Десанты Великой Отечественной войны - Заблотский Александр - Страница 68

Предыстория событий в сжатом виде выглядела следующим образом. В октябре 1943 Ставкой было принято решение о высадке Северо-Кавказского фронта (СКФ) в Крым. Считалось, что противник не будет оборонять полуостров. Действительно, немецкий генералитет от начальника Генерального штаба и до командиров дивизий в Крыму выступал за эвакуацию. Но Гитлер, принимая во внимание в основном политические факторы, решил иначе. 28 октября уже отданный командующим 17-й армией приказ об эвакуации был отменен, и Крым был объявлен «крепостью».

Противоречивость приказов вызвала путаницу на местах. Ранее отданные приказы отменялись с большим запозданием. Поэтому уничтожение объектов инфраструктуры в некоторых случаях продолжалось и после 28 октября. Например, отдельные портовые сооружения в Керчи взрывались и поджигались даже 31 октября. Все это было хорошо видно с нашего берега Керченского пролива. Стоит ли удивляться, что у командования Северо-Кавказского фронта и Черноморского флота не возникало сомнений в правильности ранее сделанного вывода — противник уходит. Первые сведения об отмене эвакуации были получены только через неделю после начала десантной операции. До этого все действия противника расценивались как попытки прикрыть отход.

Штабы Северо-Кавказского фронта и Черноморского флота как будто планировали полноценную десантную операцию, однако в действительности на серьезное сопротивление не рассчитывали. Это заметно сказалось на качестве планирования. Для операции собрали все, что могло держаться на воде, включая речные баркасы с Волги. Но плавсредств все равно не хватало. Чтобы подогнать расчеты под требуемые сроки переправы, не стали учитывать будущие потери и выход катеров из строя, а также неизбежные перерывы в перевозках во время штормов. С учетом малой мореходности основной массы плавсредств погода становилась одним из основных факторов, влиявших на ход операции.

Была запланирована одновременная высадка 56-й армии на Еникальский полуостров (силами Азовской военной флотилии под командованием контр-адмирала С. Г. Горшкова), а 18-й армии — в район Эльтигена (силами специально созданной 3-й группы высадки во главе с командиром Новороссийской ВМБ контр-адмиралом Г. Н. Холостяковым). Вопреки ряду утверждений, позднее появившихся в отчетах по операции, при выборе мест высадки фактически учитывалось всего два момента. Рельеф берега должен был позволять высадку пехоты с легким вооружением; район высадки должен был находиться в пределах дальности огня артиллерии с восточного берега пролива. Поскольку осень характерна большим числом нелетных дней, рассчитывать на постоянную поддержку авиации не приходилось. Только артиллерия могла обеспечить устойчивость обороны плацдармов в первые дни.

Основной десант высаживала 56-я армия. Ширина пролива здесь составляла менее 5 километров. Мощная группировка артиллерии, сосредоточенная на косе Чушка, могла воздействовать на оборону противника на большую глубину. Узость пролива, малые глубины и многочисленные батареи делали вмешательство немецкого флота весьма рискованным делом. Все это обещало успех высадки.

Напротив, ширина пролива в месте высадки 18-й армии составляла не менее 17 км. Ограниченные силы артиллерии (группа подполковника М. С. Малахова), которые удалось «впихнуть» в район мыса Тузла[164], могли обеспечить оборону лишь в узкой прибрежной полосе у Эльтигена. Размещение сколько-нибудь заметного числа орудий на косе Тузла по ряду причин исключалось. Кроме того, южная половина пролива давала простор для действий немецкого флота.

Командующий Северо-Кавказским фронтом И. Е. Петров (фото 1942 года)

Все это заставляет думать, что само решение о высадке вспомогательного десанта было неоправданным риском. Если бы противник начал эвакуацию, вспомогательный десант действительно мог сыграть важную роль в преследовании. Но при серьезном противодействии наращивание сил и их снабжение превращалось в трудноразрешимую проблему. По плану этот «гордиев узел» разрубался захватом порта Камыш-Бурун ударом с эльтигенского плацдарма. Но артиллерия с таманского берега не могла обеспечить оборону этого порта — а переброска достаточного количества орудий в Крым при имеющемся тоннаже и уровне противодействия должна была занять неприемлемое время. Даже если бы десантники взяли Камыш-Бурун, удержать порт без поддержки артиллерии они не смогли бы. Встречающиеся в документах и послевоенной литературе утверждения, что взятие Камыш-Буруна решало все проблемы, основаны на ошибочных (в первоисточниках — сознательно однобоких) умозаключениях.

Первая попытка высадки состоялась в ночь на 28 октября. Из-за начавшегося шторма погрузка войск 56-й армии была отменена в 16:00 27 октября. Между тем попытки погрузить войска 18-й армии продолжались еще 3 часа. То есть к собственному решению об одновременной высадке обоих десантов командование СКФ уже тогда отнеслось не очень серьезно.

Вечером 31 октября войска 4-го Украинского фронта вышли к Перекопу и отрезали Крым с суши. Стремясь не дать уйти якобы отходящему противнику, командующий СКФ генерал армии И. Е. Петров назначил высадку в ночь на 1 ноября. Днем 31 октября было получено штормовое предупреждение, но после некоторых колебаний приказ был оставлен в силе. В результате Азовская флотилия вообще не смогла высадить первые два эшелона 56-й армии.

Командир 384-й стрелковой дивизии В. Ф. Гладков (послевоенное фото)

В южной половине пролива шторм был слабее, и 3-я группа высадки смогла принять 1-й эшелон 18-й армии. Он состоял из трех стрелковых Полков 318-й дивизии, 386-го отдельного батальона морской пехоты (обмп), сводного батальона 255-й отдельной морской стрелковой бригады (омсбр), двух штрафных рот и некоторых частей усиления. Командовал 1-м эшелоном командир 318-й сд полковник В. Ф. Гладков.

Из-за шторма десантные отряды прибыли на линию развертывания с большим опозданием, высадка началась незадолго до рассвета. В первом броске погибла или вышла из строя большая часть высадочных средств, поэтому катера с большой осадкой не смогли разгрузиться. С рассветом они под сильным артогнем отошли в пункты погрузки. Из почти 6 тысяч десантников на плацдарме оказались лишь около двух тысяч.

В 3-й группе высадки в первую же ночь из 105 самоходных единиц погибли 26 и вышли из строя 34, главным образом из-за шторма. На ходу осталось менее половины катеров. Далее ситуация только ухудшалась с переменной скоростью. Даже если бы высадка проводилась в более благоприятных условиях, с учетом малой мореходности и изношенности плавсредств быстрое сокращение числа катеров в строю было неизбежным. Дополняло картину отсутствие порта и необходимость разгружаться на необорудованный берег неприспособленными для этого средствами.

В общем, будущая десантная группа в Эльтигене была обречена на тяжелые проблемы с того самого момента, когда немцы решили оборонять Крым. Средства, которые могли бы обеспечить более быструю переправу 56-й армии и более качественное ее снабжение, были израсходованы в безнадежной борьбе вокруг Эльтигена.

Скоро средств для переправы войск не осталось. Оставшиеся катера и со снабжением уже высаженных частей справлялись все хуже. Поэтому о наступательных действиях из Эльтигена пришлось забыть. Семь дней вокруг плацдарма шли тяжелые бои. Немцы пытались сбросить десант в море, но командование 5-го армейского корпуса также допустило ряд ошибок. Ставя раз за разом решительные цели, оно не выделяло достаточных сил и средств, хотя и располагало ими.

В ночь на 3 ноября на Еникальском полуострове успешно высадилась 56-я армия. На первых порах это почти не принесло облегчения защитникам Эльтигена. Напротив, немцы попытались срочно ликвидировать Эльтигенский плацдарм, чтобы развязать себе руки для борьбы на главном направлении. Благодаря выдающейся стойкости наших десантников, а также эффективной поддержке артиллерии (а первые два дня — и мощной поддержке с воздуха), все атаки были отражены. Затем наступление 56-й армии вынудило немцев полностью переключиться на оборону Керчи. Участок у Эльтигена вскоре был передан румынам.

164

Значительную часть этого района занимали соленые озера и заболоченные участки.