Богатых убивают чаще - Рогожин Михаил - Страница 80

В эту минуту Евгений почувствовал себя отвратительно. Ведь у него в кармане не было ни копейки. Но Кира тут же достала кошелек и протянула ему.

— Денег на меня тратили часто и много. А цветы дарили редко. Возьми в долг. Отдашь из банковской зарплаты.

Евгений выскочил из машины и, как был в одном смокинге, пересек дорогу и, не выбирая, купил целую охапку огромных белых хризантем. С ними он ввалился в теплый, пропитанный французскими духами велюровый салон «БМВ».

— Боже, — вздохнула Кира и впервые как — то случайно поцеловала его. От неожиданности Евгений напрягся, как оловянный солдатик.

— Может, еще что — нибудь купить?

— У меня всегда холодильник забит всякой всячиной. А выпивки на год хватит! — с гордостью заявила Кира.

От волнения Евгений не мог продолжать разговор. Его трясло. Нечеловеческие попытки взять себя в руки не давали результата. Очень быстро это состояние передалось Кире. Едва войдя в дом, она сбросила прямо на пол песцовый жакет, повернулась к Евгению лицом и, пристально глядя на него своими огромными иконописными глазами, призналась:

— Я не смогу вот так просто… у меня практически не было любовников… Я всегда была замужней женщиной… Я не умею… — и уткнулась воспаленным лицом в его плечо.

Евгений и сам едва держался на ногах. Он был совершенно не готов к такому резкому повороту в их отношениях. Сколько раз в мечтах он подхватывал ее на руки и бросал на постель! Но в эту минуту и сознание, и тело оказались парализованными.

— Я люблю вас… — затаив дыхание, произнес он.

— Повтори…

— Я люблю вас…

— И женишься на мне?

— Разве это возможно? — остолбенел он.

— Я по — другому не умею, — искренне призналась она.

Кира оказалась идеалом его столь долго подавляемых желаний. До сих пор он ощущал ее невесомое тело. В мозгу как на кинопленке навсегда запечатлелись нервные изгибы ее тонкой графической фигуры. А полные упругие груди нерожавшей женщины при малейшем воспоминании вызывали прилив неистовой страсти…

Он продолжал пить кофе, а за стеной слышался голос Киры, повторявший почти один и тот же текст уже десятой по счету подруге:

— Представляешь, — сообщала она в трубку. —

Я выхожу замуж! Сама не ожидала! При чем тут банк?! Ну и что, что третий муж? Для многих это еще не предел!

Наконец пол — Москвы было оповещено, и у огромного количества столичных дам появилась тема дня. Теперь они уже принялись обзванивать друг дружку. А Кира, возникнув на кухне с сигаретой в руке, напомнила, что им лора ехать на панихиду.

— Но сначала мы заедем в парикмахерскую к моей подруге и сострижем тебе эти жуткие волосы!

— Тебе больше нравится тот Петелин? — ревниво уточнил он.

— Не напоминай… омерзительно! — Кира брезгливо передернула плечами. — Подай мне норковую шубу. В ней на поминки приличней.

О гибели подставного Петелина от рук Смеяна ей сообщил полковник Симонов, представившийся новым начальником службы безопасности «Крон — банка». Но в тот момент Кира пребывала в объятиях Евгения и не желала слышать ни о чем, кроме его чувств к ней. А когда на третий день они, совершенно обессилев, все — таки поднялись с постели, эта новость, как и смерть старухи, казалась чем — то далеким, не имевшим к ним никакого отношения.

Но на панихиду нужно было ехать. Чтобы вновь не соприкасаться с проблемами банка, Кира предложила сразу после поминок ночным рейсом улететь в Испанию. Погостив у Ольги, они отправятся в Америку и в Лас — Вегасе узаконят свои отношения. Все это напоминало Евгению пряные сюжеты из «Тысячи и одной ночи». Он готов был подчиняться любому капризу Киры. И это ее окрыляло.

Панихиду устроили все в том же доме ученых на Пречистенке, где совсем недавно прощались с Артемом. Ариадна Васильевна лежала в гробу так, как будто все последние годы готовилась именно к этому заключительному аккорду своей жизни. Ее заострившееся лицо оставалось властным. Несло на себе печать несгибаемого характера, бесконечной уверенности в своей правоте и непримиримости к любым врагам. Даже на одре она не выглядела успокоенной, принявшей благостную весть архангелов. Присутствовавшим казалось, что старуха еще откроет глаза и, тыча в них высохшим пальцем, начнет обличать каждого, пожелавшего проститься с ней. Поэтому у гроба старались не задерживаться.

Траурным мероприятием руководила Фрунтова. Увидев Киру и Евгения, шепнула им:

— Встаньте в головах! Вам полагается!

— Я боюсь, — отказалась Кира.

— Ты же теперь хозяйка банка, — настаивала Фрунтова.

— Пусть Евгений помучается, — и поставив Петелина вместо себя, ретировалась за спины сотрудников банка.

Между тем в зале обсуждали не похороны старухи, а появление Киры с живым и невредимым Евгением Петелиным. Более всего смущала его только что подстриженная голова.

— Так это тот! — звучало в толпе.

— Нет. Сразу видно, что этот настоящий. Держится иначе.

— Ничего вы не понимаете. Настоящим был тот. Поэтому его и убили. Он во всем слушался старуху, а этот — Киру.

— У них роман?

— Нет. Финансово — половая связь.

— А хорошо устроился. Второй такой богатой невесты в Москве не сыщешь.

Постепенно стали появляться основные участники заключительного акта разыгравшейся драмы. Размашистым шагом к гробу подошел Олег Данилович Суховей. Склонив голову, постоял секунд тридцать, развернулся и окинул присутствовавших взглядом победителя.

— Всегда знал, что он не пропадет, — негромко сказал Крюгер, обращаясь к Вакуле. — Но чтобы так лихо сколотить концерн… не ожидал.

Егор Пантелеймонович тряхнул разбросанными по плечам русыми волосами.

— Не бойся, Иван Карлович, тебя не забудем. Видишь, ты меня тащил к себе, Сароян — к себе. А я остался на своем месте. Вот что значит — не суетиться. Придется и тебе под крыло консорциума. А то от досады Покатов быстро расправится с твоей Финансово — промышленной группой. Да и банк «Императив» лучше превратить в филиал «Крон — банка». Думай, Иван Карлович. Выбирай, с кем пить сегодня на поминках.

Появившиеся в газетах и в программах теленовостей сообщения о раскрытии заказного убийства банкира Артема Давыдова многих повергли в недоумение. Но и успокоили общественное мнение. То, что во главе заговора стоял полковник Смеян, удивило только его бывших сослуживцев. Зато обнаружившаяся связь с мафией и одним из ее авторитетов Цунами отбросила всякие политические мотивы этого преступления, превратив его в привычную криминальную разборку. Тут же поползли слухи о том, что в «Крон — банке» крутились мафиозные деньги.

Смерть Ариадны Васильевны поставила точку в споре о наследстве ее сына. Сведущие люди решили продемонстрировать свою моральную поддержку Кире Давыдовой. В траурном зале, несмотря на неудачу, постигшую его в борьбе за «Крон — банк» и «Сибирсо», возник президент Межбанковской ассоциации Артур Александрович Сароян. Он зачитал некролог, подписанный новым вице — премьером Виктором Покатовым, пожал руки Петелину, Вакуле и даже Суховею. Но удержался от приветствий с Крюгером.

Под восхищенный шепоток толпы к гробу подошла одетая во все белое Ядвига Ясная. Немного постояла, прикрыв глаза, и, оперевшись на протянутую руку Баринова, подошла к Кире.

— Каждый заслужил свое, — сказала она, прикоснувшись к ее щеке своей. И добавила: — Поздравляю… он то, что тебе нужно.

Кира зарделась.

— Это все ты… Моя жизнь без тебя немыслима. После случившегося, ты — единственный человек, которому стоит верить безоглядно… — произнесла она с трепетом и почтением.

— Верь мне и дальше, — Ядвига одобряюще улыбнулась.

К ним подошел Баринов.

— Я уже предупредил кого надо, после крематория едем на поминки в мой новый ресторан.

— Мы же сегодня улетаем, — спохватилась Кира.

— Успеете. Он в центре. На Арбате.

— Поедете с нами, — предложила Ядвига.