Мустанг - Роббинс Гарольд "Френсис Кейн" - Страница 108

— Компании нужны надежные, независимые аудиторы. Скажу больше, правоохранительные органы штата Мичиган намерены провести независимый аудит фонда Хардемана.

— А чего хочет Мичиган?

— Фонд Хардемана вроде бы должен быть самостоятельным юридическим лицом. Но таковым он не стал. Номер Один об этом позаботился. Потому-то в семьдесят втором году твоему отцу и удалось использовать фонд против своего деда Номер Один отдал фонду большой пакет акций, чтобы уменьшить налоги, но по-прежнему голосовал по этим акциям через марионеток — попечителей фонда.

— Точно так же использует фонд и мой отец, — заметила Бетси. Анджело кивнул.

— Чтобы контролировать компанию. Он согласился с тем, что меня выбрали президентом. Он согласился с выбором Тома Мэйсона в совет директоров. Но, возникни у него такое желание, Лорен в один миг может избавиться и от меня, и от Мэйсона.

— К примеру, на следующем собрании акционеров.

— Совершенно верно.

— Он этого не сделает, Анджело. «ХВ» слишком уж глубоко залезла в проект «Три нуля», и попытка дать задний ход приведет к банкротству компании. А без тебя построить электромобиль «ХВ» не сможет.

— Я хотел бы в это верить. Но незаменимых нет. К работе над «Тремя нулями» я привлек нескольких молодых умников. Если «лир» рухнет на землю и я погибну, они смогут довести работу до конца.

— Технически — да, но противники проекта размажут их по стенке.

Анджело нахмурился и кивнул.

— К примеру, Пит Бикон. Он ненавидит меня ничуть не меньше твоего отца.

Бетси нежно поцеловала Анджело.

— Сделай все, чтобы с тобой ничего не случилось, любимый. От тебя зависит счастье слишком многих.

3

Роберта встретила Вана в аэропорту Детройта. Он никогда ее не видел, но уж она постаралась, чтобы ее не приняли за его бабушку, пусть и не родную. Роберта надела теннисный костюм, хотя никогда не играла в теннис. Короткая белая юбочка, розовые нашлепки на белых кроссовках. Она намеревалась удивить Вана и удивила.

В аэропорт Роберта приехала на «С-стэльене», одном из немногих, оставшихся в Детройте.

— Я рада, что мы сможем побыть вдвоем до того, какты встретишься с Лореном. — Она избегала слова «дед». — Я хочу дать тебе пару советов.

— А они мне нужны? — Вану предложили приехать, так что он пребывал не в лучшем настроении.

Роберта искоса посмотрела на него, оторвав взгляд от дороги, и пожала плечами.

— Может, и нет. Но я все равно дам их тебе. Видишь ли, Ван, ты Хардеман, хочешь ты этого или нет. Я — нет, так как лишь ношу фамилию мужа. Поэтому я могу сказать тебе, что семья эта в высшей степени странная. Ты никогда не встречался со своим прапрадедом, которого все звали Номер Один. Мне он очень напоминал Тиберии из фильма «Калигула».

— Я его не видел.

— Посмотри. Фильм кое-что скажет тебе о Хардеманах. Они могут быть... очень злыми, жестокими. Полагаю, не все. Трудно поверить, что твоя мать — Хардеман, хотя воля у нее железная, как у них у всех. Так или иначе, они из ничего создали промышленную империю. А для этого требуется не только безжалостность, но и ум, дар предвидения, мужество.

— Мой дед тоже злой и жестокий? — прямо спросил Ван.

— Судить тебе. Я же хотела дать пару советов, которые в этом тебе помогут.

— Понятно.

— Лорена обижает твое невнимание к нему. Ты с ним практически не видишься. Он любит твою мать. Да, они цапаются, но он ее любит. Он хочет, чтобы ты называл себя Лорен, а не Ван. Он хотел бы принимать большее участие в твоей жизни.

— В каком смысле?

— Пусть он расскажет все сам. Я могу сказать

Лишь одно: послушай его. Не отгораживайся от него глухой стеной. Он не ищет корысти в том, чтобы познакомиться с тобой поближе.

4

Лорен привел Вана в производственный корпус, где на конвейере собирались «стэльены». На головах деда и внука красовались каски с надписью «Лорен». Лорен по такому случаю надел темный костюм. Ван — синий блейзер и брюки цвета хаки.

— Это роботы-сварщики, — пояснял Лорен. — Они управляются компьютером. Обычные сварщики, даже мастера своего дела, иногда допускают ошибки, которые обходятся очень дорого. Я изучил эту технологию и использовал ее на нашем новом заводе. Теперь в «стэльене» не треснет ни один сварной шов.

Завод произвел на Вана должное впечатление. Огромное, ярко освещенное, чистое помещение. Ни клубов черного дыма, ни оглушающего шума. Обслуживающий персонал — главным образом наладчики, контролирующие работу механизмов, перемещающих и устанавливающих на место части автомобиля. Работали они в белых рубашках (блузках), темных брюках (юбках) и в касках с логотипом компании и прозрачным щитком, закрывающим лицо. Вану щитки казались совершенно ненужными: на фоне такого порядка любое происшествие представлялось немыслимым.

Сборочные узлы плыли под потолком и опускались на конвейер в соответствии с графиком сборки. Более мелкие детали подвозились электрокарами. Маршруты их движения определяли указательные стрелки на полу, световые и звуковые сигналы, Сборочный конвейер работал как часы.

— Видишь ли... иногда я кажусь отстраненным и далеким от жизни, в чем меня упрекает твоя мать, но тому есть причины. «ХВ моторс» не возникла из ничего, Лорен. Ее пришлось создавать, и даже теперь компания ежедневно требует массу времени. А без этого нельзя.

Ван кивнул.

Они вышли из цеха, и шофер отвез их к административному корпусу. В кабинете Лорена их уже ждал накрытый стол.

— Каску оставь на память, — улыбнулся Лорен Третий. — Если она не влезет в твой чемодан, я пришлю ее с посыльным. Что-нибудь выпьешь?

Ван согласился выпить виски с содовой, без льда, как принято у англичан.

— Я сожалею, что мы так далеки друг от друга, Лорен, — продолжал Лорен Третий. — Я понимаю, что в этом немалая доля моей вины... бизнес и все такое, универсальная причина. Попробуй грибы. Их замариновали по моему заказу. Идея Роберты. Она чудесная женщина... хотя я не могу сказать ничего плохого и о твоей бабушке Алисии.

Ван попробовал грибы, помня о том, что Клавдий отдал Богу душу, откушав грибочков.

— Ты наследник всего того, что сейчас увидел, — вешал Лорен. — Может, не единственный наследник... хотя, почему нет? — но уж точно один из них.Ван и так знал об этом. Он отпил виски, кивнул.