Мустанг - Роббинс Гарольд "Френсис Кейн" - Страница 124

— Уничтожив компанию? Что он унаследовал, кроме акций? Он богатый человек, а мой муж сделает его еще богаче. Смирись с этим, Роберта. Хватит нам этих игр.

— Что еще я должна сделать?

— Увези Лорена на Ривьеру или куда-нибудь еще и гладь по шерстке. Мы надеемся на твое содействие. — Роберта горько усмехнулась.

— Что еще вы можете нам сделать? Синди умело провела «Э-стэльен» через S-образный участок.

— Бетси просмотрела опись наследства Номера Один и обратила внимание на один пункт. Три миллиона долларов, «возвращенный трастовый фонд». Ты знаешь, что это за деньги, Роберта?

— Понятия не имею.

— Адвокаты Бетси это выяснили, — продолжила Синди. — Перед смертью Номер Один сказал Бетси, что ты можешь получить от него крупную сумму, если выполнишь определенные условия. К моменту его смерти ты эти условия не выполнила, поэтому деньги вернулись. Ты это помнишь?

Роберта промолчала.

— Ты должна была получить три миллиона долларов при разводе с Лореном, чтобы он мог жениться на другой женщине, которая родила бы ему наследника. Поиски этой женщины возлагались на тебя. А его связь с ней стала бы поводом для развода. Вспоминаешь?

— Вам этого не доказать.

— Почему нет? В условиях создания трастового фонда все подробно записано.

— Если Лорен узнает об этом...

— А зачем ему узнавать, Роберта? Он сейчас едет в другом автомобиле, с Анджело и Бетси. Им есть о чем поговорить. О предложении Номера Один, сделанным тебе и тобой принятом, упоминаться не будет.

— Почему?

— Потому что нам нужно твое содействие. Помоги ему радоваться жизни. Отвлекай от заговоров. Если же он по-прежнему будет пытаться вставлять Нам палки в колеса, твоя договоренность с Номером Один станет не единственным секретом, о котором узнают многие. Ты знаешь, как удержать Лорена в узде. Мы уверены, что у тебя все получится.

Роберта кивнула.

— Удержу. Только не унижайте Лорена.

— Его никто не унижает. Он по-прежнему директор. Его дочь — вице-президент. Хардеманы руководят компанией.

Роберта долго молчала, глядя перед собой.

— Кто нас погубил? — наконец вырвалось у нее.

— Только вы сами, Роберта. Вы сами вырыли себе яму.

5

Прибыли на испытательный полигон и директора, которым пришлось ждать, пока освободятся автомобили, чтобы они могли лично обкатать их.

— Пошли. — Бетси потянула Анджело за собой. — Машина готова, отец ждет.

Лорен мрачно горбился на заднем сиденье ярко-красного «Э-стэльена». Анджело сел на пассажирское сиденье, готовый к любым неожиданностям.

— Ты у меня в долгу, дорогой папочка, — начала Бетси.

— С чего бы это? — буркнул Лорен.

— Номер Один заснял на пленку тебя и Роберту Аккурат в тот момент, когда она охаживала плеткой твою голую задницу.

— Это невозможно!

— Если Номер Один что-то решал, понятия «невозможно» для него не существовало. Во всех комнатах его дома в Палм-Бич стояли подслушивающие устройства, а в спальнях еще и телевизионные камеры. Он заснял тебя и Роберту. А также меня и Анджело.

— Ты говорила, что пленки у тебя. Где? В Лондоне?

— Я их уничтожила, — ответила Бетси.

— Как ты до них добралась?

— Я убила старика. — Голос Бетси звучал ровно и спокойно. — Он умер от сердечного приступа, но случилось это, когда я душила его подушкой. После того, как он показал мне мою с Анджело пленку.

— Ты говоришь об этом в присутствии...

— Анджело давно об этом знал. Сначала догадывался, а потом я ему призналась.

— Однако, если меня об этом спросят, — вставил Анджело, — я буду все отрицать. О смерти Номера Один мне известны только те факты, что зафиксированы в отчете коронера.

— Но почему, Бетси? Почему ты?... А, все понятно Номер Один собирался изменить завещание! Бетси кивнула.

— Вычеркнуть меня. Вычеркнуть моих детей.

— И ты пошла... на убийство! — воскликнул Лорен.

— Именно так, — не повышая голоса, ответила Бетси.

— Чтобы лишить меня наследства! Он бы оставил мне все!

— Правильно.

— А теперь вы, вы двое, лишили меня даже того, что я унаследовал от деда, — пожаловался Лорен.

— Ты по-прежнему очень богат, — возразил Анджело.

— Ты должен благодарить нас за то, что мы сняли с твоих плеч такую ношу, — усмехнулась Бетси. — Ты не слишком умен, отец. Более того, ты не можешь контролировать свои эмоции. Рано или поздно ты уничтожил бы компанию, и за твои акции никто не дал бы и цента.

— Вы, значит, так думаете? Но я по крайней мере никого не убивал.

— Ты, однако, отдал приказ избить Анджело до полусмерти, — холодно отпарировала Бетси.

— А в итоге он двадцать два года донимал меня своей ненавистью.

Анджело покачал головой.

— Тут ты не прав, Лорен. Я понимал, что ты дурак, а вот ненависти к тебе не испытывал до последнего времени.

— До последнего времени?

— Бизнес есть бизнес, Лорен. Иной раз можно и запачкать белые перчатки. Мой дед не просто поставлял виски Номеру Один. Ты знаешь, что Джо Уоррен был любовником твоего отца и шантажировал его. Но тебе неизвестно, что Номер Один позвонил моему деду, когда решил избавиться от Джо Уоррена. И мой дед позаботился о том, чтобы Джо Уоррена разорвало на клочки. Ты ведь помнишь, что его автомобиль взорвался?

— Я... я этому не верю, — пробормотал Лорен.

— А я верю, — возразила Бетси. — Об этом говорил твой отец в тот вечер у Алисии, не так ли, Анджело?

Анджело пожал плечами.

— Это твое право, Лорен. Но его взорвали ради интересов дела. Возможно, и меня ты приказал избить, полагая, что бизнес от этого выиграет. Но в последнее время ты перешел на личности, Лорен. И это все изменило.

— Для меня тоже, — добавила Бетси. — Я уже подумывала над тем, чтобы помириться с тобой, но...

— Не понимаю, о чем вы говорите, — бросил Лорен.

— Ребекка Маргейдж, — освежила его память Бетси. — Ты попытался сломать жизни двух молодых людей, наняв проститутку, чтобы она соблазнила моего сына. Это не имеет никакого отношения к бизнесу.

— А кроме того, нанял мошенника, чтобы тот втерся в доверие к моей жене и шпионил за мной. Такое не прощают, Лорен. — Анджело повернулся, на его лице заиграла улыбка. — Но мы обратили твоего шпиона в свою веру. Сделали из него двойного агента. В этом автомобиле никогда не было жидких аккумуляторов. Мы использовали Карпентера, чтобы вешать тебе на уши лапшу.