Предвестник шторма - Ринго Джон - Страница 109

Командир роты приказал резерву встать на линию огня и стал готовиться к отступлению, пока «Брэдли» и артиллерия вели огонь по атакующим послинам.

Тем временем Мюллер бросил взгляд на рвущуюся вперед армию кентавров и решил предоставить кавалеристам самостоятельно вести этот бой. Он подобрал электрощит — также будучи большим сторонником принципа «мотовство до нужды доведет» — и поспешил к ждавшему его «Хаммеру». Облегченно вздохнув, водитель тронулся, как только он сел в машину.

45

Ричмонд, Вирджиния, Соединенные Штаты Америки, Сол III

10 октября 2004 г., 11:25 восточного поясного времени

— Неплохо идет, — сказал подполковник Абрахамсон, глядя на блок мониторов, установленных в главном конференц-зале «Р. Джей Рейнольдс Корпорейшн».

В связи с тем, что безопасность северного берега Джеймса была под вопросом, командование корпуса переехало на южный берег реки, а компания «Рейнольдс» любезно предоставила помещение. Тот факт, что здание теперь окружала самая мощная в южном Ричмонде оборона, отношения к этому, разумеется, не имел.

Каковы бы ни были настоящие причины, информационно-техническое оснащение находилось на высочайшем уровне, как и подобает компании, входящей в список пятисот крупнейших. Различные штабные службы корпуса тут же мобилизовали весь оказавшийся на рабочих местах административный персонал на решение необъятных и вызывающих головную боль управленческих проблем, связанных с организацией «с нуля» обороны Ричмонда прямо в ходе «смертоубийственной великой битвы».

Джон Кини дал ей ранний старт, вызвав пять высших инженеров-строителей, участвовавших в разработке прежнего проекта обороны Ричмонда, и убедив их поддержать новый план. Несмотря на личные пристрастия, все они смогли увидеть рациональное зерно этого плана, а их хорошее знание местности полностью оправдывало надежды.

Каждому из них он дал конкретное задание и широкие полномочия привлекать все и вся, что им понадобится, для его выполнения. Одного из офицеров-плановиков штаба корпуса поставили на решение неизбежной задачи регулирования людского и материального потоков. Расположившись в том же самом офисном комплексе в «Шоко-Серкл», где Кини и Мюллер сделали остановку во время осмотра местности, он принялся координировать распределение потоков людей, оборудования и материалов по различным проектам.

Призыв по радио и телевидению ко всем, имеющим оборудование для проведения строительных или взрывных работ, породил массивный отклик. Были определены пять пунктов сбора внутри и снаружи Ричмонда, и еще до того, как успели расставить полицейских для регулировки дорожного движения, все названные места оказались запруженными трейлерами с экскаваторами, погрузчиками, траншеекопателями и бульдозерами.

Вместе с ними прибыли машины для перевозки бетона и самосвалы, строительные рабочие и практически все, кто почувствовал, что пришло время записаться в добровольцы. Некоторых из добровольцев — кто каким-либо способом произвел впечатление на военный и гражданский персонал, прибывший на пункты сбора и сортировавший явившихся на призыв, — немедленно поставили отделять агнцев от козлищ. Через два часа, начавшись с нуля, непростая задача получения оборудования, определения, что где находится и что должно куда направляться, шла как по маслу. Тем временем инженеры обзвонили и свои, и другие фирмы, прося помощи, и к тому времени, когда запрошенное оборудование стало поступать на стройки, инженеры уже сделали наброски планов и проходов и руководили расчисткой и выравниваем площадок.

Именно на этот призыв откликнулись Аманда Хант, добровольцы, устанавливавшие клэйморы, и дорожники, выкопавшие позиции для бронекавалеристов.

Быстро было решено, что больше всего времени потребуется не на разрытие насыпей для сооружения стен или засыпки стены от наводнений длиной в милю — тяжелой техники с избытком хватало, чтобы заполнить ее дважды за шесть часов, — а скорее на слом трех современных бетонных фабрик вдоль Джеймса и сооружение вала из обломков.

Предпочтительный метод сноса фабрики — обложить ее взрывчаткой и обрушить единым блоком. К сожалению, весь способный выполнить эту задачу персонал либо готовил к взрыву мосты через Джеймс, либо устраивал засады на дорогах к северу. Уже почти совсем было решено отозвать гражданских специалистов с мест устройства засад, когда молодого офицера из штаба корпуса осенила идея.

Не прошло и часа, как бригада из состава Семьдесят пятой бронетанковой дивизии прокатилась по мосту Майо и въехала в Шоко-Боттом. Поскольку было также решено, что двух— и трехэтажные здания станут слишком удобным прикрытием для, как рассчитывалось, попавших в ловушку послинов, бригада почти не обращала внимания на дороги.

После того как почти сотня семидесятитонных танков М-1E буквально прошлась катком по территории, целых зданий на ней практически не осталось. Намеренно пощадили пару баров — на тот случай, если в них еще осталось спиртное.

Добравшись до железобетонных фабрик, каждый батальон выбрал себе по зданию. Каждому танку указали определенные точки, по которым стрелять, и зоны, свободные от огня. Местность вокруг и позади фабрик эвакуировали, и бригада открыла огонь.

Для пробивания брешей на нижних этажах применили противотанковые кумулятивные снаряды, а командиры танков в чине старших сержантов использовали бронебойные снаряды с отделяющимся поддоном, «серебряные пули», чтобы разбить ключевые несущие элементы конструкции. Предварительно инженерная группа старательно пометила эти элементы оранжевой краской.

Здания подверглись многочисленным ударам и в конце концов рухнули, подобно споткнувшимся неуклюжим великанам.

Одна из фабрик сохранила некоторую структурную целостность даже после того, как рухнули нижние этажи. Несколько снарядов исправили положение, батальон построился в походное положение — «правое плечо вперед, марш!». Удовлетворенная тем, как начался день, бригада покатилась через Джеймс обратно в лагерь в надежде успеть немного отдохнуть перед Большой Игрой.

В бешеном темпе работа шла всю ночь под раскаты отдаленной канонады, и заря нового дня открыла взору преображенный Ричмонд.

Высокие мосты межштатного и других шоссе, нависавшие над Шоко-Боттом, были либо заминированы и подготовлены к взрыву, либо их бетонные пролеты были разрезаны таким образом, чтобы стоявшие наготове краны с уже заведенными тросами могли их поднять, оставив послинам для переправы лишь узкие полосы бетона.

Последнюю идею предложили в надежде сохранить мосты. Разрушить предстояло свыше двадцати мостов, и стоимость восстановления их всех по окончании конфликта будет ошеломляющей. Хотя послины могли переправиться и по такой конструкции, переходить они смогут только узким ручейком, в колонну по одному, что сделает их легкой добычей для защитников-землян. Впоследствии мосты предстояло отремонтировать, освидетельствовать и заново сертифицировать, но это обойдется значительно дешевле, чем отстроить их заново.

Северная сторона стены для защиты от наводнений была засыпана грунтом, замки ворот перевесили так, чтобы они запирались со стороны реки, прибрежную дорогу перепрофилировали и усилили для движения тяжелой техники. Остров Майо трансформировали в командный бункер, покрыв соединенными между собой бетонными плитами и засыпав временную конструкцию грунтом и обломками. С верхней оконечности острова открывался вид на всю стену от наводнений. Отсюда предстояло управлять своими войсками командирам Сорок девятой и Шестидесятой пехотных дивизий.

Также сейчас на острове находился резерв — бригада Шестидесятой дивизии, — который будет реагировать на любые прорывы через стену. Предполагалось, что защитникам стены в конце концов придется отступить, и силам на острове Майо предстояло стать огневой базой и обеспечить безопасный путь отхода. На мостах Майо на южном и северном конце острова также заложили взрывчатку и подготовили их к взрыву.