Пепельное небо. Пепельная земля. Пепельный рассвет. Пепел на зеленой траве. Тетралогия - Конторович Александр Сергеевич - Страница 221

Тот скосил глаза направо, на небольшой пульт.

— Молодец… Рыжий, займись! Связь?

Взгляд на вмонтированную в пульт радиостанцию.

— Еще?

— Узел связи в техническом боксе. Это у гаражей. Сейчас там два человека.

— Леха, сообщи командиру. Кто еще есть в помещении?

— Водители… по коридору вторая дверь.

— Сколько их?

— Трое.

— Из какой казармы?

— Личная охрана.

Человек с пистолетом мотнул головой направо, и по этому сигналу двое из вошедших с ним людей бесшумными тенями скользнули по коридору. На какой-то миг замерли у двери… рывок!

Блеснули в их руках узкие клинки.

Секунда… другая… и они уже не так быстро появились в коридоре, на ходу вытирая кровь со своего оружия.

— Что еще можешь полезного сказать? Быстро! У тебя двадцать секунд!

— А-а-а… скоро смена постов!

— Как скоро?

— Через полчаса.

— И что должно произойти?

— Новая смена придет сюда на инструктаж.

— Сколько их?

— Три группы по шесть человек. Как раз водители здесь для этого и сидят… сидели…

— Маршрут?

— Вон там обозначен, — быстрый кивок на висящую на стене карту.

— Имеешь шанс выжить. Если будешь вести себя правильно. Где происходит инструктаж?

— Слева, в конце коридора, большая комната. Там обычно дежурный все и проводит…

— Так. Встретишь смену. Спокойно, будто ничего не случилось. Для гарантии твоего правильного поведения… — на спину к дежурному пластырем быстро прихватили металлическую коробку. — Снять ее ты сам не сможешь — только кто-то из нас. Там на неизвлекаемость и на необезвреживаемость все поставлено. Нужен специальный ключ — у вас таких нет. Сделаешь все, как полагается, снимем и отпустим в тайгу — иди куда угодно. Усек?

— Д-д-а…

— Не заикайся — неправильно поймут! По местам, парни!

Бесшумно приоткрылось окно на той стороне штаба, которая не просматривалась со стороны «царских» домиков и казармы «личной гвардии». Из травы быстро пробрались внутрь несколько человек. Разбежались по коридорам штаба, на ходу проверяя все помещения. Проверили — и тихо затаились за прикрытыми дверьми.

— Да! — Дежурный связист сдвинул на затылок наушники и обернулся на стук. — Кого там черти принесли?

— Груз свой заберите…

Быстрый взгляд в монитор — два человека, держащие в руках явно тяжелый ящик.

— Какой еще груз?

— А я знаю? — каркнул динамик на мониторе. — Дежурный сказал — отнести к вам, мол, и сами все знаете.

Палец утопил кнопку на пульте.

— Помощник дежурного по штабу, Панченко.

— Это с узла связи, Васнецов. Тут к нам солдаты ящик какой-то приволокли…

— Знаю, это Юрьев распорядился. Какую-то хреновину для вас доставили.

— Откуда?

— Понятия не имею, машину еще разгружают. Сопроводиловку пока не принесли.

— М-м-м… без указания начальника связи, не могу их впустить.

— Да и фиг ли мне с того? Не впускай, тогда они ящик у тебя в коридоре оставят. Только уж, раз такое дело, за всем прочим добром сами и топайте… Скажи им, чтобы назад возвращались… — и помдеж отключился.

Связист еще раз взглянул на экран. Ящик стоял на полу, загораживая полкоридора, а оба солдата, присев на него, о чем-то переговаривались. Никакого оружия у них видно не было.

«Ведь так и уйдут, тягай потом всю эту трихомудию!»

Снова нажата клавиша.

— Затаскивайте сюда свой груз!

Щелкнул, открываясь, электромеханический замок, распахнулась тяжелая металлическая дверь.

Через минуту, утыкаясь носом в пол, связист услышал, как по коридору протарахтели ботинки — к нападавшим пришла помощь…

— Идут! — боец выглянул со второго этажа.

— На пост! — и старший нападавших повернулся к помощнику дежурного. — Все запомнил?

— Все…

— Не ссы, ты нам живой нужен! Правда, не в любом случае, а только тогда, когда ты нужные слова говорить станешь! — он ободряюще похлопал помдежа по плечу, продемонстрировав при этом черную коробочку радиодетонатора. — Удаляемся…

И исчез, словно бы никогда и не существовал.

Топая ботинками, ввалились в помещение люди. По взмаху руки помощника дежурного направились привычным маршрутом, на инструктаж. Все, как всегда… но не все!

Стоило только им устроиться за столами, как стукнула дверь, и в ее проеме нарисовалось сразу пяток стволов с навернутыми ПБСами.

— Ну-ка парни… ручки свои вверх задрали… А то у нас и так у всех пальцы на курках чешутся…

Сидевший в последнем ряду, слева, коренастый бородач осторожно сунул руку под куртку…

— Чух-ш-ш!

…И бесформенным мешком сполз на пол, оставив на стене кровавые разводы.

— Чух-ш-ш!

Рядом свернулся его сосед.

— Видел, так отчего не помешал?

Намек, более чем ясный.

И потянулись руки вверх…

Спустя несколько минут, из штаба, переговариваясь на ходу, вышло около полутора десятков человек в форме и с оружием. Забрались в грузовик, в кабину которого, дожевывая что-то на ходу, запрыгнул водитель. Фыркнул мотор, облачко дыма выскочило из выхлопной трубы — смена отправилась на посты.

— Командир, машина уже минут десять как в пути. Думаю, первый пост они уже сейчас резать начнут.

Ну да, а второй мы еще раньше сняли. Значит, третий пост прикроют еще минут через двадцать-тридцать. Ну и славно, мы пока пулеметы в здании установим, да и со стороны тайги народ успеет залечь…

— Здесь в оружейке гранатометы есть и «Шмели». Я даже «ГМ-94» видел. Ребятам все выдать! И боезапас пополнить нужно, лишним не станет. Гранаты все разобрать, им тут работы хватит.

Быстрая суета — парни передают в окна трофейные боеприпасы. У нас в принципе и своего достаточно, но… патронов много не бывает.

Пискнула рация.

— Подлет. Повторяю — подлет.

Все — внешним постам каюк. Не ожидали они автоматного огня в упор из кузова знакомого грузовика. Да и помощник дежурного правильно сыграл свою роль — жизнь заслужил.

— Грач!

— Я, командир!

— Начали!

И лопнул в приоткрытом окне казармы личной охраны контейнер от «Шмеля»… Распахнулись штабные окна, появились в них пулеметные стволы.

Кашлянули подствольники, посылая в сторону этой казармы свои «гостинцы».

— Живыми никого не выпускать! Пленных не брать!

Не будет сегодня пленных. Нет здесь людей, чья жизнь представляет хоть какую-то ценность. Раз здесь спрятались люди, на чьей совести сотни тысяч погибших и изувеченных — то и личная охрана у них соответствующая подобралась. Те еще отморозки… мало им было двоих заземленных обалдуев в учебном классе — решили все-таки испытать судьбу, на прорыв пошли.

Дальше двери в коридор так никто и не вырвался. Хорошо, что часть верхней одежды и шапки в основном уцелели. В том смысле, что не сильно кровянкой попачкались… Иначе бы маскарад совсем бледным получился бы.

Личники еще пытались что-то сделать — протрещали с их стороны одинокие очереди. Мгновенно пресекшиеся после вступления в игру двух трофейных «Утесов». Да и наши «КПВТ» — уже со стороны тайги, тоже внесли в это дело посильный вклад — почти по ленте… Молчали только минометы — их время не пришло еще.

Откликнулись, правда, и «царские домики» — в паре мест внезапно проклюнулись огоньки автоматных очередей. Исполняя мой приказ, по домикам огня не вели, но уж в таком-то случае…

Брызнули щепки от разлетевшихся шезлонгов, опрокинулся набок мангал, рассыпая вокруг блестящие шампуры. Посыпались стекла в окнах — и стрельба с той стороны моментально стихла.

Последний раз что-то гулко ухнуло в расстрелянной казарме «лички» — и наступила тишина.

— Командир — белый флаг!

И точно — из окна полуподвального помещения высунулась белая тряпка, которой кто-то отчаянно размахивал.

— Прекратить огонь! Но никому не зевать, тут любая подлянка может быть! Осмотреться всем, пополнить боезапас!

С нашей стороны поднимается человек, показывает пустые руки и поднимает над собою белый лоскут. Что это там у него? Бинокль прыгает ко мне в руку. А-а-а… бинт распустил…