Детский сад. Трилогия (СИ) - "Джиллиан" - Страница 54

— Не медли. Ты прекрасно знаешь, что я изнываю от любопытства.

— Хельми — дракон. Если он останется в деревне, то мы, даже в блокаде машинных демонов, получим поддержку из города.

Некоторое время Селена размышляла о сказанном. Значит ли, что решение Хельми остаться или нет в их деревне повлияет и на состояние осиротелых детей? Что все они будут не только выбиваться из нужды, но появится реальный шанс дать детям нормальную жизнь? Селена вздохнула. Было бы здорово. Но что сейчас гадать об этом? Пока Хельми не примет решения, говорить и мечтать рановато…

— Рано говорить об этом, — повторила она мысль. — Меня сейчас гораздо больше интересует другое. Что с Миртом?

— Пришёл в себя, — доложил Коннор. — Чувствует себя хорошо. Сказал, что не помнит, что говорил во время рождения стихийной магии.

— Что с рыбой? — чувствуя себя полководцем перед боем, спросила девушка.

— Дня на три хватит, — уже самодовольно сказал мальчишка. — И ещё домашние обещали снова закоптить побольше — чтобы и на будущее хватило. Я сказал — пусть коптят. Мы ведь ещё на рыбалку не один раз сходим.

— Джарри, мне неудобно обращаться, но что там с кабаном? Будет у нас мясо? Глядя на Хельми, думаю, что ему и оборотням мяса много понадобится. — А сама улыбнулась, вспомнив "упитанную" волчишку рядом костлявым Хельми. Драконом она пока не могла его называть даже в мыслях.

— Встречный вопрос, — задумчиво сказал маг. — Когда ты собираешься за детьми с тем взрослым?

— Как только — так сразу.

— У меня предложение: трое суток мне нужно, чтобы набить кабанов для всей оравы, которая у нас получится, когда мы привезём остальных.

— Согласна. — Задумавшаяся Селена внезапно подняла голову. — Мальчики, хохму хотите?

— А что такое хохма?

— Шуточка — иногда очень зловредная. Так вот вам моя… шуточка. Хельми… Он говорит слегка шипяще, то есть с выговором моего Координатора.

22

Мальчик-дракон всё в той же странной манере нерешительной надменности бесстрастно объявил, что готов остаться в этом необычном месте.

Кажется, его "уговорили" домовые. Очарованные пониманием, что кормят голодного дракона — самогО дракона! — они выложили для него всё, что сумели сотворить за короткое время из кучи рыбы и остатков кабаньего мяса. Из этой очарованности гномов-домовых, кстати, девушка поняла, что драконов в этой деревне не было.

Из-за стола Хельми поднялся с заметно выпуклым животом (смешно и трогательно — улыбнулась Селена) — и сонной поволокой в глазищах. Чем Селена и воспользовалась — ну, сонной поволокой. Кроме того она воспользовалась своим незнанием законов и межвидового этикета в этом мире (что Хельми считал с неё сразу), напрямую заявила мальчику-дракону, что ему необходимо вымыться, и буквально уволокла его в ванную комнату. Он не сопротивлялся и без капризов дал себя отмыть, высушить и переодеть в домашнюю одежду подходящего размера. В это время Веткин и Рыжий лихорадочно меняли бельё на кровати Селены. Девушка сообразила, что после банно-моечных процедур, расслабившись, Хельми наверняка погрузится в ещё более сонное состояние. Поэтому она повела его на второй этаж — в свою, кажется, уже бывшую комнату — спать. Тем более настало время "тихого часа".

Хельми не возражал, но девушка на своём опыте почувствовала, как он исподтишка своеволен: она пыталась поторопить его, но сама подчинилась странной силе, с какой он ненавязчиво утихомирил её желание поспешить. Вроде ничего и не сделал, но она пошла рядом с ним спокойней. Сначала она даже и не поняла, что произошло, а потом вспомнила, что он сделал то же самое, когда Ирма пыталась тащить его за руку вперёд… Так и не поняла, как он это делает.

Когда они оказались на втором этаже, в коридоре, где дети готовились к "тихому часу", Хельми пошёл ещё медленней. Сонными, совсем не заинтересованными глазами он заглядывал во все открытые двери, где-то останавливался, словно сторонний зритель, наблюдая за происходящим. На него почти не обращали внимания, потому что он опять выглядел каким-то незаметным. Впрочем, Селена тоже не возражала, чтобы он постепенно ознакомился со всеми.

Последняя комната, в дверях которой Хельми застыл, принадлежала Мике, волчатам и Мирту. Мирт и Ирма весело болтали, сидя на одной кровати. Мика, прикусив губу, пытался присобачить какую-то деталь к уже собранной штуковине. Только Колин лежал у ножек своей кровати, неперекинувшийся, положив морду на лапы и неподвижно глядя в пространство… Селена, завидя Колина в волчьей ипостаси, встревожилась и взяла себе на заметку найти Джарри или Коннора, чтобы помогли мальчику перекинуться.

Мальчика-дракона обитатели комнаты сразу не заметили. Заметили только тогда, когда он прошёл комнату и присел перед волчонком.

— Колин?.. — почти безразлично сказал мальчик-дракон.

Тощая рука Хельми с невероятно длинными пальцами, похожая на птичью лапу с растопыренными когтями, опустилась над головой волчонка, дёрнувшегося посмотреть, кто приблизился к нему. А в следующее мгновение мальчишка-оборотень ничком скрючился на полу. И быстро сел, забившись в угол — обнимая колени и испуганно всматриваясь в сонные раскосые глазища Хельми. Остальные открыли рты, изумлённые тем, как быстро прошёл процесс перекидывания. Когда Колин наконец понял, что именно произошло, он неловко произнёс:

— С-спасибо.

Будто передразнивая его, но на полном серьёзе Хельми кивнул:

— Ах-ха… — Поднялся и вышел из комнаты, сопровождаемый радостным смехом Ирмы, спрыгнувшей к брату, чтобы обнять его.

Ещё пара шагов — и остановились перед последней дверью в коридоре.

— Вот здесь ты будешь жить, — сказала девушка, открыв дверь в бывшую кладовую, в бывшую свою комнату.

Хельми покачал головой.

— Чердак. Х-хельми будет жить на чердаке.

— Но… А почему? — только и смогла спросить Селена.

— Х-хельми маленький, — рассеянно сказал мальчик-дракон, склонив как-то по-птичьи голову и разглядывая комнатушку. — Не вс-сегда может контролировать… переход в ис-сходную форму. Может с-сломать крылья.

С трудом удержав улыбку: как забавно он сказал о себе — "Х-хельми маленький!", девушка подумала и сообразила.

— Хорошо. Давай так, Хельми. Ты сейчас отдохнёшь здесь, а мы за это время посмотрим, как тебя устроить на чердаке. Надеюсь, за это время у тебя, сонного, не возникнет желания перекинуться во сне. Согласен?

— Х-хельми с-согласен.

Два длинных шага — и мальчик-дракон лёг на кровать. Раскосые глаза закрылись сразу. И весь он сразу как-то опустился — расслабился? Постояв в нерешительности, Селена всё-таки укрыла его тонким покрывалом. Он сказал, что не мёрзнет, но мало ли. Может, он не мёрзнет, пока двигается.

Выскользнула из комнаты и осторожно прикрыла дверь. На цыпочках прошлась назад по коридору — и уже бегом по лестнице. Влетела на кухню.

— Веткин! Где Веткин?!

Уже с Веткиным помчались из дома — посмотреть на вход на чердак, а потом решили: а чего только смотреть? И полезли по лестнице наверх. Когда Веткин открыл чердачную дверь, Селена ахнула. Какой чердак?! Это же самая настоящая мансарда! Только бельевую сушилку убрать, которую здесь домовые устроили; выдраить всё, вычистить да поставить стены между стойками, которые поддерживают крышу. Девушка медленно прошлась по чердаку. Как минимум шесть комнат, если опять рассчитывать на три человека… ой… или три существа в каждую. А что — приемлемо!

Она пересказала свои видения Веткину. Тот выслушал серьёзно, оглядел помещение, видимо примериваясь к точке зрения хозяйки, и твёрдо обещал сделать необходимое уже к вечеру, чтобы вселить сюда мальчика-дракона.

— Подожди, Веткин, — остановила девушка повернувшегося было к выходу домового, — есть ещё проблема. Надо бы, чтобы лестница сюда была не с улицы, а из дома. Ведь если здесь будет отапливаемая часть дома, нам будет невыгодно запускать сюда холод с улицы. Нужен вход прямо из дома.