Мифы, легенды и предания кельтов - Роллестон Томас - Страница 37

37

Сперва Медб посылает к Дайре гонцов с просьбой на год одолжить ей быка и обещанием вернуть по окончании года не только самого быка, но и пятьдесят телок в придачу; если же Дайре надумает поселиться в Коннахте, он получит там столько же земли, сколько ныне принадлежит ему в Ульстере, а также колесницу ценою в трижды семь кумалов и благосклонность и покровительство Медб.

В первый момент Дайре очень обрадовался предложению, но потом ему сообщили, о чем болтали между собой гонцы Медб; а говорили они о том, что, если быка не отдадут добровольно, его следует отнять силой; и он отослал посланцев назад со словами отказа. «Известно, что не отдали б добром то, что должны мы взять силой, — сказала Медб. — Так тому и быть».[112] И она отправила во все части королевства гонцов созывать войска для похищения.

ВОИНСТВО КОРОЛЕВЫ МЕДБ

И вот на зов явились все могучие воины Коннахта — прежде всего семь Мане, сыновья Айлиля и Медб, каждый со своей дружиной; а также Кет и Анлуан, сыновья Маги, с тремястами вооруженными людьми; и золотоволосый Фер Диад с отрядом Фир Болг, неистовых великанов, находивших веселье в битвах и эле. Пришли также и союзники Медб — воины из Лейнстера, которые настолько превосходили воинским искусством всех остальных, что их разделили и распределили среди армии Коннахта, чтобы они не создали никакого беспокойства; и Кормак, сын Конхобара, вместе с Фергусом Мак Ройхом и другими ульстерскими изгнанниками, которые взбунтовались против Конхобара, предавшего сыновей Уснеха.

ПРОКЛЯТИЕ УЛЬСТЕРА

Но прежде чем выступать, Медб отослала в Ульстер соглядатаев, чтобы те сообщили ей, что там творится. Разведчики поведали королеве удивительную и весьма приятную новость: провинцию охватил недуг уладов. Король Конхобар в корчах лежит в Эмайн-Махе, его сын Кускрайд — в своей крепости на острове, Эоган, правитель Фернмага, беспомощен как дитя; могучий Кельтхайр, сын Утехайра, и даже Конал Кернах лежат, стеная и корчась, на ложах, и ни одна рука в Уладе не может поднять копье.

ГОЛОСА ПРОВИДЦЕВ

Тем не менее Медб пошла к своему главному друиду и спросила у него, какова будет ее судьба в войне. И друид сказал ей: «Что бы ни случилось с другими, ты вернешься». На пути домой она внезапно увидела стоящую рядом с ее колесницей прекрасную девушку в зеленом плаще, с золотыми локонами, спадавшими ниже колен; в руке у нее был ткацкий станок с золотым челноком. «Кто ты, девушка, и что ты делаешь здесь?» — вопросила Медб. «Я Федельм-ведунья из сида Круахан, — отвечала дева, — и я сплетаю четыре провинции Ирландии для набега на Ульстер». — «Что видишь ты, глядя на наше войско?» — спросила королева. «Красное вижу на всех, алое вижу»,[113] — молвила пророчица.

«Но все герои-улады охвачены муками, и некому поднять против нас копье», — сказала Медб. «Красное вижу на всех, алое вижу, — повторяла Федельм. — Вижу мужа небольшой стати, но сияние героя на челе его — то мальчик юный и скромный, но в битве подобный дракону; он схож с Кухулином из Муиртемне; удивительные боевые приемы проделывает он с оружием; густо лягут твои мертвецы из-за него».[114]

Тут видение исчезло, и изумленная Медб поехала дальше в Рат-Круахан, удивляясь всему увиденному и услышанному.

КУХУЛИН НАКЛАДЫВАЕТ НА ВОЙСКО ГЕЙС

На рассвете войско выступило в поход под предводительством Фергуса Мак Ройха, и, дойдя до границ Ульстера, Фергус попросил всех соблюдать осторожность, чтобы Кухулин из Муиртемне, охранявший южные границы Ульстера, не напал на них неожиданно. В то время Кухулин и отец его Суалтайм[115] действительно были на границе, и Кухулин, которого Фергус предупредил о приближении войска, велел Суалтайму идти в Эмайн-Маху и передать весть жителям Ульстера. Однако сам герой не остался охранять земли уладов, поскольку у него была договоренность с девушкой, жившей у жены Лойгайре-землепашца; он отправился в лес и там, стоя на одной ноге и прикрыв один глаз, одной рукой срубил молодой дуб и скрутил его в кольцо. Затем он начертал на кольце огамическими письменами, как оно было сделано, и наложил на воинство Медб гейс не уходить с этого места, пока кто-нибудь не сделает таким же способом такое же кольцо, «кроме моего друга Фергуса Мак Ройха», закончил он и подписался. Кольцо это Кухулин водрузил на острый верх камня в Ард-Куиллен и пошел на свидание

Придя на Ард-Куиллен, воины Медб нашли кольцо и принесли его Фергусу, чтобы тот прочел надпись. Никто из воинов не смог повторить подвиг Кухулина, поэтому армия стала лагерем в ближайшем лесу. Ночью выпал снег, и войско пребывало в положении довольно бедственном, но, когда взошло солнце, они по белой равнине продолжали путь в Ульстер, сочтя, что запрет действует в течение одной ночи.

БРОД СТВОЛА

Кухулин отправился в погоню и определил по следам, что в армии Медб 54 000 человек. Обойдя войско, он зашел спереди и вскоре натолкнулся на две колесницы, посланные на разведку. Он убил воинов и возниц, затем одним ударом меча срубил ствол с четырьмя ветвями, воткнул его глубоко в отмель у брода, называемого Ат-Габла (Брод Ствола), и насадил на каждую ветвь по окровавленной голове. Когда отряды Медб подошли, то, естественно, изумились и испугались, и Фергус объявил, что на них наложен гейс не переходить этот брод, пока один из них не вырвет ствол так же, как он был воткнут — пальцами одной руки. Сказав это, Фергус сам полез в воду, и под ним развалились семнадцать колесниц, прежде чем он смог осуществить этот подвиг, но в конце концов он вытянул дерево; и поскольку было уже поздно, воинство здесь же и заночевало. Все эти кухулинские выдумки имели своей целью задержать захватчиков, пока улады не оправятся от своего недуга.

Далее в тексте легенды — в том виде, как она помещена в Лейнстерской книге, а также в некоторых других источниках, — следует своего рода интерлюдия: Фергус объясняет Медб, кто их противник («мальчик Кухулин на Кердда, что доводится Конхобару и мне самому приемным сыном»[116]), и повествует о детских подвигах героя, часть из которых была уже описана в этой книге.

ВОЗНИЦА ОРЛАМА

На следующий день войско продолжало свой путь и снова встретилось с Кухулином; но на сей раз герой был более благодушен. Услышав, как рубят лес, он отправляется выяснить, в чем дело, и узнает, что это колесничий Орлама, сына Айлиля и Медб, вырезает из падуба оглобли для колесницы, «ибо вчера износились все наши в погоне за славным оленем, самим Кухулином»1. Кухулин, который, как следует помнить, вообще-то выглядел довольно хрупким, однако в битве увеличивался в размере и страшно искажался (что напоминает нам о неистовстве берсерков), решил помочь вознице. «Что мне делать — собирать шесты или очищать их от коры?» — спросил он. «Можешь очищать их от коры», — сказал колесничий. Герой брал деревца, пропускал их между пальцами ног и рук, и они становились такими гладкими и блестящими, будто над ними поработал плотник. «Посмотрел на это возница и молвил:

— Вижу, что недостойную работу поручил я тебе. Ответь же мне, кто ты, о воин?

— Я тот достославный Кухулин, о ком говорил ты, — ответил Кухулин.

— Гибелью буду наказан за то, что я сделал! — вскричал юноша.

— Я не убью тебя, юноша, — молвил Кухулин, — ибо не проливаю кровь гонцов, возниц и безоружных. Но иди и скажи твоему господину Орламу, что Кухулин собирается навестить его».[117]

Возница бросается бежать, но Кухулин следует за ним, а под конец опережает его и срубает Орламу голову. Какое-то время войско Медб видит, как он потрясает своим кровавым трофеем; затем он вновь скрывается из виду — так впервые коннахтцы видят своего врага.

вернуться

112

Похищение быка… С. 125. Перевод СВ. Шкунаева.

вернуться

113

Похищение быка… С. 127. Перевод СВ. Шкунаева.

вернуться

114

Кухулин, будучи сыном бога Луга, не страдал от проклятия Махи, постигшего уладов.

вернуться

115

То есть смертный муж Дейхтре.

вернуться

116

Похищение быка… С. 149. Перевод СВ. Шкунаева.

вернуться

117

Похищение быка… С. 174. Перевод СВ. Шкунаева.