Хоботок по прозвищу Слоняйка - Маран Ико - Страница 24

За этими размышлениями Хоботок не замечал больших перемен, которые происходили вокруг. Вернее, он их замечал, но не придавал им значения.

Ханно и Эльдур стали все чаще наведываться к Сийму. Но они были уже не Ханно и Эльдур, а Зоркий Орел и Быстроногий Олень. Да и Сийм уже был не Сийм, а Большой Змей. Марис неожиданно превратилась в Уа-та-Уа.

Все четверо были ловкими и отважными воинами, каждый из них заслуживал быть вождем. Но, к сожалению, все не могут быть вождями, кто-то должен быть и племенем, иначе некого вести за собой в поход. Договорились, что вождями будут Зоркий Орел и Большой Змей, а Быстроногий Олень и Уа-та-Уа будут их племенами. Каждому — по племени. А чтобы было интересней, племена ходили в поход то с одним, то с другим вождем.

Вожди построили себе вигвамы: Зоркий Орел — в старом пустующем сарае за своим домом, а Большой Змей — у себя во дворе, в узком проходе между поленницей дров и забором. Вигвам Большого Змея был без крыши и боковых стен, зато имелось два выхода. На войне очень важно, чтобы у тебя было одним выходом больше, чем у врага. А еще в вигвам вел потайной — ход — расшатанная доска в заборе, которая запросто отодвигалась. Но об этом никто не должен был знать.

Вожди разрабатывали хитроумные военные планы. Например, Зоркий Орел со своим племенем пробирался через прерию (то есть: напрямик через два двора, которые соединяли их дома) или через вековые леса (то есть: в обход, по улицам) во владения Большого Змея, окружал его вигвам и со страшными боевыми криками атаковал его. Большой Змей и его племя вначале оказывали доблестное сопротивление (то есть: испускали точно такие же дикие вопли), но потом вынуждены были сдаваться в плен и их скальпировали (то есть: снимали у них с головы украшения с перьями).

Зоркого Орла невозможно было атаковать в его вигваме, потому что он всегда запирался изнутри на крючок. Его приходилось вначале выманивать оттуда, и только тогда внезапно атаковать.

Это были очень дружественные военные походы. Ну, иногда, конечно, бывали и разногласия, но какая война обходится без них.

Как-то Быстроногий Олень явился к Большому Змею, держа в вытянутой руке пластмассовый пистолет и прицеливаясь. Как только он вошел в переднюю, он тут же выстрелил. Пуля — деревянная палочка с резиновым наконечником — ударилась в дверь ванной и приклеилась к ней.

— Я больше не племя Ханно, — объявил Быстроногий Олень. — С Ханно вообще нельзя дружить — больно задаваться стал. Давай пойдем на него войной. — И он снова выстрелил.

— Дай-ка мне тоже пульнуть, — попросил вождь Большой Змей.

Ханно разрешил.

Они пуляли в дверь ванной, в дверь кухни, в стену. Быстроногий Олень раз стрельнул в зеркало, но Большой Змей тут же увел его в комнату.

Потом они опять стреляли куда попало, пока Быстроногий Олень не сказал:

— Принеси-ка цветной карандаш, да потемней, а то светлый не будет видно. Начертим на двери круги и будем стрелять по цели. Кто точнее попадет, тот выиграл.

— А как мы потом круги отмоем? — спросил Большой Змей.

— Ототрем. Смочим носовой платок слюной и будем тереть.

Большой Змей был в нерешительности, но он не мог этого показать другим, потому что вожди должны быть решительными. Он отыскал темно-синий карандаш и нарисовал на двери три круга: большой, средний и совсем маленький. Самый маленький был в серединке. Кто в него попадет, получает десять очков.

Быстроногий Олень выстрелил первым. Подряд разрешалось сделать пять выстрелов. И он получил пять очков.

Большой Змей за четыре выстрела заработал только одно очко, но зато в пятый раз попал прямо в десятку.

Быстроногий Олень поморщился и сказал:

— Давай снова. У меня в первый раз плохо получилось. У меня всегда в первый раз плохо получается.

Но и во второй раз у него получилось не лучше. Тогда он сказал:

— В дверь стрелять слабо. Давай бить по слону! — Он указал на Хоботка, который сидел в углу около радио и решал свой сложный вопрос. — Давай посадим его на стол и будем стрелять. Когда пуля попадет в него, он свалится. Будет как на настоящей войне.

Быстроногий Олень уже пошел за Хоботком, но Большой Змей преградил ему дорогу:

— Нет, в слона стрелять не будем.

Быстроногий Олень с недоумением посмотрел на Большого Змея. Но потом, вспомнив что-то, насмешливо сказал:

— Ах это и есть твой Хоботок! Ты все еще играешь с ним!

Большой Змей покраснел. Ему хотелось сказать что-то очень резкое, но он не мог найти подходящих слов и только сопел от обиды.

Из затруднения его спас телефон.

— Это мама! Я забыл ей позвонить, что я уже дома, — с облегчением вздохнул Большой Змей и побежал в переднюю.

Быстроногий Олень остался с Хоботком вдвоем. Хоботок сидел неподвижно, даже глазами не моргал.

Быстроногий Олень коварно усмехнулся, прицелился из пистолета, зажмурив левый глаз, и уже хотел нажать курок, как вдруг Хоботок недовольно фыркнул. Рука стрелка дрогнула. Пуля пролетела мимо Хоботка, угодив в маленький кактус на цветочном столике. Кактус с испугу выскочил из земли, стукнулся головой об окно, отскочил назад и шлепнулся на пол.

В передней Большой Змей говорил по телефону:

— Нет, мы не балуемся. Мы тихонько стреляем по цели. Нет, мне еще есть не хочется, потом поем…

Быстроногий Олень поднял с пола кактус и пулю. Кактус он засунул обратно в землю, а пулю — в пистолет. Потом снова прицелился в Хоботка и нажал курок. Но щелчка не было, пуля осталась в стволе. В чем дело?

Быстроногий Олень вытащил пулю, заглянул в ствол — вроде бы все в порядке — снова зарядил и, повернув дулом к себе, нажал курок. Раздался щелчок, и пуля впилась ему прямо в переносицу.

Быстроногий Олень в испуге выронил пистолет. Тут же в комнату вошел Большой Змей.

— Что за грохот? — спросил он.

— У меня пистолет выпал, — сказал Быстроногий Олень.

— А зачем ты себе пулю на лоб нацепил?

— Я хотел тебя насмешить. Правда, смешно?! А теперь мне пора сматываться.

Быстроногий Олень побежал в переднюю, но Большой Змей не пустил его:

— Раньше помоги мне дверь отмыть!

Быстроногий Олень нехотя вернулся.

Большой Змей отыскал тряпку, смочил ее под краном и принялся тереть. Потом тер Быстроногий Олень. Потом терли вдвоем. Три темно-синих круга исчезли, но на их месте осталось голубое пятно, которое никак не отмывалось.

— Что теперь будет? — озабоченно спросил вождь.

— Скажи, что понятия не имеешь, откуда взялось это пятно, — научило его племя.

— Не болтай глупостей! Кто этому поверит? — разозлился вождь.

— Ну как знаешь, — нагло заявило племя. — И чего ты раскричался, ведь не я сделал эти круги. Сам ты их намалевал!

Вот на это вождь действительно раскричался.

— Больше я тебе не друг! И моим племенем ты тоже больше не будешь!

— Не очень-то и хотелось, — ответило отпущенное на волю племя и гордо удалилось.

Вечером великий вождь отбивал атаки родителей. Пятно ему пришлось признать, но кактус, засунутый вверх тормашками в землю, он отрицал, потому что действительно ничего не знал об этом.

Родители были опечалены, что их любимый сын научился врать, а сын был еще несчастнее оттого, что ему перестали верить.

Но для кого-то сегодняшний день был счастливым. Для Хоботка! То, что Сийм не разрешил в него стрелять, вселило в него новую надежду. Значит, еще не все потеряно!

На этот раз к Большому Змею явился Зоркий Орел. Его правая рука крепко сжимала линейку, к которой был привязан треугольник. Треугольник был забрызган красной краской.

— Здравствуй, брат Большой Змей! — проговорил с достоинством пришелец. — Смотри, какой у меня отличный томагавк. Видишь, на нем следы вражеской крови? А как он летает!

Зоркий Орел сделал зверское лицо, покрутил томагавком над головой и запустил его в сторону дивана. Смертельное оружие пронеслось со свистом, как трясогузка, и мягко опустилось на диванную подушку.