Темные огни - Роджерс Розмари - Страница 101

— Ну, что ты о нем думаешь?

— О местном Макиавелли? Весьма себе на уме, — ответила Джинни. — Тебе ведь он тоже не очень-то нравится?

— Да, но ты просто очаровала его! Будь осторожна с ним, дорогая. Если с тобой что-нибудь случится, мой муж никогда не получит звания генерала!

— О нет, ничего страшного со мной не случится. Я буду все так же очаровывать его, хотя это и не слишком приятно. Дело в том, что мистер Бишоп уже предупредил меня обо всем.

К счастью, эти две женщины легко сошлись и понравились друг другу. Перси Белмонт, дочь профессора колледжа, вышла замуж довольно поздно, после смерти отца. Она отличалась острым умом, редким чувством юмора и порядочностью. Полковник Белмонт полностью доверял жене. Перси не любила Антуанетту Лэсситер, и это тоже объединило ее с Джинни.

— Таких, как Тони, нормальные женщины не любят, — сказала она. — К тому же она почти не общается с женщинами, зато не жалеет сил, чтобы очаровывать мужчин. Она весьма недурна собой, но пользуется красотой как капиталем, приносящим большие дивиденды. Ее холодности не смягчает даже улыбка. Родни просит, чтобы я научила ее вести себя, но это невозможно. Кстати, я видела, как она смотрит на него. Она постоянно водила за нос полковника Вэнса.

— Значит, миссис Лэсситер — одна из самых интересных женщин в этих краях? — спросила Джинни, желая получить побольше полезной информации. — Конечно же…

— О нет, здесь немало интересных дам, — возразила ее собеседница. — Но все они какие-то запуганные, темные и необразованные. К тому же они не всегда дружелюбны и разговорчивы. Боюсь, они все видят в нас захватчиков. Хотя есть здесь одна девочка — младшая дочь Картера. Ее мать была из семьи Лэсситеров, но отец отрекся от нее, когда она сбежала с женихом.

Перси Белмонт лукаво посмотрела на Джинни:

— Больше всего сейчас говорят здесь о том, что новый телохранитель Тони Лэсситер проявляет необычайный интерес к Мисси Картер, хотя ей только недавно исполнилось семнадцать лет. Да и вообще она самый настоящий ребенок. Так вот этот телохранитель упросил Тони убедить судью Бенуа в том, что семье Картеров нужно вернуть их старое ранчо. Каким-то образом им удалось скопить деньги и выплатить все налоги. А в этих краях много людей, недовольных этим. — Она вздохнула: — Но мы здесь для того, чтобы поддерживать мир и порядок. Родни считает, что мы не должны вмешиваться в дела этих людей, кроме тех случаев, когда их поведение нарушает общественное спокойствие. Хотя признаюсь… тот, кого они зовут Маноло, — самый настоящий возмутитель спокойствия. Это очень злой человек, и чуть что хватается за оружие. Говорят, он из племени команчи, наполовину индеец. Он даже выглядит как-то странно и пугает одним своим видом. Родни говорит, будто он вне закона и его надо гнать, как опасное животное. Полагаю, он вполне подходит Тони Лэсситер. Но меня удивляет, что Джозеф Картер почему-то подпускает его к своей дочери.

Вернувшись в свою спальню, Джинни никак не могла уснуть. Она не рассказала об этом разговоре Ренальдо, а сама не могла спокойно обдумать сложившуюся ситуацию.

На следующий день жена полковника Белмонта и ее новая подруга отправились на верховую прогулку. Ренальдо остался в доме полковника, чтобы разобраться с делами, касающимися поместья Десмолин. Возле него вертелся управляющий, когда-то нанятый Шанхаем Пирсом.

Джинни сидела в дамском седле в бархатной амазонке. Увидев этот костюм, миссис Белмонт вскрикнула от восхищения.

Их сопровождали десять солдат в голубых мундирах. Полковник Белмонт решил, что так безопаснее, хотя дамы не собирались углубляться в леса. Но он-то хорошо знал, как много опасных людей скрывается в окрестных лесах и болотах.

Первым, кто заметил женщин, был Джо-младший, перегонявший скот, пойманный на отдаленных островках. Вначале он увидел группу солдат в голубых мундирах, которые почему-то скакали по земле, принадлежавшей его семье. Джо это удивило и насторожило. Потом он увидел двух женщин. Одну из них, жену полковника, он сразу узнал, а вот другая… Его так поразили красота и изящество этой женщины, что он потерял дар речи и молча глядел на нее, снедаемый любопытством.

— Простите, — сказала Джинни, мило улыбаясь, — мы, кажется, вторглись на чужую территорию? — Парень молчал, тупо уставившись на нее. — Мы просто ищем кратчайший путь к реке, — продолжала Джинни. — Мне очень жаль, что этот путь не проходит по моей земле. — Она так улыбнулась Джо-младшему, что у него на лице вдруг выступили капельки пота. Через секунду она добавила: — Меня зовут Вирджиния Морган. Я хочу немного пожить здесь и взглянуть на свои новые владения. Я знаю, что когда-то эта земля принадлежала мистеру Пирсу, а еще раньше — Десмолину. Мы, должно быть, соседи. Могу ли я надеяться, что вы простите меня за вторжение?

«Вот оно что, — подумал Джо-младший. — Значит, она уже здесь!» Эта таинственная жена миллионера, о прибытии которой предупредил их Маноло. Джо быстро стащил с головы широкополую шляпу и покраснел до ушей. Он чувствовал, что его язык прилип к небу. «Какая она еще молоденькая, — подумал он, стараясь скрыть смущение. — И такая красивая! К тому же она настоящая леди, а мы-то думали, что она совсем простая женщина».

Миссис Белмонт смотрела на него с легкой улыбкой. Наконец Джо пришел в себя и предложил дамам слезть с лошадей. После этого он довольно робко пригласил их к себе. Он и не знал, что подобает делать в таких случаях. Так он и сказал потом отцу и Мэту. Но и отец тоже робел при этих дамах. Даже Мэт, который считал себя искушенным человеком, не мог скрыть восхищения и удивления при появлении неожиданных гостей. Но больше всех заволновалась Мисси. На ее лице проступили веснушки, хотя она только что намазала лицо кремом, приготовленным из сока огурцов. Именно Мисси, не дожидаясь разрешения отца, выразила желание показать дорогу к реке.

Мисси хорошо знала эту дорогу. Ее зеленые глаза сейчас еще больше походили на глаза дикой кошки. Она с гордостью вертела замечательное кольцо, подаренное ей Маноло. Оно висело на зеленой ленточке, которую Мисси носила на шее. Всю дорогу она болтала с дамами.

— Это прекрасное и очень тихое место, — восхищенно сказала миссис Морган, впервые увидев темно-зеленую воду реки, по берегам которой стояли высокие кипарисы.

Миссис Белмонт в основном молчала, лишь изредка вставляя одно-два слова. Встречая взгляд Мисси, она дружески улыбалась ей. Джинни понравилась Мисси с первой минуты. Она была так молода и прекрасна, что Мисси смутилась. К тому же она держалась очень дружелюбно и совсем не высокомерно, чего опасалась Мисси. Она сказала Мисси, что у нее великолепные волосы, и девушка покраснела от удовольствия.

— Тебе действительно нравится эта река? — тихо спросила подругу миссис Белмонт. — Признаться, я предпочитаю дикие горные реки где-нибудь в Колорадо или Калифорнии. Эти ужасные, мрачные деревья просто пугают меня. К тому же за рекой начинаются опасные болота.

Мисси быстро вмешалась в разговор:

— Но эти болота вовсе не опасны! Если, конечно, знать, как по ним ходить. — Сказав это, она снова густо покраснела и стала теребить кольцо на зеленой ленте.

Мисси не сомневалась в своей интуиции. В тот самый вечер, когда Маноло освободил Дэйва Мэдена из тюрьмы, она бросилась ему на шею и стала осыпать поцелуями его небритое лицо. Она была счастлива, что Маноло вернулся целым и невредимым. У нее не хватало слов, чтобы высказать свою радость, и она выражала ее поцелуями. С тех пор Маноло смотрел на нее как-то иначе. Да, она не ошиблась. Он смотрел на нее по-другому: эта перемена сперва смутила и озадачила ее. Но потом она поняла, в чем дело. Однажды она вдруг осознала, что Маноло перестал относиться к ней как к ребенку. Это вызвало у нее радость и гордость.

В тот вечер он принес ей книги. Некоторые из них он взял из старого дома Лэсситеров.

— Тони они не понадобятся, — сказал он, пожав плечами. — Она никогда не увлекалась чтением.

Мисси очень внимательно прочитала все эти книги — отчасти потому, что их принес Маноло, но главное, потому, что они доставляли ей огромное удовольствие. Она всегда любила читать. А Маноло объяснял ей трудные слова или сложные фразы. Он даже начал обучать ее французскому, совсем не похожему на тот язык, на котором говорили отец и братья. Когда она произносила что-то неправильно, Маноло прислонялся к стволу ее любимого дерева и хитро прищуривался. Это было чудесное времяпровождение.