему бы не выяснить все прямо сейчас?)

— Я хотел бы знать, сэр, каково мое теперешнее положение?— отважился он. А весь его вид говорил: «Я готов выслушать приговор! Я его заслужил!»

Он ждал этот приговор, весь красный от возбуждения. Капитан холодно и бесстрастно произнес:— Я не могу швырнуть псу под хвост деньги, которые потратили на твою учебу. Но секретных заданий ты больше не получишь!

— Есть, сэр,— сконфуженно ответил Петерсон, пряча из чувства приличия обуявшую его радость и благодарность.

Он взял девушку за руку и решительно повел ее к выходу.

— Мы идем обедать? — спросила она его, когда они шли по коридору.

Петерсон промолчал.

— Я сперва должна попасть домой.— Она сказала это как-то смущенно, что было на нее вовсе непохоже.— Мое платье не совсем чистое. А еще, наверно, Лорна волнуется.

Они вышли на задний двор, где стоял его собственный старенький автомобиль.

— А вы приглашаете меня пообедать только потому, что он велел? — спросила девушка.

— Нет,— буркнул Петерсон.

— Ну… если вы не желаете…— Она была явно смущена. Он завел машину.

— А вы хотите обедать в моем обществе?

— А вы меня приглашаете? — смущенно спросила она.

— Прошу вас ответить на мой вопрос так же бесцеремонно и прямо, как вы это делаете всегда.

Ее подбородок дрожал. И вдруг в ней поднялось что-то ее особое, как ртуть в термометре.

— Да, даже очень. У меня еще никогда не было свидания с молодым человеком, и я никогда нигде не обедала, только дома.

Джон Петерсон облизнул губы. Его лихорадило.

— О'кей, тогда пусть это будет свиданием. Но вы ведь хотели переодеться? — робко предложил он.

— Если вы позволите,— тоже немного робко ответила она. Больше он ничего не сказал. Он остановил автомобильчик перед

домом, в котором она снимала комнатку, и вместе с ней вошел в парадное. Они поднялись наверх и столкнулись в холле с Лорной Хейз.

— Господи, малышка, где ты пропадала? Я уже собиралась звонить в полицию.

— Оказалось, он из полиции,— деловым тоном пояснила Сьюзен.— Это мистер Петерсон, Лорна. Мистер Петерсон, это мисс Лорна Хейз. У нас свидание. Мы идем обедать. Мне нужно переодеться.

Петерсон и Лорна, обменявшись взглядами в полумраке холла, тотчас же поняли друг друга. Они были людьми искушенными, трезво мыслящими. Лорна почувствовала, что у нее гора с плеч свалилась.

Тогда иди в свою комнату и переоденься, малышка. Твой молодой человек может пока посидеть у меня. Идет?

— О, спасибо! — воскликнула Сьюзен. Глаза ее сияли. Я недолго,— смущенно пролепетала она.

Петерсон прошел в комнатку Лорны и уселся на стул.

— Уже так поздно,— бормотала Лорна.— Я боялась, как бы с ней чего не случилось.

— Что?

— Вы хотите знать, что случилось? — Он вытянул свои длинные ноги.— Ну, прежде всего мы сцапали крупного преступника. И, надо сказать, хорошо под него подобрались.

— Но я имела в виду…

— А еще мы сцапали одного «всеми уважаемого гражданина», который стоял за его спиной. Шэнк завалился.

— Ее босс!

— А еще я, припоминаю, избавился от своей работенки скорей, чем…

— Но что случилось с Сьюзен?

— С Сьюзен Миллер? Вы спрашиваете, что с ней случилось? Ну, она чуть было не позволила себя убить.

Джон Петерсон нахмурился.

— Я ведь предупреждала ее не подставлять шею! — воскликнула Лорна.— Я ведь советовала ей держаться в стороне!

— Серьезно? Нет, она вашему совету не следовала.

— Что же она натворила?

— Вы лучше спросите, чего она не натворила,— задумчиво ответил Петерсон.— Понимаете, я пытался заманить ее в свою машину и украсть, а она не захотела.

Лорна крепко сжала губы и поморщилась.

— Дальше. Шэнк старался ее подкупить, а она оказалась неподкупной.

Лорна готова была кричать от изумления.

— Конечно, она могла бы держаться и в стороне, как поступили бы на ее месте все остальные,— чуть-чуть раздраженно заметил Петерсон.— Потом она могла оставить меня и еще одного человека истекать на дороге кровью и умирать. Но она и этого не сделала.

— Я, признаться, не пойму, о чем вы говорите,— в растерянности бормотала Лорна.

— Мне поручили втолковать ей, что она сделала не так. Вот я и стараюсь перечислить…

— Она просто невозможна! — воскликнула Лорна.— Конечно, это не ее вина. Она выросла в каких-то там горах в семье благородных идиотов. И ходила только в церковь. Она совсем не знает жизни. (Что-то в Петерсоне было такое, что заставляло ее выкладывать ему все.) Этот ребенок честен до предела. Все болтает о великодушии и сострадании. К тому же при людях.

— Как будто она помешанная, правда? Вводит в смущение. Да, так оно и есть.

— Вот именно. Но послушайте, я вовсе не хочу сказать… Ведь я, мне кажется, ее подруга… Но это… именно это как раз и нелегко. Я хочу сказать, что она просто невыносима.

— Да, слишком честна. Это приводит в замешательство. С ней нелегко иметь дело.

— Но ведь ей частенько придется получать затрещины. Ей бы не мешало набраться ума.

Выражение лица Петерсона изменилось, но прежде чем он успел что-то ответить, Сьюзен Миллер вышла из своей комнатки, чистенькая, хорошенькая и необычайно деловитая в своем ситцевом платьице и туфлях на высоких каблуках. Петерсон взглянул на нее и почувствовал, что его сердце куда-то провалилось.