Главный конструктор В.Н. Венедиктов. Жизнь, отданная танкам - Баранов И. Н. - Страница 72

Подытожу сказанное мной: Валерий Николаевич Венедиктов был грамотным специалистом высочайшего класса с государственным мышлением. Конструктором с большой буквы, руководителем большого коллектива.

Он видел далеко развитие событий в танкостроении.

А.Ф. УСКОВ

В период с 1966 г. по 1972 г. я был военным представителем на «Уралвагонзаводе», в том числе с 1969 г. по 1972 г. при «Отделе 520» (позднее — УКБТМ) и «Опытном цехе 540». В этот период времени шла отработка танка Т-72. Поэтому мне часто приходилось пересекаться с главным конструктором танка Т-72 Валерием Николаевичем Венедиктовым. Хочется отметить его высокую целеустремленность в достижении результата. В ходе отработки танка Т-72 выявлялось много недостатков. Он больно переживал из-за этого и принимал все меры, не считаясь с возникающими трудностями и тратой личного времени.

Вспоминается один случай, когда в процессе пробеговых испытаний срезало поддерживающий каток и испытания были остановлены. О ходе испытаний постоянно докладывали в министерство и в отдел ЦК. Задержка в испытаниях нового танка не допускалась. Как раз в эти сутки я работал в ночную смену, и все происходило на моих глазах. Валерий Николаевич создал ударную бригаду из конструкторов, технологов, рабочих разных цехов и механика-водителя (он же высококлассный слесарь). Эта бригада за одну ночь, под его личным контролем, разработала новую конструкцию поддерживающего катка, разработала технологический процесс изготовления деталей, изготовила их, к утру произвела сборку и крепление поддерживающего катка на новом месте и предъявила мне как военпреду для принятия установки катка на соответствие новым техническим условиям. Все было сделано как надо, я, естественно, все принял. Валерий Николаевич был очень удовлетворен достигнутым результатом и на моих глазах расцеловал всех присутствующих членов бригады. Такое отношение к работе, строгое и в тоже время сердечное отношение к людям было для него характерно всегда.

Как главный конструктор он умел быстро оценивать возникающие ситуации и сразу принимал решение. В этом отношении вспоминается один пример. После усовершенствования ходовой части на танке Т-72 в части улучшения ее динамических характеристик мне пришлось проверять результаты доработки в процессе пробега за рычагами танка. Валерий Николаевич вместе с конструкторами приехал понаблюдать за ходом пробеговых испытаний. Однако он долго не задержался при этом процессе. После того, как я с места разогнал танк и на большой скорости преодолел канаву, которая отделяла исходное положение танка от трассы для пробеговых испытаний, он сразу сел в машину и уехал. Мне об этом было неизвестно. Сделав круг по трассе, я полагал, что он будет стоять около трассы и наблюдать за движением танка. Не обнаружив его, я несколько расстроился, подумав, что здесь что-то не так. Потом выяснилось, что за какие-то 100 м разгона танка и преодоление канавы он уже сумел оценить достигнутый уровень динамических характеристик ходовой части танка, и больше времени ему не требовалось.

Вот таким помнится мне Валерий Николаевич Венедиктов, хотя с того времени прошло уже почти 40 лет.

А.В. ХВОРОСТОВ

Изготовление деталей и узлов для сборки танков Т-72 в начальный период серийного производства происходило при отсутствии большого количества необходимой оснастки и отработанной технологии. Поэтому в сборочный цех попадали узлы, собранные с отклонениями от требований конструкторской документации. Это приводило к появлению брака, который обнаруживался в процессе сборки и испытания танков. Для сведения таких случаев до минимума по требованию В.Н. Венедиктова был введен «авторский» контроль ведущими конструкторами за изготовлением деталей и узлов, их сборкой и испытанием.

В конструкторских отделах были заведены «журналы замечаний», в которых фиксировались все «браконесущие» узлы и детали, указывались причины вызвавшие дефект, количество повторяющихся дефектов и принятые меры по их устранению.

Для оперативного решения возникающих вопросов был принят порядок, разрешающий производству работать по служебным запискам за тремя подписями: главного инженера, главного конструктора и представителя Заказчика.

Это позволило в сжатые сроки вводить необходимые изменения, дополнительные требования или временные отступления от требований конструкторской документации до ее уточнения.

Уточнение конструкторской документации проходило без спешки в рабочем порядке, после проведения дополнительной проверки вводимых изменений при необходимости.

В сборочном цехе было введено ночное дежурство ведущих конструкторов и технологов сборочного цеха для оперативного решения возникающих вопросов.

Кроме наблюдения за сборкой и испытанием танков дежурные конструкторы проверяли узлы, находящиеся в кладовых сборочного цеха. При обнаружении дефектов узлы предъявлялись работникам БТК и принималось решение об их доработке в сборочном цехе или возвращении в цеха-изготовители.

Вспоминается случай, когда при проведении стационарного испытания в ночную смену представителем заказчика был обнаружен дефект — невозможность включения седьмой передачи.

При поиске причины дефекта выяснилось, что при сборке в привод правого поворота была ошибочно установлена тяга левого поворота, имеющая другую конфигурацию, что привело к заеданию тяги переключения передач за передним топливным баком-стеллажом. Для устранения дефекта по технологии сборки необходимо снять топливный бак.

Для снятия топливного бака необходимо дополнительно демонтировать вращающийся транспортер, слить топливо, демонтировать трубопроводы топливной и воздушной систем, электрические кабельные узлы и блоки, закрепленные на топливном баке. После замены тяги поворота все снятые узлы необходимо установить на место с повторной сдачей их установки и работоспособности работникам БТК и ПЗ. Это вызвало бы задержку сдачи танка на несколько суток.

Совместно с дежурным технологом и работником БТК сборочного цеха было принято и согласовано с представителем заказчика альтернативное решение — произвести замену тяги поворота без снятия топливного бака снаружи корпуса танка через «окно», появившееся после снятия гидроамортизатора ходовой части.

К 8 часам утра дефект был устранен и стационарные испытания танка были продолжены.

Я знаю, что в те годы некоторые ведущие конструкторы КБ считали, что вменяемая им обязанность дежурства в сборочном цехе УВЗ, не является их служебной обязанностью и отвлекает от творческой конструкторской работы.

Но приведенный мной выше пример наглядно показывает, что Валерий Николаевич в этот период времени ставил интересы «Уралвагонзавода» (отвечающего за выполнение государственного плана по выпуску танков) выше интересов своего предприятия. И это выдвигает его в один ряд с великими организаторами промышленности СССР, государственниками: М.И. Кошкиным, И.В. Окуневым, С.П. Королевым.

Г.А. ХЕЙФИЦ

После окончания «Челябинского политехнического института» в 1961 г., я в составе группы из 18 человек был направлен на работу в «Отдел 520» «Уральского вагоностроительного завода».

Через несколько дней с начала нашей работы нас в сопровождении исполняющего обязанности главного конструктора В.К. Байдакова, принял директор завода И.В. Окунев. Встреча состоялась у него в кабинете. Иван Васильевич спокойно и обстоятельно рассказал о перспективах развития завода, задачах, которые стоят перед «Отделом 520», где нам предстояло трудиться. Затем состоялось более детальное знакомство с каждым молодым специалистом уже в кабинете главного конструктора. Владимир Константинович Байдаков предложил мне работать в отделе (тогда бюро) бронекорпуса, которое возглавлял К.М. Добрускес. В то время завод начал выпуск установочной партии «Объекта 166», впоследствии получившего название танк Т-62. Первой работой, которую поручил мне К.М. Добрускес, была разработка конструкции люка механика-водителя опытного танка — «Объект 167», которую я выполнял под руководством опытнейшего конструктора Е.Д. Пермякова. Люк был реализован на «Объекте 167Т» — первом боевом газотурбинном танке в истории отечественного, да и мирового танкостроения.