Убийство в Тарсисе - Робертс Джон Мэддокс - Страница 47

— А эти ребята действительно знают толк в своем деле.

— А как ты с ними познакомилась? — спросил Железное Дерево у Ракушки.

— Я же провела все детство в Старом Городе, облазив все обнажившиеся после Катастрофы подвалы, подземелья и туннели. Время от времени я встречала гномов.

Они хоть и не самые общительные создания, но, не видя во мне никакой угрозы, все же стали общаться со мной, выясняя, что происходит в городе. Когда Станбог поселился в Гавани, я рассказала им о новом лекаре.

Друзья вернулись в зал и снова уселись за стол. Нистур продолжил разговор:

— А у тебя была семья?

— Не знаю. Я родителей не знала. Сколько себя помню, я побиралась по улицам и помойкам да пряталась в развалинах Старого Города. — Она невесело рассмеялась. — Вы двое хоть мир повидали, а я нигде не была и ничего не умею, кроме как воровать.

— Зато в своем деде ты мастер, — возразил ей Нистур.

— Но главное, что ты не разучилась быть настоящим другом, ощущать благодарность за добро, — сказал Железное Дерево.

— Последние дни, проведенные с вами, стали самыми интересными за всю мою жизнь, — призналась она и, покрутив в руках серебряную печать, добавила:

— Да и с этой штукой было весело. Знай себе изображай важную персону, никто тебя не гонит, не пинает… Но, чует мое сердце, всему этому веселью скоро придет конец. — И она печально вздохнула.

— Из всего, что мы можем сказать, — возразил Нистур, — предсказания будущего — самое никчемное и неблагодарное дело. Я полагаю, что весь наш жизненный опыт ничем нам не поможет в ближайшие несколько часов, а посему предлагаю воспользоваться образовавшейся паузой для того, чтобы восстановить силы отдыхом и сном.

Под стук инструментов приятели быстро задремали, подложив руки под головы.

Лишь Ракушка забралась на соседний стол и свернулась на нем калачиком, закутавшись в плащ.

Проснулись они оттого, что на их плечи легли руки гнома.

— Мы — под их камерой, — сказал Горячая Кузница, когда друзья протерли глаза. — Вы хотите быть там, когда мы пробьем пол?

— Конечно! — воскликнул Нистур. — Мне доводилось участвовать в побеге из тюрьмы, организовывать бегство другим, но такой экзотики я что-то не припоминаю.

Ракушка уже бросилась вперед по туннелю, как все вдруг почувствовали глухой удар где-то под землей и последовавшую за ним вибрацию пола и стен.

— Что это? — с ужасом спросила девушка. — Землетрясение?

После Катастрофы всем жителям Тарсиса из поколения в поколение передавался ужас перед землетрясениями.

— Нет, — ответил Горячая Кузница. — Это… будем надеяться, что ничего страшного.

Они быстро прошли по туннелю, где уже почти осела поднятая работой пыль, и оказались в тупике, который гномы расширили в небольшую круглую комнату с высоким потолком. В центре помещения была оставлена аккуратная ступенчатая пирамида, с которой можно было достать киркой до каменного свода. Один из гномов как раз и занимался тем, что аккуратно вынимал скрепленные раствором камни и передавал их тем, кто стоял на ступеньках пирамиды.

Нистур спросил:

— А это точно то место, которое нам нужно? Вы не могли ошибиться?

Гномы явно оскорбились бы, если бы поняли суть вопроса. Один из них простодушно ответил:

— Да где ж тут ошибаться-то?

— И вправду — где? — сам себе буркнул Нистур.

Неожиданно помещение вновь сотряслось от далекого удара. Раздался крик одного из молодых гномов:

— Он просыпается!

— Быстрее! — скомандовал Горячая Кузница. — Нам теперь не до скрытности.

Рушьте потолок, не тяните время!

Стоявший на пирамиде гном удвоил скорость работы, но врожденное прилежание и почтение к труду каменотеса не позволяли ему варварски ломать кладку.

Железное Дерево взял в руки тяжелый молот.

— А ну-ка, пусти! — крикнул он, взбегая по каменным ступеням.

После первого же удара на голову солдата посыпались каменная крошка и превратившийся в песок раствор. От второго по потолку побежали ветвистые трещины. Лишенный столь любимой им работы гном-каменщик завопил:

— Варварство! Где это видано? Какой скандал!

— Бывают случаи, когда мы должны отступать от обычаев, — утешил его Горячая Кузница.

С третьим ударом с потолка посыпались крупные камни, а сам Железное Дерево скатился по ступенькам пирамиды прямо в заботливо подставленные руки гномов.

В своде образовался зияющий провал, из которого донесся приглушенный голос:

— Что случилось?

— Станбог! — звонко крикнула Ракушка. — Это мы пробились к тебе на помощь.

— Ракушка? — раздался насколько возможно ласковый голос Мирсы.

— Быстрее спускайтесь! — крикнула Ракушка. — Времени на рассказы и расспросы нет. У нас на пути еще какое-то чудовище.

В этот момент раздался новый подземный удар, за которым последовал истошный вопль:

— Он пробивается через барьер!

Горячая Кузница приказал одному из самых молодых и расторопных гномов:

— Беги к остальным, пусть опускают железные решетки на выходах из зала.

Затем он скомандовал:

— Уходим отсюда! Мы свое дело сделали. Если чудовище прорвется в зал, уходите по туннеля дальше, опуская за собой решетки. Попытайтесь заманить его в одну из ловушек. Может быть, сработает, и оно свалится в бездонный колодец.

Железное Дерево вновь взялся за молот, чтобы расширить дыру в потолке.

Нистур спросил у Горячей Кузницы:

— А ты почему не убегаешь?

— Я останусь с вами, — ответил гном. — Я уже стар и все равно скоро умру.

Если мы не убьем чудовище, оно съест многих из нас. Потом оно уснет, и, может быть, те, кто выживет, смогут расправиться с ним.

— Не бойся, — ободрил его Нистур, — наш победитель драконов быстро наведет здесь порядок.

— Может, твой приятель и победитель драконов, — буркнул гном, — но каменщик из него никуда не годный. Он просто варвар! — И Горячая Кузница закатил глаза, взглянув на не правильной формы дыру в потолке.

Наконец в пролом спрыгнула Мирса, приземлившаяся на груду обломков легко, как горная коза. Вслед за ней Бадар опустил, держа за руки, Станбога, а затем спрыгнул сам.

— Было бы весьма любопытно узнать, как вам удалось провернуть такое дело, — сказал Станбог, отряхивая свой плащ.

— Сейчас не до того, — ответил Нистур, поправляя перевязь меча. — Тут по соседству шастает какой-то бехир, и говорят, что встреча с ним не обещает быть приятной.

На лице Бадара застыло выражение, смешавшее в себе восторг и панику.

— Что… что это за место? Где мы? — выдавил он.

Ракушка бросилась объяснять ему:

— Мы в пещерах гномов. Не бойся, здесь есть выходы на поверхность. Но до них еще надо добраться.

— С чего ты взяла, что я боюсь? — Страх Бадара как рукой сняло. — Никогда я не боялся никакой твари — летающей или ползающей. Мне только нужно оружие.

Нистур подмигнул Железному Дереву:

— Узнаешь? Знакомые слова. Эх, молодость, молодость…

— Уходим отсюда! — крикнул солдат, явно не расположенный вести беседу. Меч уже сверкал в его руке.

Горячая Кузница повел всех к банкетному залу. Вновь пополнившим компанию не пришлось привыкать к полумраку. В их камере было еще темнее. У конца туннеля гном остановился и выглянул в большой зал.

— Пока что его не видно, — негромко сказал он. — Один бросок до противоположной стены. Наши приподнимут решетки и пропустят нас. На время мы будем в безопасности, а там…

В этот момент что-то с грохотом вломилось в зал через одну из боковых дверей, выломав косяки и разворотив дверной проем. Сквозь облако пыли было видно извивающееся змееподобное тело, на котором, однако, шевелилось множество пар коротких когтистых лап. На длинной шее поворачивалась из стороны в сторону огромная, похожая на крокодилью голова, осматривающая зал в поисках добычи.

Длинные шипы на макушке и затылке чудовища поднимались и опускались с каждым его вздохом.

Попятившись, вся компания скрылась и своем туннеле. Кроме Станбога, все вооружились: Бадар и Горячая Кузница взяли в руки молоты, а Ракушка и Мирса — прочные стальные прутья, используемые гномами как рычаги при подземных работах.